— Пустите… Да пропустите же меня! — пыхтел я, пытаясь прорваться к лестнице.
— Еще чего, — ворчали в толпе, даже не глядя в мою сторону. — Не суйся!
— Я — ваш Властелин! — попробовал возмутиться я.
— Ага, — какой-то абориген (позвольте мне именовать их этим термином, все равно здесь было слишком много мелких рас и народностей) смерил меня взглядом. — А я — богиня Луны!
— Рад познакомиться, госпожа, — огрызнулся я и щелкнул пальцами. Невежа воспарил в воздух и «ласточкой» отправился знакомиться с крепостной стеной на той стороне двора. Остальные быстро смекнули, что к чему, и расступились. Вернее, попытались это сделать, но в той ужасной давке сие сделать было трудно. Все же по лестнице я поднялся легко.
Остроглазые эльфы смотрели вдаль и обменивались короткими замечаниями, а Верт прильнул к окуляру подзорной трубы и боялся дышать. Мне пришлось отнять у него сей инструмент, чтобы коротышка-лучник обратил на меня внимание.
— Что случилось, генерал? Кто к нам приближа…
Я осекся, заметив, что на лице Верта блуждает блаженная улыбка, а глаза подозрительно блестят.
— Они, — с придыханием возвестил он, — они вернулись… мои малыши, мои крошки, глиноземчики мои ненаглядные… Родные мои! — Он всхлипнул и полез ко мне целоваться.
Еле увернувшись, я настроил подзорную трубу и чуть не выронил ее в снег. Пока суд да дело, упомянутые глиноземы пополам с костоломами уже притопали под самую стену и теперь ломились напрямик через нагромождение камней и льдин, проделывая в ледяно-каменном лабиринте довольно широкую и абсолютно прямую дорогу. Сбившись в плотную кучу, они на загривках тащили трофеи в виде нескольких драконов. Те поджали лапы, зажмурили глаза и высунули языки, полностью смирившись со своей участью. Для полноты картины следует уточнить, что глиноземы волокли драконов, держа за хвосты, так что головы несчастных ящеров волочились по камням и снегу.
— Открыть ворота, — прохрипел я и, прокашлявшись, добавил громче: — И марш все с прохода!
Внизу возникла небольшая давка, когда все топают по всем. Толпа любопытных синхронно рванула прочь и так же синхронно сложилась в большую кучу-малу. Я тихо выругался и двинулся в обход, то есть взобрался на крепостную стену и прошел до знакомого окна на втором этаже.
Пока я совершал этот маневр и снова спускался во двор, Верт и эльфы кое-как восстановили порядок, а глиноземы со своими трофеями втиснулись во двор. Драконы скрежетали чешуей по камням и по-прежнему не делали попыток вырваться.
Ко мне шагнули сразу два глинозема, и я невольно присел — успел, знаете ли, отвыкнуть от того, какие они огромные. Горных троллей когда-нибудь видели? Вот примерно такие же.
— Хозяин приказать — мы исполнить, — хором прогудели они. — Мы принести это!
В мощных дланях глиноземов находился грубо сляпанный сундук, замок с которого был сбит так, что крышка погнулась, а передняя стенка пошла трещинами. Когда его поставили на пол, он жалобно звякнул.
— Что это? — Я оглядел сундук со всех сторон.
— Хозяин приказывать — мы исполнить приказ! — повторили глиноземы. — Мы принести это!
— Народ, — я поднял глаза на эльфов, — напомните мне, что я такого приказал?
— Ну как же, милорд! — всплеснул руками Верт, который после того, как увидел глиноземов, пребывал в прекрасно-сентиментальном расположении духа. — Вы сами посылали их за артефактом, который скрыт в Горах Отчаяния, охраняемый Драконами Вечности в Пещере Забвения.
Я напряг память. Действительно, очень давно что-то такое имело место. Но с тех пор столько всего произошло…
— А это что такое? — показал я на драконов. Их свалили у крыльца в кучку, и твари все это время усиленно притворялись мертвыми.
— Они нам мешать. Не хотеть отпускать, чтобы мы уходить, — объяснили глиноземы. — Пришлось их взять.
— М-му, — придушенно донеслось откуда-то из-под драконов.
— А ЭТО что такое?
Глиноземы переглянулись с костоломами, одновременно просияли и, проревев: «Это мы счас!» — принялись расшвыривать драконов в стороны. В самом низу обнаружился смутно знакомый лохматый рогатый зверь со спутанными ногами и кляпом во рту. К нему был плотно прикручен мускулистый тип с длинными черными волосами в рогатом шлеме. И сам воин, и его животное сверлили меня далеко не дружелюбными взглядами. Интересно, где я видел этого великана?
— А это что такое? — повторил я. — На дракона явно не похоже!
— Он нам мешать, — объяснили глиноземы. — Хотеть отнять добычу. Хотеть драться… Думать — он нас победить! Нас же больше!
Я обернулся на драконов. Те понемногу стали подавать признаки жизни, исподтишка подмигивая мне и застенчиво помахивая хвостиками. Мол, не смотри, что у нас когти, клыки и мы умеем огнем плеваться! На самом деле мы хорошие, розовые и пушистые! Ну да! Уж если мои глиноземы справились с ЭТИМИ зверями, то что им какой-то великий воин, пусть он и обошел полмира и совершил кучу подвигов!
И тут я его вспомнил. Он явился вскоре после Айдора и тоже всерьез решил уничтожить Темного Властелина в моем лице. А я послал его по наскоро выдуманному адресу куда-то на север, то ли в Горы Отчаяния, то ли на Скалы Судьбы, где Драконы Вечности охраняют в Пещере Забвения артефакт, который может стать орудием уничтожения Зла. Адрес, как оказалось, был самым реальным. А вот что с артефактом?
— Кстати, вы его принесли? — поинтересовался я у глиноземов. — Я вас зачем посылал? Я посылал вас за супероружием, а вы мне что притащили? Парочку домашних любимцев и расхитителя гробниц?
«Домашние любимцы» хором заревели что-то обиженное — мол, пусть мы и любимцы, но совсем не домашние, а очень даже дикие. И нас вовсе не парочка, а шесть штук! А пленный герой, чьего имени я пока не знал, одарил меня еще менее дружелюбным взглядом. Прямо-таки пожелал мне провалиться сквозь землю, сгореть дотла, покончить с собой и лопнуть — все сразу. Я в ответ улыбнулся ему и помахал ладошкой:
— Ты сперва определись, с чего мне начать! А то я теряюсь.
Здоровяк понял, что я читаю его мысли, и слегка побледнел. Я вернулся к глиноземам:
— Это и есть тот самый артефакт? И что мне с ним делать?
Сундук был неподъемным. Я дважды обошел его вокруг, попинал ногами и подергал за замок. В нем было столько магии, что открыть его можно было только с помощью грубой физической силы. Будь я один, я бы не стал заморачиваться и плюнул бы на все. Но за каждым моим движением следили десятки глаз, я просто не мог отступить. И я сделал то, что, наверное, не делал никто до меня — отобрал у Верта один из его кинжалов и попытался использовать его в качестве отмычки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
