возомнившего себя неизвестно кем. Я никому и никогда не позволяла собой помыкать, и менять это не собираюсь, — шипит алая, готовясь к тому, что произойдёт.
Принцесса подносит амулет к её груди и чувствует, как тот сливается с плотной кожей, проникая внутри, к самому сердцу этого существа. И связь между ними тут же обрывается, не позволяя общаться. Зато Эрта поднимается со своего места, стряхивает с себя остатки сети, словно осенние листья, раскидывая их в разные стороны.
— Идем, милая, — зная, что ей не ответят, хотя бы так ал’Зида пытается заполнить образовавшуюся пустую тишину. — Только осторожно, здесь очень узкий проход, а разбудить Александра мне совершенно не хочется. Боюсь, в таком случае и я могу оказаться под сетями, словно пойманная рыбка.
Драконица утыкается мордой ей в спину, выдыхая, выражая тем самым свою молчаливую поддержку.
На улице уже глубокая ночь, когда они выходят из пещеры. И хотя девушка очень боялась пробуждения Александра, оказывается, у него очень крепкий сон — он даже на другой бок не перевернулся, продолжая дремать на земле у костра. «Что ж, это к лучшему», — думает Эрия, а затем обращается к алой.
— Самый быстрый способ отсюда подальше убраться, это улететь. И пусть сейчас ты без своей сбруи, я постараюсь удержаться на спине. Постарайся, девочка, давай спасём нас обоих, а потом решим, как вернуть твоего контракта и моих близких.
Она сразу же запрыгивает на спину драконице, забравшись по шипам. И ощущает, как холодный ветер на такой высоте пронзает её тело — полёт обещает быть ужасным.
Глава 76
Прижимаясь к спине драконицы, что уже не её, Эрия чувствует себя странно. Теперь она даже не может поговорить со своей старой приятельницей, с которой когда-то могла болтать часами. Холодный ночной ветер обжигает лицо девушки, треплет волосы, заплетенные в тугую косу. Когда она смотрит наверх, то видит бесконечное множество звезд, маленькими огоньками раскрашивающими черное небо. Будь ситуация чуть иной, каковой является сейчас, Эрия наверняка бы попросила не спешить Эрту, они бы остановились где-нибудь на полянке и допоздна наблюдали за тем, как меняется время суток, наслаждаясь красотой природы. Но жизнь жестока, поэтому принцессе совсем не до релаксирования и философствования, её сердце разрывается от боли за тех, кого она любит. И кому предпочла в этой ситуации драконицу, потому что верит: она вызволит семью, что бы не пришлось для этого сделать.
Вначале ал’Зида хочет лететь на Запад, но затем осознает, что ничего нового не найдёт в библиотеке своего старшего мужа, а вот в другом месте, менее очевидном, это сделать можно. Поэтому девушка просит Эрту направиться на север — в угодья ал’Сандров. Ведь Александр пришел оттуда, сам создал это государство, следовательно могли остаться хоть какие-то сведения о том, как с ним справиться. Алая драконица лишь фыркает, как бы говоря, что её услышала, и прибавляет ходу, маша крыльями все сильнее и сильнее, развивая такую скорость, что Эрия боится свалиться с неё.
Когда вдали начинают виднеться верхушки снежных гор, принцесса расслабленно выдыхает, ведь у неё от пребывания на холоде руки уже заледенели, а поза, которую хранит девушка долгие часы, уже свела ей все мышцы.
— Садись там, где нас не увидят. Кто знает, что сейчас происходит на Севере после смерти короля с королевой и пропажи истинной наследницы трона. Лучше пробраться в замок тихо, как мышки, а не свалиться на голову, словно сугроб, — просит Эрия Эрту, сжимая поводья. Ей уже не терпится добраться до хоть какого-нибудь жилья и согреться. — Как тебе здесь? Сможешь без меня какое-то время провести, найдешь, чем заняться?
Драконица кивает, не поворачиваясь, но ал’Зида понимает это, потому что чувствует под собой соответствующую ситуации вибрацию. Раньше они так часто общались, летая, и у них есть условные знаки, знакомые обеим.
Алая решает, что не помешает повеселиться, поэтому не садится на землю, а ныряет в снег, погружаясь в него почти полностью — такие здесь высокие сугробы. Девушка, давно привыкшая к шаловливому нраву Эрты, соскальзывает с её спины, барахтается, пытаясь выбраться, пока драконица зубами не вытаскивает за шиворот на свет матери-прародительницы, под первые лучи восходящего солнца. Отплевывается от холодной каши во рту, пытается отряхнуться, пока окончательно не промокла.
— Видимо, придется пробежаться, чтобы согреться. Я совсем не была готова попасть так быстро с Юга на Север, — жалуется принцесса, уведомляя при этом Эрту.
Кивает ей, закидывает сумку за плечо, и устремляется вперед, надеясь, что не заблудится. Бежать девушке нравится: мышцы разогреваются, связки возвращаются в обычное состояние, приобретая былую гибкость, даже костям становится куда лучше. Эрия будто скидывает с себя груз неприятных событий, пока бежит. И пусть дыхание вскоре сбивается, ресницы леденеют на морозе, а пот скрепляет волосы льдом, ей хорошо, по крайней мере относительно. Впервые с тех пор, как она с мужьями покинула Западное королевство.
С момента, когда она была здесь в прошлый раз, в замке не особо что-то поменялось. Разве что стало почище, немного уютнее, и у людей на лице появились улыбки, пусть еще и очень редкие. Эрия пробирается внутрь вместе с обозом торговцев, скрыв лицо за капюшоном. Оглядывается по сторонам и не понимает, как после всего произошедшего здесь никто не следит за безопасностью. Ведь казалось бы, если убивают правящую чету, нужно ответственнее относиться к незнакомцам, но у ал’Зиды даже не спрашивают, кто она такая, просто пускают на телегу. «Поразительная беспечность», — думает она, трясясь на ухабистой дороге.
Ноздри Эрии забивает запах свежих овощей, видимо, выращенных где-то здесь недалеко в теплицах, а еще аромат от лошадей, удивительно чистых, не смотря на грязь вокруг. Огромные звери с гордым видом вышагивают по главной улице, привлекая всеобщее внимание. Тогда девушка понимает: «Может, я и ошиблась, торговцы не отсюда. Иначе как объяснить такую реакцию?».
Впрочем, не смотря на грустные события в недавнем прошлом, простой народ продолжает жить также, как и раньше. По бокам главной улицы работают лавочки, а перед ними стоят редкие ларьки с разложенными на покосившихся столах товарами. Продавцы зазывают покупателей, расхваливая каждый своё, а вокруг них крутятся маленькие дети, бегая между рядами и играя. По сути, это настоящая жизнь, та, которой Эрии не хватает. Осознание
