по несчастью.
Мы пустили бедных животных галопом, не думая о том, что можем попросту угробить коней. Вообще ни о чём не думая, ибо ужас лишил возможности здраво рассуждать!
Остался лишь один инстинкт самосохранения.
Инстинкт, повелевший нам, точно мышам-полёвкам, замереть при виде большого и страшного кота, а когда недвижность перестала помогать – помчаться прочь как можно скорее.
Потому как Лехри, сын Катэйра из рода Коннолли, не мог вызывать ничего иного, кроме ужаса, даже у тех, кто при жизни побывал в аду.
Высший паладин лично пришел по наши души, а значит - бежать!
И мы мчались прочь, окутанные тонкой пленкой силового барьера, не обращая внимания ни на затихающие звуки боя, ни на погоню, попытавшуюся нас остановить.
Иоганн кинул какую-то штуковину из своего многочисленного арсенала, и Ананда добавила пару склянок, после чего враги отстали.
Мы скакали до глубокой ночи.
Лишь после этого Иоганн скомандовал привал, позволив измученным лошадям и утомлённым людям ненадолго отдохнуть.
- Спешили не пойми куда, половину роты поубивали. Пришли. Не пойми кто напал, не пойми откуда. Убили вообще всех… - пробормотал я, расседлывая хрипящее животное. – Ни черта не понимаю, хочу свалить подальше и никогда больше в это дерьмо не наступать.
- А ты достаточно неплохо описал военные будни, - согласился охотник, осторожно снявший всё ещё спящую Айне с крупа животного. – Понравилось?
- Хотелось бы порядка чуть-чуть.
- На войне, да ещё среди бунтовщиков? Не надейся. Ты же не дурак, Аластар, должен понимать что произошло.
- Революционеры избавились от балласта.
- Именно.
Я выругался.
- Думаю, даже они не прогнозировали такой бесславный конец.
Некоторое время мы молчали, выполняя работу по приведению животных в порядок, пока товарищи готовили небольшой почти бездымный костерок и занимались нехитрым ужином.
Эрик, пришедший в себя уже на середине скачки, сидел, обхватив голени руками, и, кажется, плакал. Его сестра и не думала просыпаться.
- Чем это вы её так? – спросил я, указывая на девушку.
- Снотворное Шутницы, - мрачно ответил Иоганн, укрывая девушку теплым пледом. – Не проснётся до завтра…
Он развернул карту и жестом подозвал нас.
- Давайте думать как будем осуществлять отступление из данного региона.
- Скажите, - подала вдруг голос Морвин. – Почему они так быстро оказались здесь? Разве крепость пала не вчера?
- Думаю, эти сведения немного… устарели, - мрачно отозвался Иоганн.
- Они ждали бунтовщиков, - вместо Иоганна ответила Ананда. – Заранее пробрались мимо крепости, ну, ещё когда осаждали её. Изучили местность, сделали схроны, оставили связных. Не удивлюсь, если проверили где сколько бунтовщиков сидит и прикинули как они пойдут навстречу армии Эйри, когда узнают о падении крепости.
Голос её преобразился, из него исчезли вечные спутники южанки – слова-паразиты, а речь стала больше приличествовать какому-нибудь командиру военной академии.
- Обычная практика, когда имеешь дело с не слишком опытным, но достаточно опасным врагом, предпочитающим малую войну.
- А что дальше? – прошептала Морвин, принимая свою порцию еды и впиваясь зубами в хлеб с солониной.
Ананда отпила из фляжки, откусила бутерброд, тщательно переживала его, вновь глотнула воды.
- А дальше всё просто: как только крепость пала, стремительно ринулись на юг, разбились на группы и устроили ловушки, чтобы потрепать восставших, а заодно и понять на что они способны. Поняли, что враги слабы, после чего объединились и разгромили основной лагерь. Хочешь знать, милая, что будет дальше?
Морвин зажмурилась и покачала головой. Ну да, она умная девочка, отлично понимает, что пахнет писюнами.
- Мы можем предупредить их? – осевшим голосом спросила она, с мольбой глядя на Иоганна.
Охотник отвёл взгляд, и его пальцы, деловито сновавшие по карте, сжались в кулаки.
- Нет, - маг произнёс одно слово, полное отчаяния и боли.
- Но…
- Нет.
Морвин вздохнула и шмыгнула носом.
Мы все ощущали себя не лучшим образом. Да, это чужая война, не наше дело. Вот довезем Эрика с Айне до безопасного места, а потом двинемся дальше, уже прямиком к цели пути. Всё! Пусть бунтовщики сами разбираются со своими проблемами…
Перед глазами появилась умилительная Радха, предлагавшая мне яблоко. И сердце точно сдавило невидимой рукой.
- Может… - неловко начал я, заметив, как глаза Морвин наполнились радостью.
Наверное, охотник думал о чем-то подобном. По-крайней мере, его лицо перекосилось от тяжелейшей внутренней борьбы, а в глазах застыла дикая боль.
Но всё же он не изменил решения – жестом приказал умолкнуть и произнёс:
- Нет… Но спасибо, что думаешь о людях.
- Мы успеем.
- Не успеем. Воины Эйри наверняка выделили часть сил для форсированного марша в направлении местонахождения главной базы повстанцев. Их будет не меньше двух рот, да еще при поддержке боевого мага или паладина. Мы не сумеем ничего изменить, максимум – спасём сотню-другую нонкомбатантов, поставив на кон всё. И это при условии, что нас будут слушать и поверят, а не прибегнут к попытке осуществить расстрел, сочтя дезертирами. С нами нет ни одного высшего офицера для подтверждения сказанного.
- Один есть! – раздался неподалеку тихий и полный злости голос. – Я!
Мы одновременно посмотрели на говорившую. Перевели взгляды на одеяло, под которым лежала девушка. Снова взглянули на неё.
- Что? – недоуменно начал я.
- Иллюзии, стало быть. Не магия, артефакт, - констатировал Иоганн, глядя на Айне, замершую возле лошадей с самой настоящей гранатой в руках.
Где она её взяла и почему очнулась раньше положенного – загадка. Но девушка стояла на своих двоих, пусть и не слишком уверенно: её откровенно шатало, и Айне приходилось держаться за круп ближайшей лошади.
- Сестра, - дернулся было к ней Эрик, но та ожгла брата злым взглядом и скомандовала:
- Стой на месте! И вы все! Иначе лошади умрут, и я вместе с ними.
И она продемонстрировала чеку, зажатую в левой руке.
Ну, приехали. Я мрачно косился на подобравшуюся Сюин, явно планировавшую вырубить нашу знакомую и забрать гранату. Даже у феноменально быстрой азиатки могло не получиться, ведь если Айне разожмет руку, то лошадки помрут, а вслед за ними – и мы.
Без скакунов нечего и мечтать сбежать от гейских паладинов, тут сомнений нет.
И как быть?
Кажется, эта же мысль промелькнула не только у меня, но и у прочих, потому как Иоганн спросил:
- Чего ты хочешь?
- Помогите защитить.
- Не сможем. Город обречён. Вы проиграли.
Девушка до крови прикусила губу
