Здание находилось в административном центре города – по крайней мере, он был им раньше, – как и дома самых богатых жителей, хранилище зимних запасов Вейра и наверняка еще множество всего интересного. Где-то под ним точно располагалось подземелье, но Оборотень не мог понять, где именно.
Стену здания украшали каменные зубцы, открытые переходы, балконы и наружные лестницы. Их патрулировали гвардейцы и каресианские прихлебатели колдуньи. Нанон мог проникнуть туда через несколько десятков мест, исследовать сотни внутренних помещений, но без точного направления ему пришлось бы полагаться только на удачу. Но от этой удачи зависело выживание Далиана.
Его начало одолевать разочарование. Поднялся ветер, и Нанон спланировал на низкий балкон, выступающий из приземистой башни. Там стояли двое уставших дозорных, сонно глядевших на улицу внизу, но ястреба они не заметили. На секунду он замер в воздухе, пропуская ветер сквозь перья.
К нему пришла странная мысль. Мысль о том, как он лежит на пляже, теплые волны ласкают его ноги, а вокруг сидят его друзья. Слева Рам Джас, справа Далиан, а Гленвуд весело плещется в воде. Но мысль не принадлежала ему. Где-то глубоко под каменными зданиями Вейра видел сны Далиан Охотник на Воров. Раны смертельно уставшего каресианца подлечили, и Нанон ощущал в нем великий внутренний покой, будто Далиан молился. Чувствовать его таким образом было очень непривычно. И хотя они провели вместе немало времени, разум Охотника на Воров всегда оставался жестким и неподатливым, не разрешая Нанону воспринять эмоции Далиана. Возможно, осознание предстоящей гибели смягчило его разум… «Где же ты, каресианец?» – подумал Оборотень.
Нанон прыгнул, приземлившись на полу балкона. Двое каресианцев, напуганные большой птицей, на шаг отступили от него.
– Ты ешь ястребов? – спросил один из них.
– Не знаю, – ответил другой. – В них не так уж много мяса.
Дверь за ними была закрыта, и балкон казался относительно изолированным от остального здания. Нанон перекинулся в свой обычный вид и локтем ударил одного из стражников в горло. Другой ахнул, судорожно нашаривая меч, не в силах осмыслить только что увиденное. Нанон пнул его в пах и размозжил ему голову о каменную стену.
Доккальфар остановился. Первый из его противников был еще жив и пытался вдохнуть поврежденной трахеей. Нанон присел рядом с ним.
– Где-то в подземельях под нами держат каресианца по имени Далиан. Где именно он находится?
Каресианец выпучил глаза и разинул рот, в котором бешено двигался язык.
– Прости. Похоже, я нарушил твою способность к речи.
Оборотень встал и посмотрел на второго воина. Тот неподвижно распростерся на полу балкона, от его головы растеклась лужица крови.
– Я забыл о собственной силе, – изумленно пробормотал он. – Или о слабости людей. Или я был так зол, что выместил на вас свою ярость. – Нанон снова присел на пол. – Просто кивай в ответ. Ты знаешь, где находится Далиан Охотник на Воров?
Человек перестал судорожно пытаться вдохнуть и обмяк, глаза его остановились. Он умер.
– Что за напасть! – пробормотал обитатель леса.
Он шагнул на край балкона и посмотрел вниз. Он стоял на балконе на углу канцелярии лорда-маршала на высоте двух этажей. Главный вход большого здания находился довольно далеко, и стражи рядом не было.
– Правильно – ты где-то там, внизу, – заключил он, глядя на каменный пол. – Приоткрой свой разум, и я найду тебя. Не могу обещать, что спасу, – но найти смогу.
Но разум Далиана оставался все таким же непроницаемым. Еле заметная серебристая нить вела куда-то вниз, слишком тонкая, чтобы Оборотень мог последовать за ней.
Нанон бесшумно подошел к двери и прижался к ней ухом. Тишина. Железная ручка легко повернулась – и он ступил в темный коридор, ведущий к спиральной лестнице.
– Ну же, Далиан, где ты? Я не могу бесцельно бродить вокруг целыми днями.
Легкими шагами он спустился по лестнице. Стражник у ее подножия уставился в каменный пол, повернувшись к Нанону спиной. Оборотень улыбнулся – ему предоставилась еще одна возможность добыть нужные сведения.
