class="p1">– Мутанта и тао не трогать!
Бинг быстро оглянулся, убедился, что почти все покинули координаторскую, и выхватил оба бэтгана.
– Ну, сейчас будет веселуха!
Стая летучих мышей, вылетев из дула левого бэтгана, ринулась в грозу. Робби думал, что на пол посыплются обугленные трупики, но мыши каким-то чудом прорвались сквозь пляску молний и набросились на омрисов.
Комната наполнилась шипением, визгом и воплями. Молний стало меньше.
– А теперь будет еще веселей, – пообещал Патрик и выстрелил из второго бэтгана.
Когда вторая стая мышей ринулась на подмогу первой, молнии стали гаснуть одна за другой. Харсуны падали на пол, на плавящемся пластике извивались огненные змеи. Стараясь уйти от безжалостных крылатых созданий, омрисы метались по стенам и даже по потолку; двое из них в суматохе задели молниями друг друга. Лоц с ревом катался по полу: бьющие крыльями летучие мыши запутались в его черной шерсти, и он никак не мог выцарапать их оттуда.
– Пошли, пошли!
Вернув бэтганы в кобуры, Патрик потянул Робби за плечо, Мяушшу – за руку. Те сунули в кольца выключенные харсуны, и Робби вдруг обнаружил справа от себя Джосса, с грозным видом сжимающего в кулаке что-то вроде маленького ножа.
– Отдай мне скальпель, милый, – попросила Карина.
И у нее, и у Джосси волосы стояли дыбом из-за электричества, которым была полна координаторская. Себя Робби не видел, но Мяушша распушилась вдвое больше обычного, а Патрик никогда еще не был таким патлатым.
Все вместе они выскочили в коридор (Джосси так и не отдал Карине свое смешное оружие), и Робби хотел задвинуть дверь, но Патрик резко бросил:
– Не трогай!
Робби отдернул руку. Конечно, ведь закрытая дверь помешает летучим мышам вернуться в бэтганы, как же он не сообразил!
Все побежали по коридору, оставив позади мышино-грозовой хаос. Джосси сильно прихрамывал, но не отставал, Мяушша смеялась, и скоро Робби и Патрик тоже начали смеяться.
– Не только у вас на Хибаре Розовых Зайчиков бывает весело, а? – спросил Бинг сквозь смех.
Они добежали до завала у цветочной башни, и Робби удивился:
– А где же Стивен?
– Нитуб! – Патрик хлопнул себя ладонью по лбу. – Совсем про него забыл!
Возле светящихся надписей медлил, поджидая отставших, координатор Данлоп.
– Эй, куда подевался Сингер-средний? – спросил его Патрик.
– Ребята прихватили его с собой, – ответил Ларс, присоединяясь к отступающему арьергарду. – Все живы и целы?
Патрик показал большой палец и взглянул на Мяушшу.
– Ну, принцесса, где твой берш?
– Там! – показала Мяушша и, прыгая рядом с Бингом, подергала его за рукав. – Я тоже хочу таких мышек! Подари мне хоть одну, ну пожалуйста-а!
– Мои мыши не живут без стаи, высочество. Кстати, их пора возвращать.
Патрик приостановился, вынул оба бэтгана и нажал на кнопки на рукоятях. Спустя несколько секунд из полумрака коридора вылетела стая боевых летучих мышей; присыпанные светящимся порошком, все они отливали зеленым. С торжествующим писком стая разделилась на две, мыши уменьшились и исчезли в дулах. Одна мышь примчалась с другой стороны – наверное, та, которая затыкала рот Стивену.
– Так-то, – сказал Патрик, пряча бэтганы в кобуры. – А теперь познакомимся с тезкой Данлопа.
Глава 23
Война миров
Ларсс отбрасывал в коридор конус неяркого света, и люди поднимались в вершину этого конуса, шагая словно по пустоте. Подбежав ближе, Робби увидел, что там вовсе не пустота: сверху мягкими волнами спускалось нечто вроде полупрозрачной лестницы.
