Раздосадованная воспоминаниями, Боунс залихватски хряпнула ещё один глоток из кружки и, покосившись с сожалением на остатки, решительно отодвинула в сторону: — Хватит! Мне ещё со Сьюзен надо поговорить.
— А орден? — напомнила Макгонагалл.
— Не знаю. Вот честно. Фадж просто сообщил мне о согласованном решении с Дамблдором. Мне осталось только взять «под козырёк». Вероятно, из этого попробуют раздуть очередную героическую историю для поднятия пошатнувшегося рейтинга нашего дражайшего министра. Хотя, к самому факту и формулировке представления, у меня особых претензий нет. Если бы Кливленд не приняла на себя «Аваду», то жертв среди учеников точно было не избежать. Так что героизм и самопожертвование налицо — вполне достаточно для «третьей» степени.
— Плохо, — раздосадовано цыкнула Макгонагалл, — значит, ничего не закончилось.
— Ну почему же? — удивилась Боунс. — Ведь у вас всё тихо стало, как мы убрали своих людей.
— Да нет, я не об этом. Я об этом ордене. Ты же в курсе насчёт Кливленд, ну, кем её считают?
— Слышала, — коротко кивнула Амелия. — Ходят слухи, что она является легендарной «Видящей». Это действительно так?
— Не знаю. Дамблдор думает, что «да». Я — не уверена. Девочка феноменально быстро обучается, очень упряма, дерзка, независима, и у неё на всё есть своё мнение. И ещё — она постоянно утверждает, что магии не существует. Ты представляешь? Учиться в лучшей магической школе, применять заклинания — и при этом утверждать, что учит и пользуется здесь тем, чего вообще не существует. Как-то не сильно похоже на «Видящую».
— Интересно, — покачала головой глава аврората, — было бы интересно с ней пообщаться, при случае. Она всё так же в коме, улучшений нет?
— Угу.
— Жаль. Но я так и не поняла, почему ты так недовольна награждением.
— Ммм, — промычала декан Гриффиндора с гримасой, как от зубной боли. — У Альбуса есть, если не навязчивое, то достаточно стойкое желание привязать Кливленд к себе. Но, как я уже говорила, девочка очень упряма и независима, и все любимые заходы нашего дражайшего директора она или не поняла, или мастерски сыграла непонимание. Причём провернула всё это так, что формально придраться не к чему, чтобы не выставить себя чересчур назойливым. Сама знаешь, как Альбус любит обставлять свои беседы, так, что ты ещё и должен остаёшься. Ну и он не придумал ничего лучшего, как выставить её на всеобщее обозрение. Репутацию «Видящих» в истории ты знаешь не хуже меня, а дальше её, мол, начнут прессовать «сама знаешь приверженцы кого» — а он, чуток погодя, подставит своё дружеское плечо, укрыв её от нападок, и тем самым она сама постепенно станет его верной соратницей со всеми вытекающими.
— Так, погоди, — Боунс отобрала и отодвинула подальше от Минервы бутылку с огневиски. — Нечего тут пьянствовать без меня, а мне хватит! Я правильно поняла твои намёки, что ты полагаешь, что Северус Снейп не по своей воле всё это затеял, а по чьему-то приказу или очень настойчивой просьбе? Причём, учитывая его тесные связи с семьёй Малфой, то потенциальный заказчик напрашивается сам собой. Даже два заказчика. Хм, — она задумчиво почесала лоб. — На первый взгляд выглядит логично — то-то меня смущала несколько неадекватная реакция Снейпа. Но всё равно, как-то наиграно и глупо. Так подставляться с «Авадой»… На что он рассчитывал? От такого его ни один Малфой или даже Дамблдор не отмазал бы. Или решили провернуть «старый» трюк с «Империо»? Мордред и Моргана! И не узнаешь же теперь никак. Ладно… Спасибо, Минерва, за подсказку, попробую тихонько покопать в этом направлении, но скорее всего — результата не будет. А подвести Малфоя под веритасерум, без веских оснований… Как бы ни хотелось, но надо честно признать — это малореально. Или ты подозреваешь… — Боунс, с глубокомысленным видом, скользила взглядом по потолку кабинета.
— Я тебе ничего такого не говорила, — Макгонагалл отвела свой взгляд в сторону.
