Оторвав глаза от строчек, он посмотрел на Грейнджеров.
— Кажется, мисс Блэк… не стало.
На лице ведьмы, как показалось Тому, отразилось удовлетворение. Но эта мысль показалась ему настолько странной и абсурдной, что он затолкал её подальше в своём сознании.
Он отлевитировал записку Грейнджерам. Прочитав то, что там написано, Гектор взял ладошку мисс Грейнджер в свою руку и слегка сжал её.
— Не буду врать, что мне жаль, — просто проговорила девушка.
— Думаю, мне нужно отправиться к Блэкам и переговорить с Сигнусом, — решительно произнёс Гектор, поднимаясь. — Том, я могу на тебя рассчитывать?
— Конечно, — кивнул маг.
После того, как Гектор исчез в пламени, в комнате воцарилась напряжённая тишина.
— Хотите поговорить об этом? — наконец спросил Риддл.
— О том, что я убила человека? Не имею такого желания, — она скрестила руки на груди.
Том кивнул, принимая её ответ.
— Мне жаль, что это случилось, — искренне произнёс маг, приближаясь к девушке. — Даже то, что я косвенно к этому отношусь… Я хотел, чтобы ты знала.
— Беллатриса Блэк — сумасшедшая сука, — отрезала мисс Грейнджер, и добавила: — Была. И мне… в некоторой степени жаль Антонина.
Тому показалось, что она сама удивлена своим словам.
— Мне ведь не показалось, что вы знаете о нём… куда больше, чем все остальные? — осторожно поинтересовался он. И твёрдо добавил: — Вы знаете его фамилию.
Ведьма усмехнулась.
— Да.
Риддл колебался некоторое время, размышляя, следует ли ему сообщать… но всё же решил:
— Антонин чист перед законом.
— Как? — выдохнула она, широко открыв глаза.
— Мы подали апелляцию в Международную Конвенцию, он полностью оправдан, — просто ответил Том.
Мисс Грейнджер молчала некоторое время, обдумывая его слова с сосредоточенным выражением лица. Несмотря на то, что она пришла в себя и разговаривала, она всё равно больше напоминала инфернала, чем живого человека.
— Зачем ты здесь? — спросила она наконец.
Том расправил плечи и отвёл взгляд в сторону.
— Я не знаю.
— Великолепный ответ, — съязвила девушка.
— По крайней мере я здесь, — не удержался от язвительного комментария Риддл, но тут же пожалел об этом, заметив, как помрачнело её лицо.
Мисс Грейнджер нервно сглотнула, а её глаза наполнились слезами.
— Нобби… — прохрипела она. — Мистер Лич… Приходил? — Том покачал головой. — Писал? — он снова дал отрицательный ответ. — Ясно.
Риддл взял её ладонь и прикоснулся губами к костяшкам пальцев.
— Мне жаль.
Ведьма фыркнула.
— А вот это звучит не искренне.
Том усмехнулся.
— Да, ты права, мне совсем не жаль. Если бы он здесь появился, я бы его проклял, а письмо бы сжёг. Он не достоин того, чтобы переживать о нём.
— Потому что он — маглорождённый? — поинтересовалась девушка.
Риддл поморщился.
— Потому что он… мудак, — заметив потрясённый взгляд, маг пояснил: — Любимое словечко Антонина. Мне показалось, что это определение как нельзя лучше подходит мистеру Личу в данных обстоятельствах. — Он немного помолчал, а потом всё же высказался: — И потому что он маглорождённый.
Мисс Грейнджер хрипло рассмеялась и слегка сжала его пальцы, лежащие в её ладони, и по этому простому жесту Том понял, насколько она сейчас слаба и беззащитна; и невольно подумал о том, как сильно ему доверяет Гектор, раз позволяет находиться рядом с ней, пока она в таком состоянии. И ещё только в этот момент маг осознал, что всё ещё держит её руку.
— Спасибо, что все эти дни был здесь, — неожиданно произнесла девушка. — Не могу представить, для чего тебе это, но всё равно спасибо. Я рада, что ты был рядом с Гектором… И со мной.
Риддл приподнял уголок рта и откинулся на спинку кресла. Спустя несколько минут в молчании, он почувствовал, что рука девушки расслабилась, а сама она уснула.
Комментарий к Глава 25. Разочарование, оправдание и удовлетворение
Ох, ребята, спасибо большое за 300
За то, что читаете, комментируете и ждёте продолжения. ❤️
Часть 26 POV Нобби
Нобби выбежал из зала Заседания практически сразу после Гермионы, но, оглядевшись, не обнаружил ни её, ни даже удаляющуюся спину. Было всего два варианта, куда она могла отправиться: в каминный зал, либо к выходу из Министерства. Благо, и то, и другое, находилось в одной стороне. Не обращая внимание на скептичные, а, порой, и злобные взгляды, он шагом, самым быстрым, каким позволяли приличия, направился в сторону выхода.
— Нобби! — окликнул его низкий мужской голос.
Лич тяжело вздохнул и затормозил, чтобы оглянуться.
— Да? — сухо бросил он.
— Не переживай, — успокоил его волшебник и дружелюбно похлопал по плечу. — К следующему Заседанию ты подготовишься лучше и сможешь убедить всех в важности твоего предложения.
Нобби устало покачал головой. Как можно убедить кого бы то ни было в своей идее, если сам в неё до конца не веришь? Ещё пару месяцев назад он смог бы заставить свой голос быть более убедительным, но, пообщавшись с Гермионой, он и сам начал сомневаться в целесообразности — все аргументы, которые он использовал, она мягко, но старательно разбивала, раскладывая по полочкам несостоятельность его предложений. Он метался между ней и Дамблдором, слушая доводы обоих, и окончательно запутался. Отец дал ему, как казалось Нобби, верный совет — слушать того, кто дольше в политике. Но почему тогда сейчас он чувствовал, что совершил ошибку?
— Спасибо, Флимонт, — безразлично проговорил он, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу.
— Пропустим по стаканчику? Дорея будет рада тебя видеть, — мягко предложил маг. — И Альбус обещал к нам присоединиться.
О, это не было предложением.
Коридор уже наполнился людьми. Воздух гудел от напряжения магии, сконцентрированной в одном месте. Шутка ли, собрание самых сильных магов Британии? Нобби чувствовал, как кончики пальцев покалывает, будто по ним пробегает разряд электричества.
— Немного позже, — неохотно согласился Нобби — будто у него на самом деле был выбор, — мне нужно закончить с одним делом.
Он резко развернулся на каблуках, игнорируя понимающий взгляд Флимонта, и отправился к выходу, обгоняя идущего в том же направлении сэра Гектора с Томом Риддлом-Гонтом. Дамблдор советовал остерегаться последнего, как и всегда, не объясняя причины, но Лич давно привык доверять директору.
А ведь сегодня они должны были познакомиться с Дагворт-Грейнджером официально.
Как же глупо.
Гермиона стала дорога ему, как бы он не старался не привязываться. После того, как он, по указу Дамблдора, порвал со своей подружкой-маглой, после почти десяти лет отношений — не может быть у Министра магии супруги-маглы, — он зарёкся позволить кому бы то ни было стать для него чем-то важным… Но с Гермионой всё пошло наперекосяк. В первую очередь в этом был виноват, конечно, Альбус,
