против СССР.
В этом отношении показателен союз японского империализма с французским и их стремление превратить Маньчжурию в восточный плацдарм интервенции против СССР. В то же время японское выступление, как никогда раньше, разоблачило в глазах широчайших масс предательство Гоминьданом национальных интересов и способствовало развалу правящего лагеря в Китае».
А теперь о связях резидентуры Зорге с «нашими друзьями» – китайскими коммунистами.
В апреле и мае 1932 г. ещё до объявления Нанкином о начале четвёртого карательного похода Главный штаб НРА планировал проведение операции против 2-й и 4-й армейских групп (командующие Хэ Лун и Сюй Сянцянь, соответственно) китайской Красной армии. В Нанкине считали, что нельзя сосредоточить все силы для наступления против Центрального советского района, пока не «…ликвидированы советские районы и Красная армия в пойме р. Янцзы, где коммунистические войска угрожают промышленному центру Ухань и железной дороге Пекин – Ханькоу». В приказе гоминьдановским войскам особенно подчеркивалась необходимость не допустить «…коммунистическую армию к Ханькоу, Ханьяну и Учану, где она может воспользоваться сочувствием подпольно действующих организаций и получить пополнение людьми и оружием».
Для проведения операции по ликвидации советских районов Хубэй – Хэнань – Аньхой и Хунху была выделена группировка войск центрального правительства, а также местных милитаристов в составе 15 пехотных и одной кавалерийской дивизий – всего 180–200 тыс. солдат и офицеров, свыше 440 орудий, три бронепоезда и 17 самолётов.
Противостоявшие этим войскам 4-я и 2-я армейские группы Красной армии значительно уступали по всем параметрам. 4-я армейская группа насчитывала 35 тыс. бойцов (при 25 тыс. винтовок, карабинов и маузеров), 2-я – 25–30 тыс. бойцов (при 15 тыс. единиц стрелкового огнестрельного оружия).
В 2002 г. газета «Жэньминь жибао» опубликовала статью под названием «Герой антифашистской разведки», посвящённую Рихарду Зорге. В статье рассказывалось, что «Рамзай» через группу германских военных советников получил план «четвёртого карательного похода» войск нанкинского правительства по ликвидации советских районов Хубэй – Хэнань и Аньхой.
В информации, переданной «Рамзаем» китайским коммунистам, отмечалось в газете, содержались данные о направлении главных ударов, сроках и местах сосредоточения воинских частей НРА и местных милитаристов. Утверждение автора статьи совпадает с тем фактом, что среди документальных материалов, направленных в Центр, присутствовали, в том числе, и секретные инструкции частям НРА по борьбе с красными и планы подавления красных в Хубэе.
Именно получение этой информации делает понятным и объяснимым все последующие действия командования Красной армии, которое приняло план, предусматривавший упреждение противника в развёртывании для наступления, чтобы манёвренными действиями помешать этому развёртыванию, одновременно активными наступательными действиями угрожая Ханькоу.
17 апреля 1932 г. две дивизии 4-й армейской группы «красных» нанесли внезапный удар по противнику в районе Сяогань – Хуанпи. Одна дивизия противника была почти полностью разгромлена, две другие понесли значительные потери (были захвачены 32 орудия и один бронепоезд). Одновременно 2-й корпус 2-й армейской группы «красных» нанёс удар по дивизии хунаньских войск в районе Иньчэн и разгромил одну бригаду этой дивизии.
После двухмесячных кровопролитных боёв ЦК КПК и Главный военный совет дали указания командованию 4-й и 2-й армейских групп оставить занимаемые территории советских районов. Главным силам 4-й армейской группы предписывалось перейти в северную часть Сычуани, соединениям же 2-й армейской группы надлежало выйти к границам провинций Хунань – Хубэй – Сычуань и Гуйчжоу и создать здесь опорную революционную базу.
Как следовало из публикации «Жэньминь жибао», Зорге передавал разведывательную информацию одному из руководителей Особой группы китайской компартии (разведка КПК), который тесно сотрудничал с шанхайской резидентурой. Далее, по утверждению газеты, информация через Сун Цинлин поступала в советские районы. Речь шла о «профессоре» – Чэнь Ханшэне, ближайшем сотруднике Зорге. По мнению автора статьи, Зорге оказал «…непосредственную помощь освободительной революции в Китае».
Как бы то ни было, передаточным звеном в схеме связи с «нашими друзьями» был и «Пауль» – К. Римм.
3 июня 1932 г. командование НРА официально объявило о начале четвёртого карательного похода против Центрального советского района, на территории которого дислоцировались 1-я и 3-я армейские группы Красной армии. Соотношение сил к началу карательного похода против Центрального советского района было далеко не в пользу вооружённых сил китайских коммунистов. Однако китайская Красная армия имела большой опыт манёвренных действий, приобретённый в период предыдущих трёх карательных походов.
Накануне карательной операции каждый командир дивизии из числа провинциальных милитаристов был вызван в Нанкин, где должен был дать обязательство, едва ли не в письменной форме, о безусловном подчинении приказам главнокомандующего карательным походом и выполнении конкретных боевых задач в походе. Выполнять поставленные перед ними задачи генералы-милитаристы обязались, однако в дальнейшем больше думали о сохранении своих войск, нежели о подавлении «красных бандитов» в советских районах. В военной области подготовка к новому походу велась под руководством немецких инструкторов.
Операция против Центрального советского района проходила в два этапа. На первом этапе (июнь – ноябрь 1932 г.) основные силы НРА продвигались по восьми изолированным друг от друга направлениям к Жуйцзиню. Не вступая в сражение, части Красной армии вели сдерживающие бои малыми силами и в то же время сосредоточивали ударные группы, которые внезапно проводили атаки на фланги и тыл, наносили потери, сеяли панику, заставляли противника развёртывать свои колонны в боевые порядки и наносить удары по пустому месту.
В результате продвижение войск НРА вглубь территории советского района было медленным, не превышая 3–4 км в день. Всё это привело к тому, что к концу первого этапа наступления солдаты и офицеры гоминьдановской армии были измотаны и морально подавлены. Командование армии национального правительства вынуждено было отказаться от дальнейшего наступления.
В ходе второго этапа карательной операции (ноябрь 1932 – февраль 1933 г.) части 1-й и 3-й армейских групп Красной армии перешли в контрнаступление и, громя части НРА на отдельных направлениях, заставили противника прекратить наступление, отвести свои войска и официально признать провал похода.
Информация о ходе очередной карательной операции войск национального правительства против советских районов, которая поступала в шанхайскую резидентуру от «местных друзей» через «Пауля», передавалась в Центр. Эта информация была фрагментарна и чаще всего с опозданием сообщала о минувших событиях. Подобная ситуация обусловливалась не только трудностями связи с советскими районами, но и масштабами боевых действий, которые разворачивались на многих фронтах. С такими же трудностями сталкивалась резидентура при получении информации от германских инструкторов о ходе боевых действий.
Была ещё одна причина, которая отрицательно отражалась на информированности резидентуры Зорге о происходившем в советских районах Китая, – сдержанность руководителей китайской компартии в Шанхае в вопросе предоставления информации.
Ниже приведена небольшая выборка таких телеграмм.
27 мая 1932 года Зорге доносил в Центр:
«Резко вырисовываются два очага действий революционных войск в провинции Аньхуй.
Первый очаг
