этом чуть задницей на железную иглу не насадился – забрался по стене и активировал способность зверя:
2; 3 из 6.
Потом просто вдавил деревянное заграждение плечом.
Две секунды и я ввалился внутрь вместе с досками.
Солдат с метлой, увидев меня здесь такого неожиданного и красивого, выпучил глаза.
– Торопись, – предупреждающе рявкнул Принц.
Наёмник стоял в семи шагах и до сего момента подметал у лестницы.
Бедолага…
Я выхватил из ножен оружие, перехватил. Солдат уже собрался кричать. Наконец сбросил с себя оцепенение, но я швырнул меч, как копье, активировав при этом телекинез.
2; 2 из 6.
Меч проткнул бойца насквозь и прибил его к стене, точно жука. На нём даже бронежилета не оказалось. В целом я согласен с его философией: “Зачем надевать защиту, когда занимаешься уборкой?”, но вот жизнь оказалась изощрённой стервой и подловила в момент изнуряющей рутины. Такая судьба…
Метла отлетела в сторону. Про намеренье кричать, он резко позабыл. Хрипел, сопел. Успел я еле-еле. Подобрался, вырвал из груди меч. Наёмник упал – я придержал его, чтобы он не бухнулся вниз. Лишних звуков нам не надо.
Выбрался на лестницу.
Сверху у меня отличный вид на главный зал с белой, будто костяной, кафедрой и простенькими лавчонками. Спускался осторожно, стараясь не шуметь. Тут невысоко, ступеней двадцать.
– Пять вниз. Дверной проём, поворот, двое, – мрачным голосом подсказал Принц.
Интересно как он всё это подмечал. И все равно нужно объявить мысленную благодарность бойцам-алтарям за бдительность.
– Служу Империи! – насмешливо поддержал Принц.
Поморщился, бесшумно преодолел ступени и замер.
– Скучно здесь Гиб. Пора в Анхельм дви…
Договорить ему не удалось. Наёмник вышел из дверного проёма – и я, с чистой совестью, вбил клинок ему в висок.
Толкнул плечом, чтобы тело тут не мешалось. Мертвец покатился вниз.
В коридоре еще один.
Ударил его, изорвав ткань бронежилета; противник торопливо отпрянул, за пистолетом потянулся. Сделал шаг и наградил его рубящим еще раз, теперь в район головы. Солдат закрылся рукой, лезвие расчертило полосу: рассекло ладонь, предплечье, в разные стороны пальцы полетели. Плохо сработано – тут уж он закричал… третьим ударом перебил ему шею и крик преобразился в хрип.
– Что ж я и не рассчитывал, что мартышка сможет сделать идеально чисто, – с горечью произнёс Принц. – На то она и мартышка.
– Критиковать каждый может. Сам бы попробовал. Они вообще-то тоже умирать не хотят. Сопротивляются.
Быстро прошёл за проём арки, преодолел семиметровый коридор и оказался перед деревянной дверью. Удар ноги ее настежь открыл.
В небольшой спальне еще один наёмник. Он быстрее-быстрее бронежилет пытался нацепить. Судя по лицу, только проснулся. Руки тряслись, с завязками и ремешками справиться не получалось. Уверен, теперь шуметь можно. И даже нужно. Прошлый уродец кричал изо всех сил и только глухие могли это не услышать.
Подходить не стал. Больно он здоровый – еще и с защитными браслетами на руках.
Отстрелялся из карабина. Ужасающее травмирующее грохотание прошлось по ушам; боец с завязками упал.
Я вернулся на лестницу. Внутрь храма уже забежала боевая тройка. Отправил им все подарки, что в магазине карабина оставались. Сверху было невероятно удобно стрелять по целям снизу, но это и так очевидно. Наёмники попадали возле лестницы. Им не хватило реакции, не успели оценить ситуацию верно.
– Какая же ты свинья высокомерная, – довольно сказал Принц.
Да, я такой.
Перезарядился.
Еще двое. Это запоздавшие с кладбища догнали. Они открыли огонь сразу, как только на порог ступили. Пришлось укрыться за вычурными лестничными перилами.
Отстреливался я наполовину в слепую, ориентируясь на комментарии Принца. Финал понятный – карабин ты с пистолетов не перестреляешь – опять трупы.
К веселью и Рыжий присоединился, выбежал откуда-то из-под лестницы.
Сходу он запустил в меня тройку шипов. Мерзавец разбил укрытие. Снаряды шипели, бурчали и дымились силой.
Отбежал назад к дверному проёму. Принялся перезаряжать оружие. Не успел, враг меня подловил. Шип прямо по центру “Эха” вонзился. Вспомнил искаженное разочарованием лицо гвардейца Бора – у меня сейчас наверняка такое же. Откинул испорченный карабин. Добежал по коридору до двери в спальню, вытащил пистолет.
Как только Рыжий появился в проёме, я с большим удовольствием выстрелил.
Целился в центр груди, но у ворона был усилок на мыслещиты. Округлое полупрозрачное бронеполотно проявилось перед ним. Пули рикошетили в стороны.
Собака.
Но глаза умненькие.
Он сделал еще
