class="p1">
Пришлось приложить усилия, чтобы выбраться из хватки девушки, которая пыталась удержать меня всеми силами. – Эбигейл…
Я отмахнулась от неё и залезла обратно в шкаф, чтобы вытащить оттуда заранее подготовленный лист.
Кая волновалась, что я потратилась, но у меня совсем не было денег для того, чтобы сделать ей подарок, который она на самом деле заслуживала, поэтому пришлось подключить фантазию. Конечно, я могла подарить ей неделю своего молчания. Это бы ей понравилось, так как она едва не плакала, когда я без умолку тараторила о чём-то, связанном с медициной.
Однако мой выбор пал на кое-что более значимое.
– Что это? – нахмурившись, спросила Кая, когда я передала ей в руки самый обычный белый лист.
– Читай.
Она, о Боги, послушалась меня, и её глаза быстро забегали по словам на бумаге. Я взяла его в школьной библиотеке и там же напечатала свидетельство о нашем сестринстве.
Мне не терпелось узнать, что она думает по этому поводу.
Кая много значила для меня, и я хотела, чтобы ей было известно об этом. Она – единственный родной мне человек. Из живых.
Всё внутри сжалось, когда она стала молчать подозрительно долго. Но не успела я ничего спросить, как девушка наклонилась и вновь прижалась ко мне. Наши грудные клетки врезались друг в друга.
– Спасибо, это… – Кая громко и, как мне показалось, больно сглотнула, помедлив. – Очень важно для меня.
На глаза навернулись слёзы облегчения. И счастья.
– Я люблю тебя, – вырвалось из моего рта.
На мгновение я подумала, что поспешила с признанием, однако когда поняла, что эта мысль уже не впервой приходит мне на ум, отбросила сомнения в сторону.
– И я люблю тебя, Эби, – мягко поглаживая меня по спине, ответила Кая.
Тепло. Мне было так тепло, несмотря на обстановку вокруг нас. Вонючая раздевалка в самом отвратительном месте в городе не испортила момент.
– И ещё кое-что. – Я залезла в задний карман своих джинсов и достала из него две небольшие плитки шоколада, после чего постучала по плечу Каи, чтобы она отлипла от меня и я смогла передать его ей. – Твой любимый.
Обычно я приносила горький шоколад, так как знала о некоторых её проблемах с давлением. Но сегодня был праздник: нужно побаловать сладким самую лучшую сестру на свете.
Кая удивлённо приподняла брови.
– Откуда?
Я улыбнулась.
– Кабинет директора.
***
Мой телефон запищал на тумбе, вырвав меня из воспоминания, которое одновременно согревало и делало больно. Я перевела взгляд с не собранной рабочей сумки на экран и замерла, увидев имя отправителя.
Имя человека, который привёл меня к моей любви и… Я не винила её. Я тоже была причастна к тому, что наши с Деметрио отношения оказались разрушены.
Подтверждать чужую ложь – всё равно что лгать самому.
Арабелла: Сегодня вечером. Он будет там.
Я посмотрела на адрес, который она добавила в конце сообщения, и вспомнила, где это находится. Я знала Рино как свои пять пальцев.
Ресторан совсем неподалёку от больницы, в которую я сейчас собиралась, планируя прийти немного пораньше до начала своей вечерней смены, чтобы не подвести дядю.
Как только мне вернули мои документы, изъятые из сейфа в кабинете Родриго, Гейл помог мне открыть счёт в банке, который с тех пор ломился от денег: Каморра выплатила не только обещанные двести пятьдесят тысяч долларов, но ещё и целый миллион на обучение, подаренное Деметрио на моё фальшивое восемнадцатилетие. Он не аннулировал подарок, хотя это было бы честно.
Теперь я жила с дядей, поэтому мне не приходилось платить за жильё, еду и тратить накопления на карманные расходы. Он не был моим отцом, но вёл себя так, будто был им. Только несмотря на всё хорошее, что он делал для меня, я не могла слепо надеяться на него. Он мог исчезнуть из моей жизни так же неожиданно, как и появился в ней, поэтому время от времени я подрабатывала. Каждый цент из уже имеющихся у меня денег должен будет пойти на обучение, а просить средства на свои нужды я не собиралась.
Не в моём стиле. Я так не привыкла.
К тому же опыт работы в больнице мне не помешает. Даже в роли обычной санитарки. Мэй поддержала меня, когда я находилась в раздумьях по этому поводу.
Следом пришло ещё одно сообщение.
Арабелла: С днём рождения, Figlio degli elementi.
***
Я оказалась в ресторане так быстро, как только смогла. Несмотря на то, что Арабелла не дала точного времени прибытия в него Деметрио, я боялась опоздать. Упустить его. Не поговорить с ним.
Хотя жутко волновалась.
Мы не виделись с того самого дня, как он узнал правду, а я не объяснилась перед ним. У меня была возможность написать ему или позвонить, но такие вещи не обсуждаются по телефону. К тому же я искренне верила, что Деметрио не хочет слышать меня.
Сейчас ничего не изменилось, только что-то не позволило мне бездействовать и оставаться в квартире, когда он был в городе. Любовь.
– На чьё имя забронирован стол?
– Деметрио Асторе, – задыхаясь, ответила я.
– Секунду.
Хостес опустил взгляд к блокноту и прошёлся глазами по, как я предполагала, списку гостей, пока я пыталась привести в норму своё учащённое сердцебиение и избавиться от жара, нахлынувшего на меня.
– М-м-м, такого человека нет в списке, – объяснил он. – Возможно, Вы перепутали?
Перепутала? Нет. Это имя было высечено на моём сердце. Четырнадцать букв, изменивших мою жизнь.
– Могла произойти ошибка. Позвольте узнать Ваше имя.
– Эбигейл Девора.
Хостес вновь присмотрелся к списку, а затем дал мне всё тот же ответ. Я чувствовала физическую боль, медленно осознавая, что Арабелла могла что-то напутать, а Деметрио вовсе передумать приезжать.
– Пожалуйста, проверьте ещё раз, – не теряя надежды, попросила я.
– К сожалению, этих имён нет в списке.
Я кивнула, поджав губы, и развернулась, собираясь уйти. Боль душила меня. Мои руки дрожали. Я хотела вбежать в зал и…
Постойте!
– Эбигейл Асторе? – прошептала я самой себе. После чего повернулась обратно и подбежала к стойке администратора. – Эбигейл Асторе.
На этот раз молодой человек не опустил взгляд к списку, словно изначально ожидал, когда я назову именно это имя. Мой рот приоткрылся, и он улыбнулся, вытянув руку в сторону.
– Пройдёмте.
Я последовала за ним в зал, полный людей. Мои глаза бегали по гостям в поисках Деметрио, которого в итоге там не оказалось, потому что меня подвели и усадили за пустой
