есть?
– Есть, но…
– Так почему у меня не должно быть?
Тупик! Мозги вращались с жутким скрипом. На долю секунды показалось, что Мозг, то есть уже… Тан… тоже слышит, с каким лязгом они крутятся у меня в голове. Срочно требуется смазка!
– У тебя выпить есть?
– А как же алкоголизм? – он ехидно улыбался, глаза блестели и стена напряжения, почти видимая и осязаемая, между столом и кушеткой исчезла. – Конечно, есть. Сегодня будем пить текилу, но… чуть-чуть!
Маленькая рюмка, бутылка с зеленоватой жидкостью, соль и лимон быстро появились на столе. После двух рюмок меня отпустило. И Мозгового тоже… я заметила.
– Значит, Тан… Сам придумал?
– Ага.
– То есть теперь, как я понимаю, ты абсолютно самостоятельная личность, которая просто живёт в моей голове? Ведь имя тебе нужно именно для этого… Чтобы окончательно отделиться от меня?
– Умница! – и хлопнув рюмашку, он звонко стукнул ею о стол.
– Почему… когда ты называешь меня умницей, я чувствую себя круглой дурой?
– Понятия не имею… Я сказал то, что думал.
– Ладно, не будем вдаваться в детали. А ты хитрее-ец! Я только сейчас начинаю это понимать… Иметь личное имя ты хотел уже давно, но не было подходящего случая, чтобы завести такой разговор!
Профессор опустил глаза и, взяв мою руку, начал водить пальцем по шрамам на ладони.
– Получается, что раздвоение личности у меня всё-таки случилось…
Он отдёрнулся и резко вскочил:
– Ну какое раздвоение?! Какое?! Что ты говоришь?! С твоей психикой всё в порядке! Точно! Крепости твоей нервной системы можно только позавидовать! Ну, Кари… Девочка… Поверь мне, пожалуйста…
Присев на корточки, он крепко сжал мои ладошки:
– С тобой всё в порядке… Я гарантирую…
– Ты уверен?
– Ну что ещё сказать, чтобы ты поверила?!
– Не знаю…
– Ну хорошо… Зайдём с другой стороны… Тебе плохо оттого, что я с тобой… оттого, что я здесь?
– Нет, не плохо…
– А наши встречи, разговоры и даже эти совместные виртуальные пьянки вызывают какие-либо негативные чувства, эмоции?
– Нет, конечно… Наоборот… Я рада, что это всё есть у меня.
– Так в чём же дело тогда?
– А разве сам ты не знаешь, в чём дело? Ты же сидишь внутри меня! И значит, видишь всё, что со мной происходит не только снаружи, но и изнутри!
– Верное замечание. Только есть одно но… Я не всемогущ, я не создатель Вселенной, не Господь Бог, иначе говоря, не всё мне подвластно. Ты часто настолько отгораживаешься, что никакие усилия с моей стороны не позволяют позвать тебя.
Он вскочил и забегал взад-вперёд:
– Не знаю, как объяснить… Ты сильная! Очень сильная! В чём-то даже сильнее меня, не во всём, конечно… У тебя очень мощная энергетика, я бы даже сказал стихийная! Ты пока не осознаёшь и не понимаешь этого, но придёт время, и ты научишься чувствовать свою силу. А я… я помогу тебе в этом. Ты не просто так попала на Окатан, Кари! Этот мир всосал тебя, притянул… как магнитом! Разве тебе самой так не казалось?!
«И что на это ответить… Какая сила?! Какая энергетика?! Что за чушь он несёт?!»
– Мозг… Я не знаю… Прости… Тан.
– Кари, милая… называй меня как хочешь, – он присел рядом и глубоко вздохнул. – Имя мне, действительно, нужно… Для того чтобы осознавать себя и общаться с тобой так, как я хочу… Эгоизм с моей стороны, конечно, но по-другому я уже не могу… да и не желаю.
От этой очень странной лекции, да и от всего предыдущего разговора, наверно, а может и от текилы, в голове начали шуметь волны. Сперва это был тихий плеск, но очень быстро он превратился в грохот мощного прибоя. Мозаичный пол библиотеки закачался, а потом пошёл ходить ходуном. Я ткнулась лбом в бархатный халат:
– Я тоже очень люблю тебя, Мозг. Тан… Странно пока произносить твоё новое имя… И хоть ты несёшь какую-то околесицу, не хочу, чтобы это прекращалось. Я хочу видеть тебя, слышать твой голос в голове, чувствовать твоё присутствие… И пусть всё кончится психушкой, шизофренией там, да чем угодно… всё равно… Пусть будет так, как есть сейчас…
– Ты не представляешь, как приятно это слышать!
Я обняла его и закрыла глаза. Грохот прибоя в голове превратился в шум ветра, будто сильные, мощные потоки воздуха гудели в кронах деревьев. Меня слегка качало под этим напором, бьющим прямо в спину: «Что это?! Что это такое?!» Я стояла на опушке леса, а впереди, зелёно-голубым морем, колыхалось райское поле. Только я его не боялась. Совсем. Я чётко осознавала, что оно мне уже ничем не угрожает: ни яд травы, ни бездонная топь не страшны. Я улыбаюсь и иду прямо в середину этой болотной синевы, потому что знаю – там, в самом центре, находится источник… Источник моей силы…
Глава 27
Утренний свет бил в глаза. Я сползла с постели и подошла к зеркалу. Несколько минут я тупо глядела на своё белобрысое отражение, потом зачерпнула воды и плеснула в лицо. Какие странные и загадочные сны мне снятся… И дело даже не в их содержании, а в ощущениях, которые я в них испытываю. Полная реальность! И каждый раз, когда я попадаю в такой сон, какая-то маленькая часть разума постоянно твердит: «Это сон, Кари… только сон… Это не по-настоящему… Тебе снится, снится всё… В любой момент ты можешь сказать «нет»… и проснуться… Если сама захочешь… Это Мозговой так меня уговаривает… или я сама? Тан… Тан… Что за странное имя он себе выбрал? Будто неполное… Окончание… Часть какого-то другого… Но если и окончание, то чисто окатанское… Многие мужские имена, да и слова мужского рода здесь оканчиваются на – тан или – ан. А если вдуматься и разобраться по слогам, то получается, что… «тан» – это «верхний» или «высший», если перевести на мой родной язык. Не доводилось мне замечать, чтобы мой жилец страдал манией величия…»
Ход мыслей прервал стук в дверь:
– Завтрак, Кари! Ты просила разбудить! – голос Крианна был громок, а стук настойчив.
– Спасибо! Уже иду!
В городе царила суматоха. Грядущее выступление Гая привело местное население в очень возбуждённое состояние. Откуда-то появилось столько стариков и инвалидов разной степени, что я диву давалась. Народ забивал места с вечера и к центральной площади было не пробиться. В лавках и на рынке творилось что-то невообразимое: раскупались украшения, наряды, обувь… Точно так же как и у нас на распродажах на Земле, хоть местные торгаши и взвинтили цены до небес.