Он взял шею стража в захват, чуть придушив.
– Привет, – сказал он, задирая стражу голову, – я знаю, ты не можешь дышать, так что даже не пытайся заговорить. Если ты мне поможешь – я не стану тебя убивать. Идет?
Мужчина бессвязно булькнул и замахал руками в тщетной попытке освободиться.
– Слушай меня! – рявкнул Нанон, чуть ослабив захват. – Я могу стать твоим худшим кошмаром. Или всего лишь еще одной встречей посреди долгого дня. Выбирать тебе.
Человек перестал вырываться.
– Что ты хочешь? – дрожащими губами полузадушенно прошептал стражник.
– Где Далиан Охотник на Воров?
Стражник поднял руку и показал на ведущую вниз спиральную лестницу.
– Спасибо, об этом я уже знаю, – произнес Нанон. – Где именно?
– Подвесные клетки… над катакомбами.
Нанон попытался улыбнуться, но вместо этого у него получилась жутковатая гримаса. Он ослабил хватку и легонько ткнул стражника в основание шеи, отключая его сознание.
Спиральную лестницу освещали факелы. Он спустился по ней с балкона, но ступени вели дальше вниз, в катакомбы.
– Поговори со мной, каресианец.
Нанон закрыл глаза и устремился разумом вниз, в катакомбы, проникая сквозь кирпичную кладку, известь и камень. Многочисленная охрана патрулировала нижние уровни здания. Сквозь комнаты, завешанные дорогими портьерами, через коридоры с роскошными коврами Оборотень следовал за отзвуком разума Далиана и наконец достиг коридора, который круто спускался вниз, в катакомбы, где слуги ро тщательно отмывали каменный пол от крови, пытаясь не вглядываться в темноту. Его лицо исказилось от боли, когда он увидел катану, лужу крови и обрывки одежды. На полу лежала разодранная в клочья кожаная броня, но тела нигде не было видно. Он почувствовал великую боль, исходившую от камня. На этом месте погиб Рам Джас. Когда он умирал, то смотрел на свою дочь. Однако он не упокоился в мире. Что-то случилось с ним во время смерти. Что-то очень гадкое.
Нанон мысленно возвратился из центрального зала катакомб и упал на колени. Ублюдки убили его друга и осквернили его тело. Он заслуживал большего. Или не заслуживал. Наемный убийца, хищник, выслеживавший и убивавший других людей. Но он же – друг Нанона, и доккальфару будет не хватать Рам Джаса. Ему захотелось закричать так громко, чтобы вся вселенная узнала: Рам Джас умер. Вселенной все равно, но Нанону казалось, будто узнать об этом она обязана. Ведь у киринов не было ни богов, ни Гигантов, остававшихся скучать по ним, ни жрецов, провожавших их в последний путь.
«Сконцентрируйся!»
Далиан все еще жив, ему нужна помощь, даже в виде последнего разговора. Нанон любил беседовать с ним и хотел успеть хотя бы попрощаться.
Разум его снова поплыл вниз, в катакомбы. Он постарался держаться подальше от крови кирина, внимательно осматривая темные залы. В поисках друга он спускался по темным запретным коридорам все дальше и дальше. Он видел извращенные религиозные церемонии, проходившие там, и ему неприятно было смотреть на них, но он заставлял себя продолжать поиски. Сотни фанатиков качались в такт новой песни Семи Сестер. Они скандировали нараспев и занимались непотребством, они обещали новую эру наслаждений и крови, они забывали о своей морали и добровольно творили мерзости.
Он снова почувствовал Далиана. Каресианец уходил из мира, спокойно принимая свою смерть. Нанон сомневался, что тот в сознании, но он оставался в живых, а разум его все еще напряженно работал.
– Вот ты где! – Нанон улыбнулся.
Он вернулся в тело и ловко и бесшумно запрыгал вниз по ступенькам, позволив мыслям Далиана направлять себя. Он прокрался мимо боковых проходов и патрулей стражников, вжимаясь в темноте в стену, пока не попал на еще один широкий балкон. Он выходил на обширный подземный зал, лежащий очень глубоко под городскими улицами. На полу балкона извивались мужчины и женщины, совершая совокупление.
