— Продолжайте.
— Бервин Легуж, лорд Риндвейра, стоит у наших дверей и требует, чтобы его впустили. Он хочет, чтобы вы согласились с ним побеседовать.
— А вы сказали ему, что ни один человек не может…
— Войти, да, разумеется, я ему сказал! Но Легуж не обратил на меня ни малейшего внимания и угрожал пробиться внутрь силой, если мы не откроем двери по-хорошему. У него с собой пятьдесят вооруженных рыцарей и таран, так что, должен сказать, осуществить это обещание он вполне способен.
Его преосвященство удивленно посмотрел на Скряга:
— А он не сказал, чего хочет?
— Сказал, ваше преосвященство. Вас. Внизу. Чтобы вы с ним поговорили. Сию секунду. Если вы откажетесь, он вынесет двери, разыщет вас и сделает с вами такое, что мне страшно и повторить!
Богомол снова нахмурился, совершенно не обрадовавшись этим новостям. Он сразу же подумал, не пора ли применить одно из сложных и могущественных заклинаний, вполне способных превратить рыцарей в полном облачении в оплавившиеся железные пирожки с мясной начинкой, но отбросил эту мысль, как слишком радикальную. Наверное, будет лучше сначала поговорить с Легужем и узнать, что ему нужно. В конце концов, поджарить его к ужину можно будет и после.
— Идемте со мной, — бросил он, поднимаясь на ноги и обходя свой огромный стол.
Однако, подойдя к двери, его преосвященство неожиданно передумал.
— Нет, постойте. Оставайтесь здесь и приглядывайте за нашими юными друзьями, запертыми в кладовке. Так, на всякий случай. Что бы ни произошло, мы ведь не хотим, чтобы они выбрались наружу и создали нам дополнительные проблемы. Не то чтобы я считал это возможным, но осторожность никогда не бывает лишней, мистер Скряг.
Недовольно что-то бормоча и пыхтя от натуги, его соратник поковылял прочь. Крэббит какое-то время смотрел карлику в спину, в очередной раз подумав, что, возможно, их дружба в известном смысле постепенно сходит на нет и, наверное, пора ее прервать. Отношения, ставшие настолько сложными и утомительными, лучше разрывать сразу и навсегда, и как можно скорее. Это жестокое, но вместе с тем необходимое правило жизни для по-настоящему великих людей.
Пока Красвелл Крэббит шел от своего кабинета к входу в здание, ему пришло в голову, что причина визита Бервина Легужа, возможно, связана с тем, что он наконец-то узнал правду о своем младшем брате, который все это время был жив и скрывался в Либирисе… Остается только гадать, каким образом лорд Риндвейра сумел все выяснить, но наверняка именно поэтому он сейчас угрожает выбить двери. Что ж, если дела и впрямь обстоят именно так, рассуждал его преосвященство, возможно, парня все же придется выдать — только для того, чтобы избежать неприятных последствий, которые в противном случае наверняка будут иметь место. Он надеялся, что Том однажды окажется очень ценным заложником, с помощью которого можно будет надавить на лорда Риндвейра, если возникнет необходимость. Однако присутствие юноши не должно угрожать его нынешним планам, значит, если необходимость потребует, придется пустить парня в расход. В буквальном смысле слова.
Его преосвященство наконец достиг приемной, прошел к двери и, помедлив мгновение, чтобы собраться с силами и достойно встретить пришедшего, открыл тяжелые створки.
С безоблачного синего неба лился яркий солнечный свет, мгновенно ослепивший Крэббита. Моргнув несколько раз, его преосвященство прищурился, глядя на несколько дюжин рыцарей в сияющих на солнце доспехах, остановившихся в каких-то двухстах ярдах от замка. Во главе отряда оказались два очень несчастных, потрепанных кыш-гнома, смотревшиеся очень нелепо верхом на огромном боевом скакуне. Изогнув шею и приподнявшись на цыпочки, его преосвященство искал взглядом среди рыцарей Легужа. Вместо него он обнаружил лишь странного субъекта, тощего как щепка, стоявшего совсем рядом с выражением крайнего беспокойства на лице. Он выглядел так, словно надел слишком тесные штаны. Его странные, ломаные жесты, вымученные и совершенно непонятные, привели его преосвященство в замешательство.
— Крэббит! — внезапно рявкнул голос прямо перед ним.
Его преосвященство от неожиданности отскочил назад и обнаружил, что Бервин Легуж, чья макушка едва возвышалась над пряжкой его ремня, задрав голову, смотрит прямо на него.
— Доброго вам дня, лорд Легуж, — любезно произнес Крэббит, вновь обретая привычные невозмутимость и хладнокровие. — Как я понял, вы желаете поговорить со мной?
— Не слишком-то вы торопились! — рявкнул тот. — Мы должны поговорить, и наедине. Это касается человека, которого вы приютили.
«Вот оно что, — подумал его преосвященство. — Значит, он и впрямь узнал правду о своем брате и пришел, чтобы забрать его». Пожав плечами, что должно было означать неохотное согласие, он провел коротконогого лорда Риндвейра в замок и закрыл дверь. В приемной Крэббит остановил своего гостя, преградив ему путь вперед.
— Ну, что теперь? — спросил он, прощупывая почву. — О ком вы говорите?
Легуж был в ярости. Его лицо залила краска гнева, а кадык судорожно дернулся.
— Вы прекрасно знаете, кого я имею в виду, Красвелл Крэббит! Я говорю о Мистае Холидей, принцессе Заземелья! Вы прячете ее здесь, очевидно чтобы отец не смог найти свою дочь! Зато это сумел сделать я, и я намерен увезти ее с собой в Риндвейр!
Его преосвященство пораженно уставился на лорда. Дело приобрело неожиданный поворот. По всей видимости, Бервин Легуж по-прежнему не имел никаких сведений о своем младшем брате, зато каким-то чудом выяснил, где находится принцесса!
— Вы желаете вернуть ее Верховному лорду? — поинтересовался он, ступая на незнакомую территорию.
— Мои желания вас не касаются никоим образом! — прорычал Легуж.
— Видите ли, принцесса находится здесь под моей защитой, — доверительно сообщил его преосвященство. — И я не намерен выдавать ее ни вам, ни кому бы то ни было без очень важной на то причины.
Лягушонок уставился на собеседника, вне себя от ярости:
— Это не просьба, Крэббит! Это приказ! Приказ лорда Зеленой Долины, который пришел сюда с эскортом в пятьдесят рыцарей, готовый в любой момент сорвать с петель двери замка! Либо вы отдадите мне девушку, либо я сам заберу ее!
— Силой оружия? Против меня, опытного, обученного волшебника?
— Мне плевать, что потребуется сделать и кто ты такой! Девчонка будет моей. Я так решил. Она станет моей женой.
«Ага, — подумал его преосвященство. — Картина начинает проясняться. Он хочет, чтобы принцесса Заземелья стала его невестой».
— Мне казалось, вы уже женаты, разве нет? — отозвался он миролюбивым тоном.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
