* * *
Великий медленным шагом приближался к пустой клетке. «Сколько ни смотри, сталкер в ней не проявится. Если испарился, то полностью… Но как? Как он смог уйти? Даже не так – как он посмел ослушаться моей воли? Почему он имел наглость?..» Жрец зыркнул по сторонам, уродцы испуганно вжались в углы, боясь его гнева. А Великий был зол… очень зол. Горе-охранникам крупно повезло, что этот измерителевец их прибил. Если бы они выжили, то сами попрыгали бы в яму, лишь бы избежать его гнева. «Но хитер! Выбрался, перебил всю охрану и ушел. Не может быть, чтобы он сам… один. Это просто невозможно – миновать внешние посты, убрать бесшумно лучших воинов племени, ему наверняка кто-то помогал!»
Он высмотрел среди грязных скрюченных тел командира своих воинов и повелительным жестом подозвал его к себе. Опустив глаза, словно нашкодивший кот, пригибая колени, тот подошел к своему Владыке и рухнул у него в ногах.
– Ну!
Было ощущение, что воин от окрика еще сильнее прижался к полу.
– Повелитель, его нигде нет.
Ропот разочарования прокатился по всему племени.
– Я это знаю – раз он не в клетке. Ты понимаешь, что Дух, живущий в яме, не будет ждать, пока вы его поймаете? Он требует свою жертву!
Где-то глубоко внизу, под решеткой, с булькающим звуком вырвался пузырь газа, и зловонный запах распространился по огромному залу. Казалось, дух уже выбрался наверх, высматривая жертву среди провинившихся людишек, витает в виде миазмов по залу и только ждет, на кого укажет жрец.
Воин затрясся в ужасе.
– Повелитель, он колдун, Дух не может взять его! Он убил две руки моих воинов… – осекся и поднял глаза на старика. – Твоих воинов, Великий. Он оставил заклятье во входах в туннели. Яркий свет и грохот ослепил и оглушил воинов, и они не смогли его догнать…
– Тебе ли решать, чего хочет дух! Только я слышу его. Я его понимаю, потому что это дух старого мира!.. Ты жил в старом мире? – Великий скользнул взглядом по людям племени. – Или кто-то из вас жил? Идите, поговорите с духом, а я посмотрю, как он вас послушает. Еще никто не возвращался из ямы.
С расширившимися от ужаса глазами толпа отступила подальше от бассейна и провинившегося военачальника. Его судьба уже решена. Гнев Великого не казался уже таким страшным – страшнее был гнев духа.
Воин униженно опустил голову.
Старик запахнул плащ из крыла дракона.
– В клетку его, – он указал на лежащего ниц человека. – Дух получит свою жертву.
* * *
«Что там надумали наши старики? Для чего зовут?» Поправляя кожаный комбез, который надевал только в убежище, да и то в очень официальные моменты, он быстрым шагом шел в сторону зала Сената. Молодой паренек, наверное недавно принятый в посыльные, примчался поутру и вытащил Максимыча из кровати. Белобрысый малец с серьезным выражением лица, тщательно выговаривая выученные слова, произнес:
– Максим Максимыч, вам приказано прибыть в зал Сената к десяти ноль-ноль. Приказ Главнокомандующего Васильева.
– Спасибо, – очень хотелось дать малому конфетку, но, во-первых, последние конфеты были съедены еще в беззаботном детстве Максимыча, а во-вторых, обидится, ведь он-то, вступив во взрослую жизнь, выполняет серьезную миссию. Не найдя, что еще сказать пацану, Изотов кивнул и закрыл дверь у него перед носом. Столь официально его еще никогда никуда не звали.
Вот и прибывает согласно приказу. Максим потоптался перед дверью, покосился на почетный караул и, приоткрыв, заглянул в щелочку.
– А, Максим, заходи, – в зале Сената сидели только военные, возглавляемые обоими кадровыми офицерами. Еремин по-простому подвинул свой стул, освобождая место перед столом для вновь прибывшего.
– Я думал, здесь заседание Сената.
– Скорее инструктаж. Но ты вовремя, тут по твоей части вопрос.
– Так чего меня, опытнее есть.
Еремин улыбнулся:
– Данила и Латышев выбыли, а следующий у нас по списку ты, – и, видя, что Максим растерянно заулыбался, продолжил: – Да ладно, не тушуйся. Ты там был, тебе и идти проводником, других кандидатов нет.
Изотов подошел к столу.
Еремин провел пальцем по бумаге.
– Вот смотри. Вы с Санычем шли по этому маршруту. Я так понимаю, что проехать там невозможно?
Максим внимательно посмотрел на карту. На испещренной значками бумаге выделялась жирная, нарисованная карандашом красная линия. Так близко, если по карте. Ногами путь показался бесконечным.
– Да, там только пешком, но через овраг лучше не ходить, будут потери.
– А если на машине, то как?
Максим еще раз посмотрел на схему.
– Точно не могу сказать. Можно попробовать по этой улице, – он провел пальцем по серой полоске, которая вела к синей ленте Днепра. – Улица Верхний волок, но что там, в низине, не знаю. Дорога не исследована. Но зато потом, – он провел по дороге, ведущей вдоль реки, – практически по прямой.
– Ладно, что уж там! Танки грязи не боятся. Кстати, что у нас с «танками»?
– «Урал» на ходу, – Васильев, почесал нос. – Только вот в кунг влезет человек двадцать, не больше, да и то, если ногой утрамбовать. А «газик» у нас открытый, бортовой.
– На задание мы рассчитали минимум человек сорок, поэтому выбора нет, берем весь подвижной состав, – капитан хлопнул по карте широкой ладонью. – Подвожу итог. Две группы. Одну возглавляю я, вторую Васильев. Первым идет «Урал», вторым «ГАЗ-66». Возражения есть? – все отрицательно покачали головами. – Так. Идем дальше. На месте ты, Васильев, берешь Изотова и ищете вход в сооружение. Моя группа минирует бетонный свод купола. По сигналу взрываем и атакуем синхронно. Всем все понятно?
– Радиомолчание соблюдаем?
Еремин задумался:
– Рация у них есть – от отряда Латышева. Вряд ли они умеют ею пользоваться, но чем черт не шутит. Рисковать не будем. Сигнал по рации будет только один – на атаку. Поэтому текущие приказы и сообщения через посыльных. Еще вопросы?
Максимыч поднял руку:
– А что с дикарями? Нам всех…
– Главная цель – Древнев. Ни в коем случае нельзя дать ему опять уйти. Латышев говорил, что он всегда на стреле крана, поэтому его надо сразу постараться отрезать. А дикари… если будут сопротивляться, то уничтожать. Но если кто уйдет, преследовать не будем. Повторюсь – главное их жрец. Отсечем гадюке голову, и змея будет уже не опасна. По операции все. – Еремин повернулся к начальнику внешней охраны: – Денис, теперь ты. Мы практически оголили охрану. У тебя остается треть личного состава. Пока мы в деле – усиленные посты по всему периметру. По возвращении радируем. Все понял?
Торгачев кивнул.
– Тогда на сегодня все. Завтра к шести ноль-ноль всем быть готовыми.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
