Уже вскоре после постройки деревянная Входоиерусалимская, или, как ее чаще называли в народе, Знаменская церковь на Невском, не могла вмещать всех прихожан, и поэтому было решено строить позади деревянной большую каменную церковь. Эту церковь заложили в 1794 г. по проекту архитектора Федора Ивановича Демерцова. Большие средства на ее постройку пожертвовал купец Дмитрий Калмыков, обратившийся с просьбой освятить один из приделов нового здания церкви в честь невинно убиенного царевича Димитрия. Однако строительство закончилось уже после смерти купца Калмыкова; 6 ноября 1804 г. и главный алтарь, и боковые приделы в новом храме освятили, как и в существовавшем ранее, во имя Входа Господня в Иерусалим, Святителя Николая Чудотворца и Знамения Божией Матери.
В 1809 г. церковь была обнесена чугунной оградой, выполненной также по проекту Ф.И. Демерцова, по углам которой возвели две часовни, позже, в 1863–1865 гг., перестроенные архитектором П. А. Чепыжниковым. В 1813 г. церковь стала отапливаемой. Она представляла собой обширный пятиглавый каменный храм – архитектурную доминанту Знаменской площади, на месте пересечения Невского и Лиговского проспектов.
Главными достопримечательностями храма были:
1. Большой напрестольный серебряный крест с драгоценными камнями, пожертвованный храму императрицей Елизаветой Петровной.
2. Икона Знамения Пресвятой Богородицы в серебряной вызолоченной ризе с восемью бриллиантовыми венками, алмазами и жемчужным убрусом; икона написана в 1744 г. и была одной из любимых икон императрицы Елизаветы Петровны.
3. Старинная икона Знамения Пресвятой Богородицы (написанная в 1175 г.) в старинном серебряном окладе. Большую ценность представляли также переданные в храм из Зимнего Дворца при Екатерине II великолепные священные сосуды.
При церкви существовали благотворительное общество, богадельня, детский приют и убежище для малолетних сирот.
Большинство храмовых ценностей власти изъяли в начале 1920-х гг. В 1932 г. храм хотели закрыть и снести, но его спас академик Иван Петрович Павлов, бывший усердным прихожанином Знаменской церкви и считавшийся почетным старостой храма. И.П. Павлову пришлось лично ехать в Москву; там он добился, чтобы Знаменский храм был сохранен как действующий. Но в марте 1938 г., после смерти И.П. Павлова, храм закрыли, а в 1940 г. снесли; на его месте возведен павильон станции метро «Площадь Восстания»[1096].
…Петербуржцы, оказавшиеся в эмиграции, с болью воспринимали утраты, понесенные российской столицей после 1917 г.
Один из них – Григорий Сахновский (1891–1931), написавший в 1928 г. «Сонеты Петербургу»:
Туманы, хлад и улицы прямые…
Величие… Простор… Державный строй…
О, град Петра. Ты не сгибаешь выи, —
Ты царственен над царственной Невой!
Размышляя о трагической судьбе Петербурга, Григорий Сахновский продолжает:
Разорники, разбойники лихие
Пришли сравнять храмины все с землей, —
Несокрушим, ты золотой иглой
Грозишь врагам возлюбленной стихии!
А завершают стихотворение такие строки:
Заблещет день… Бегут ночные тени…
Врагов своих повергнешь на колени
И победишь, бессмертный Петербург![1097]
Заключение
Начало возрождения
После смерти И.В. Сталина началась внутрипартийная борьба, в ходе которой отменили празднование 250-летия основания Санкт-Петербурга (1703–1953). Но об этом помнила Зарубежная Русь; в апреле 1953 г. в далеком Сиднее (Австралия) опубликовано стихотворение, начинающееся такими строками:
Санкт-Петербург. Тебе, Петра созданье,
Мы шлем привет из всех далеких стран
И, с плеч стряхнув тяжелый гнет изгнанья,
Летим мечтой чрез море-океан.
Автор, В.А. Петрушевский, обращался к городу на Неве от лица всех петербуржцев, рассеянных в эмиграции:
Нам не забыть твоих дворцов массивы,
Твоих ночей чуть бледноватый свет,
Парады майские, ширь Невской перспективы
И старой крепости могучий силуэт.
В стихотворении «К 250-летию основания Санкт-Петербурга» автор снова и снова скорбит о поруганных святынях российской столицы:
Ты в сеть попал великого обмана,
Когда тебя смутил мятежный бес,
И за грехи февральского дурмана,
Как Китеж-град, на много лет исчез…
Не нам, изгнанникам, тебя судить за это —
То дьявол сам справлял кровавый пир.