– Если Ларсс умеет делать лестницы, почему я из него прыгал? – возмутился он, но Патрик со словами: «Ходу, ходу!» – так толкнул его в спину, что Робби взлетел сразу на несколько ступенек.
– Ларсс, я здесь! – проверещала Мяушша, ныряя в утробу живого корабля; за ней скрылись Карина и Джосс.
Патрик поднимался последним, и Робби, обернувшись, с любопытством понаблюдал, как ступеньки за Бингом складываются и исчезают… Лестница почти втянулась внутрь берша, когда в полутемном коридоре мелькнула черная тень.
Лоц мчался скачками, отталкиваясь от пола ногами и одной рукой, сжимая в правой руке харсун. Робби не успел даже вскрикнуть, как из харсуна вождя омрисов вырвалась длинная молния. Она с шипением мазнула Патрика по рукаву, обхватила его правую руку десятком извивающихся голубых «щупалец», и Патрик вздрогнул, широко распахнул глаза и начал падать назад.
– А-а-а!..
Робби с воплем вцепился в куртку разведчика, стараясь его удержать… Какое там! Они оба рухнули бы в коридор, если бы лестница вдруг не удлинилась и не подхватила их, словно мягким языком.
Короткий полет вверх – и Робби упал на пружинистую пустоту.
Он быстро перевернулся и сел, но Бинг остался лежать лицом вниз, и Робби чуть снова не заорал при виде его правой руки.
– Патрик? – забормотал он, забыв про «мистера Бинга». – Па-атрик?!
– Чтоб… я… сдох, – сквозь зубы выдавил хозяин Сакраменто.
– Не надо сдыхать!!!
Под ними расползлась, дрожа, синяя молния, но не сумела проникнуть внутрь берша – отверстие, через которое в него вошли тао и «чужаки», уже затянулось. А потом Ларсс с тихим хлопком отстыковался от крыши, и все быстро провалилось вниз: паутина тоннелей, башня-цветок, буро-серый пейзаж Сакраменто. Робби не успел заметить, осталась ли в крыше дыра, но кровожадно пожелал, чтобы осталась и чтобы Лоц задохнулся!
Вокруг оглушительно гомонили люди и инпы, но Робби на них не глядел; нагнувшись над хозяином Сакраменто, он вцепился в куртку на его левом плече. На правую руку Бинга было страшно смотреть: куски обугленного рукава спеклись с такими же обугленными кусками кожи.
– Патрик? – снова позвал Робби.
Разведчик не ответил, и к ужасу Робби добавилась ярость.
– Вы же такой богатый!!! – заорал он. – Почему вы не купили себе гены ящерицы?!
Патрик в ответ забормотал слова, которых Робби не понял. Мальчик быстро взглянул на Умника, но вместо того, чтобы перевести, бимакс свернул длинные уши трубочками и смущенно прикрыл морду лапками.
– Гены ящерицы можно вводить только подросткам, – дрожащим голосом объяснила Карина. – Тебе еще рано, ему уже поздно…
«Сделайте что-нибудь!» – хотел крикнуть доктору Робби, но тут ему в нос ударил знакомый острый запах фруктовой гнили, заглушив тошнотворный запах горелого, и из-под его локтя вынырнула Мяушша. Она держала большой зеленый расползающийся плод и без церемоний шлепнула его на обожженную руку Патрика. Бинг страшно зашипел, но Робби просиял и с благодарностью взглянул на подругу.
– Мяушш, ты умница!
Это была та самая зеленая гадость, которая вылечила крыло Умника.
– А ты не знал, что она соображает лучше тебя? – вредным голосом спросил Джосс.
Мальчишки с Мяушшей принялись размазывать целебную слизь по остаткам куртки, по обожженной руке: Робби –
