в руках путников, Тайзети пожелала им доброго пути и скрылась в рассветном тумане.
Глава 31
По ощущениям около пары часов прошло с тех пор, как ребята двинулись в путь. На удивление, в дороге они не встретили ничего опасного и ужасного, словно лес давал им некоторое время на передышку.
— Вам не кажется, что Тайзети немного… — начала Ниса.
Но Бран тут же закончил за нее:
— Немного странная? Конечно, кажется, но покаместь только она заслуживает хоть какого-то, хоть и весьма сомнительного, но все же доверия.
— А что если она сделает что-то нехорошее с Девином? — испытующе глядя на юношу, спросила Арин.
— Не сделает. Все будет хорошо. Нужно отгонять от себя дурные мысли, — помахав головой из стороны в сторону, ответила Ниса.
Они шли дальше в лес, когда солнце уже полностью осветило весь Салфур. Подростки не знали, сколько времени пробыли в запретном лесу — у них не было времени на подсчеты. Но, глядя на то, как сменяются окружающие их пейзажи, можно было предположить, что довольно долго.
Когда они оказались в домике Авы, вокруг все еще можно было заметить зеленеющие кустарники, сочную траву и услышать громкое пение разных птиц. Сейчас же осень постепенно окутывала своей багряной мантией природу. Животные, растения уходили в спячку, улетали из собственных гнезд, и даже небо менялось так, словно с их первого дня в лесу прошла не одна неделя.
Ниса стала небрежно крутить коробку в руках и с некоторым отвращением рассматривать ее, трясти и прислушиваться к тому, что же там все-таки лежит.
— Такое ощущение, что в коробке пусто, — недоуменно протянула она. — Возможно, стоит открыть ее и проверить?
— Ни в коем случае. Тайзети предупредила о том, что открывать подарки совершенно небезопасно, — осадил девочку Бран.
— Ну а что? Обмотать снова лианой и будет как новенькая, — поддержав подругу, предложила Арин.
— Нет и точка! Разве вам недостаточно бед на наши головы?! — осуждающе глядя на подруг, воскликнул Бран. — Простите, я немного устал, — более тихим тоном добавил он.
— Понимаю, — печально свесив голову, ответила Ниса.
Некоторое время путники шли в полном молчании. Когда среди высоких деревьев Бран смог разглядеть странные очертания, похожие на что-то вроде знаков, указывающих путь, то сразу же ринулся туда.
— Стой! — воскликнула Ниса. — Дурень, вдруг там ловушка или что-то и того хуже?
Но Бран уже не слышал ее. Он хотел скорее отдать мерзким созданиям подношения, получить элементы оздоровительного эликсира для Девина и сбежать обратно в лачугу Тайзети. Добравшись до места, на котором пару минут назад был обыкновенный деревянный знак, юноша был ошеломлен увиденным. Перед ним простиралась тропа, вымощенная массивными камнями, а по бокам от нее были воткнуты в землю длинные заостренные кверху копья. И все бы ничего, только на каждой из длинных палок были насажены чьи-то головы. Абсолютно разные: диких кабанов, уродливых фей, жителей Топи — мерзких, скользких лягушек и ящеров, даже обыкновенных людей.
— Бран, что ты там уви… — начала Ниса, но, подняв голову и заметив копья, громко закричала.
Юноша тут же схватил ее и прижал к себе.
— Не следует поднимать паники. Мы уже в их владениях.
— Боже, — выдохнула Арин, всеми силами пытаясь не закричать, подобно подруге. — Боже… — вновь повторила она, обращаясь взглядом к Брану.
Тот, приложив палец к губам, приказал молчать и ей.
Копье за копьем, голова за головой мелькали по обеим сторонам от путников, и каждый из них буквально задыхался от собственного страха, стараясь не явить его наружу. Когда тропа была пройдена, перед подростками предстала огромная каменная стена с не менее огромной деревянной дверью, покрытой длинными копьями и лианами с красными заостренными шипами. Бран решил, что следует постучать.
«Раз… Два… Три, — думал юноша, стоя лицом к самому входу в каменную крепость. — Давай же, Бран, не дрейфь!» Собравшись с силами и переборов собственный страх, он все же постучал в дверь, но ни спустя пару минут, ни спустя десять ответа не последовало. Он постучал во второй раз, но снова ничего не произошло.
— Думаю, нам следует кричать, — предложила Ниса, с опаской глядя на крепость. — Выкрикнуть их странное приветствие, возможно, тогда они нас услышат.
Предложение было принято единогласно, и, набрав в легкие побольше воздуха, путники разом выкрикнули заветную фразу:
— Торос хогос баргенут. Болос морос дирас!
Послышался громкий топот и дверь начала со скрипом отворяться. Огромный тролль, стоящий с обратной стороны крепости, с силой толкал массивные затворы, отворяя проход для чужаков.
— О боже… боже, — причитала Арин, кусая ногти, пока дверь медленно открывала вид на уродливые громоздкие здания и не менее громоздких жителей. — Они же нас не съедят?
— Будем надеяться, — коротко ответил ей Бран.
Когда вход был открыт настежь, Бран и Ниса замерли в изумлении. Перед ними стоял тот самый Агроб, которого они когда-то давно видели в лесу, собирая травы для излечения Арин. Ничуть не изменившийся тролль с маленькой головой с некоторым отчуждением глядел на путников, словно стараясь понять, еда это или гости.
— Мы пришли с миром, — склонив голову, сказал Бран. — Вот наши дары.
Протянув коробки с неизвестным содержимым Агробу, подростки со страхом ожидали того, что может с ними случиться дальше и какие сюрпризы принесет им непредсказуемая судьба.
Великан стал неспешно открывать коробки, разрывая лианы и кидая их по обе стороны. В одной из них было пусто, и он, недовольно зарычав, поглядел на незваных гостей. Те лишь нервно улыбнулись, представляя, как вместо коробок Агроб будет разрывать пополам их тела.
Во второй коробке тоже было пусто, отчего тролль сразу же стал громко возмущаться:
— Человеки! Человеки! Мерзкие человеки! — возопил он во все горло.
К нему тут же, сотрясая землю, подбежал другой, более сильный и, как ребятам показалось, намного более разумный тролль.
— Агроб, какого черта ты открыл ворота?! — вскричал тролль, а затем, поглядев на путников, тут же странновато оскалился.
В этом оскале Бран с Нисой тут же узнали Морна, который в ту злосчастную ночь тоже был в лесу.
— Так ты привел нам пленников! Молодчина, Агроб! — тролль похлопал родича по плечу и, став напротив подростков, велел им зайти в крепость.
— Но мы не пленники, — возразил Бран, глядя в маленькие темно-карие глазки Морна, которые едва можно было различить за огромным горбатым носом. — Торос хогос баргенут. Болос морос дирас, — повторил он заученную фразу так, будто это наверняка должно было помочь им в очередной раз не стать заключенными.
Морн прыснул, а затем и вовсе