— Прекрасно понимаю и полностью с тобой согласна. Это просто мои мысли вслух. Давай я попробую высказать тогда ещё одну догадку, а ты поправишь меня… или нет. В свете прошлой догадки, прямо-таки напрашивается мысль, что этим награждением Дамблдор хочет дополнительно «подсветить» Кливленд. Мда, если смотреть под таким ракурсом, то получается, что её наградили в министерстве не за самопожертвование, а как бы за ликвидацию именно декана факультета Слизерин, где учится большая часть наследников тех родов, что пошли в своё время за Тёмным Лордом. И именно Северус Снейп славился тем, что стоял за Слизерин горой, а теперь…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Есть ещё один фактик, — Минерва откинулась на спинку своего кресла, сцепив пальцы рук в замок. — У Слизеринцев с Кливленд был, ну скажем так, «пакт о ненападении». Насколько мне известно, его продавил Кассиус Уоррингтон, у которого теперь из-за этого определённые неприятности на факультете. В лидеры явно лезет Малфой, при негласной поддержке своего отца и показном нейтралитете Альбуса. И, как понимаешь, с учётом того, что Снейп был очень близок с…
— Мда. Может быть чревато, — понимающе качнула головой глава аврората. — Младший Малфой, насколько мне известно, особым здравомыслием не отличается. Хоть Люциус — та ещё скользкая гадина, но вот в чём ему не откажешь, так это в хладнокровии.
— Поэтому, я сейчас чуть ли не мечтаю о том, чтобы Кливленд из комы не выходила. Пусть это и неправильно, но так будет лучше для всех, слишком она не такая. Проклятье — ты слышала?
— Да нет — ничего! Что-то случилось?
— Мне послышалось… Н-нет, наверное показалось. Ты права — хватит пить, уже галлюцинации начинаются.
В этот самый момент в кабинет Макгонагалл просочился серебристый туман Патронуса и выдал голосом мадам Помфри:
— Минерва, Кливленд пришла в себя. Думаю, тебе стоит это знать.
Глава 36. Слабая, бедная девочка.
Фух, слава Мерлину, что у людей такое слабое тело.
Ржавая шлюпка, она уже подцепила паразитные присказки магов. Ладно, будем считать, что это просто для лучшей мимикрии в среде волшебников.
Но, тем не менее — слава слабым человеческим телам! Любой корабль Тумана лопнул бы по шпангоутам от смеха, глядя, как она отыгрывала ослабевшую, чуть пришедшую в сознание, страдающую лёгкой амнезией и мало что понимающую девчонку. Поэтому мигом примчавшаяся делегация из преподавателей Хогвартса и отдельных представителей министерства осталась ни с чем.
Она с явным трудом «узнавала» присутствующих, и с показным, прямо-таки запредельным усилием пыталась отвечать на посыпавшиеся градом вопросы, пока мадам Помфри не выгнала всех взашей, невзирая на лица, со своей территории: «Девочка только пришла в себя. Имейте совесть! И вообще — вы тут только мешаете процессу выздоровления!».
Правда, стоило убраться последним людям за пределы чувствительности ядра, а мадам Помфри скрыться в своём кабинете (повесив на свою пациентку несколько медицинских сигналок), как туманница мигом пришла в полное сознание. Закоротить сенсорные нити медицинских заклинаний на успокаивающий, контрольный источник данных — дело пары секунд, и тело аватары просто стекло серебристо-металлическим потоком по постели прям на пол, расплывшись лужицей, заново перестраиваясь в основную аватару. Двухнедельное лежание пластом, без непосредственных управляющих сигналов ядра, привело к чрезмерному уплотнению отдельных внутренних слоёв наноматериала, и было проще пересоздать аватару заново, чем исправлять накопившиеся дефекты структуры по отдельности.
Астория сделала несколько контрольных разминочных движений корпусом и конечностями для проверки внутренних напряжений. Вот теперь все показатели были в пределах эталонных значений. По-другому и быть-то не могло, но тесты работоспособности механизмов необходимо проводить всегда, независимо от личной уверенности в том, что всё функционирует отлично. Это было вбито в любой корабль Тумана на базовом уровне.
— Флагман?! — в палате с лёгким хлопком телепортации появилась Линки. — Все сотрудники министерства покинули акваторию Хогвартса. Правда, на словах, они просили обязательно предупредить их, когда вы достаточно окрепнете для разговора. Мне заняться этим вопросом?