Но в час, когда над тьмой сверкнет луч света,
Санкт-Петербург увидит снова мир.
До возрождения церковных святынь и возвращения городу его исторического имени было еще далеко – это произойдет почти через сорок лет, но надежда не умирала:
Мы верим в счастия приливы и отливы,
В приход весны на смену снежных пург,
Мы верим в то, что будут все счастливы
В тот час, когда воскреснет Петербург[1098].
Еще один «голос из хора» прозвучал в Ливорно (Италия) где издали поэтический сборник В. Сумбатова. В стихотворении «Град Петра» Василий Александрович пишет:
Но славы вековой умолкли хоры,
Империя приблизилась к концу,
И прогремели выстрелы с «Авроры» —
Салют прощальный Зимнему Дворцу…
Ты имени лишен, но Всадник Медный
Руки не опустил; придет пора —
Разгонит он рукой туман зловредный
И впишет вновь на картах: Град Петра[1099].
«Оттепель» наступила в конце 1980-х гг. Еще оставались сильными позиции партийных функционеров, «кормившихся идеологией», и было рано говорить о возвращении храмов верующим. Но важно было сделать первый шаг в этом направлении.
В апреле 1989 г. в «Ленинградской правде» появилась статья со скромной подписью: А. Толубеев, артист АБДТ им. М. Горького. Размышляя о бедственном состоянии храмов Невского проспекта, Андрей Толубеев, ныне всенародно признанный артист Академического Большого Драматического Театра им. Георгия Товстоногова, писал: «Я не могу не сказать сегодня о позоре Невского проспекта, где бывшая Лютеранская церковь приспособлена под бассейн, а в Армянской церкви – склад. После того как Петр прорубил окно в Европу, к нам заглядывают гости. Согласитесь, стыдно же перед ними, надо набраться мужества, признаться в варварстве и исправить положение. Голландской церкви хоть повезло! Там библиотека. А бывший костел св. Екатерины Валлен-Деламота и Ринальди – редчайший пример переходного стиля от барокко к классицизму – еще до пожара превращен в склад. К нам приезжает много верующих, в том числе из стран социализма и развивающихся стран, и хорошо бы они не видели, куда все это развивается. Пусть видят этот костел действующим, бывают там, оставляют там свои печали и уезжают от нас с Надеждой, Верой и Любовью.
Если уж это предложение не вяжется с нашей внутренней идеологией (а может быть, устоявшимся прежним стереотипом), то хотя бы свяжем это с изменениями во внешней политике нашего государства. В крайнем случае пусть в лютеранской церкви звучит музыка Баха и Генделя, в костеле – Моцарта и Вивальди, а профессиональные актеры играют средневековые мистерии. В православном Казанском исполняются Бортнянский и Рахманинов – по-моему, это разумный компромисс. Давайте вернем человеку и всему, что создано им, Человеческое лицо»[1100].
Эта заметка появилась весной, а осенью того же 1989 г. началась активная борьба за возвращение храмов Невского проспекта их общинам. 29 октября съемочная группа «Крыша» ленинградского телевидения организовала телесъемки около закрытых храмов на Невском проспекте. В программе приняли участие представители православной, католической, ллютеранской и армянской общин, а также члены независимых объединений «Спасение» и «Эра». Сняли Казанский собор, храм Спаса-на-крови, Спаса нерукотворного образа (православные), католический и армянский храмы Св. Екатерины, лютеранскую церковь Свв. Апостолов Петра и Павла (Петрикирхе). У стен закрытых храмов представители разных конфессий и политических партий потребовали возвращения верующим всех отнятых соборов, причем в том виде, в котором они были отняты.
А еще через два – не года, а дня! – 31 октября в ленинградском ВООПИКе прошло собрание христианской общественности. Основной вопрос, который обсуждался на собрании, – возвращение верующим храмов на Невском проспекте. (По иронии судьбы, и ВООПИК в то время располагался в бывшей церкви Всех скорбящих). Участники встречи перечислили храмы, которые, согласно здравому смыслу, долгу и ответственности перед Богом и христианами, необходимо незамедлительно отдать верующим. Это – кирха Свв. Петра и Павла, церковь Спас Нерукотворного образа, Спаса-на-крови, Казанский собор, костел Св. Екатерины, армянская церковь и церковь, воздвигнутая в честь 300-летия царствования Романовых.
