была дочерью маршала С. К. Тимошенко от первого брака. Сегодня, благодаря расследованию, проведенному Ольгердом Жемайтисом, стало кое-что известно о темных сторонах ее биографии.
Ее мать, Екатерина Святославовна, жила в станице Екатериновке Криворожского района Донецкого округа и была дочерью, умершего в 1908 году заведующего 9-м военно-конским участком есаула Ерофеева. В 1921 году шестнадцатилетняя Катя познакомилась с двадцатишестилетним красным кавалерийским командиром Семеном Тимошенко. Примерно в 1922 году они поженились, а в декабре 1923-го у них родилась дочь Катя. С весны 1922 года по осень 1923-го заместитель командира 3-го кавалерийского корпуса Семен Константинович служит под Минском. В это время семейная пара знакомится с военкомом Клинцовского уезда Гомельской губернии Дмитрием Федоровичем Леоновым. Завязывается некая дружба, которая заканчивается уходом Екатерины Святославовны с дочерью к этому человеку. Случилось это в ночь под новый, 1924 год.
Как пишет Ольгерд Жемайтис, «Семен Константинович был груб с Екатериной, часто при всех унижал ее разного рода придирками и оскорблениями. По версии же родственников со стороны маршала, в частности, невестки Семена Константиновича (вдовы его сына Константина), Натальи Ивановны Тимошенко, будущий маршал сам выгнал из дому Екатерину Святославовну, узнав о ее романе с Леоновым».
В итоге будущий маршал женился в 1926 году на учительнице из Минска, Жуковской Анастасии Михайловне, с которой прожил до конца своих дней, и которая родила ему двоих детей: Ольгу (1927) и Константина (1930).
Не пожалела о своем втором браке и Екатерина Станиславовна. В 1925 году ее новый муж стал военным комиссаром Белорусской ССР и заместителем уполномоченного наркомвоенмора СССР при правительстве этой союзной республики.
«После ухода Екатерины от Тимошенко к Леонову только что родившуюся Катю никто не оставлял на руках ее отца, – продолжает О. Жемайтис. – Превратившись, судя по документам, в Екатерину Дмитриевну (у меня нет данных, что Дмитрий Федорович Леонов ее удочерил), она ребенком вместе с матерью и отчимом путешествует по местам его службы. А конкретно по Читинской и Винницкой областям, пока в 1935 году они всей семьей не оказываются в Ростове-на-Дону, куда был переведен Леонов на должность начальника Облвнуторга Азовско-Черноморского края».
Но новая обеспеченная жизнь семьи Леоновых закончилась скоро. 17 июня 1938 года выездной сессией Военной коллегии Верховного суда СССР по обвинению в участии в антисоветской террористической организации и вредительстве в торговле был приговорен к расстрелу с конфискацией имущества, и приговор в тот же день был приведен в исполнение. Отчима и мать Кати арестовали осенью 1937 года. Екатерину Станиславовну как «члена семьи изменника родины» приговорили к пяти годам, а ее дочь отдали в детский дом.
Но что интересно. Буквально сразу же после ареста матери «тогда еще Екатерина Дмитриевна (по всей вероятности, Леонова), а не Семеновна становится в одночасье «КАТЕЙ ТИМОШЕНКО, 1923 года рождения». И едет не куда-нибудь в другой город или село… а, как явствует из материалов архивного уголовного дела Леоновой, «к отцу в Харьков», в котором ее настоящий отец, как известно, в то время командовал Харьковским военным округом». Так, благодаря репрессиям, Екатерина Семеновна Тимошенко во второй раз становится дочерью своего отца!
В 1942 году мать Кати освобождается из заключения и вынужденно остается на поселении в Соликамске. Еще до своего возвращения в Ростов Екатерина Станиславовна пытается найти свою дочь. И надо же, в следующем году получает от нее письмо:
«Мамочка, родная моя!
Только подумать, сколько мы с тобой не виделись! Мне было тяжело читать твое письмо. Как ты только могла написать мне подобные слова: “…а если ты меня забыла и не хочешь знать…” Это очень жестоко с твоей стороны. Имей в виду, что дочь не может забыть свою мать. Ну ладно, не будем больше говорить об этом. Каждый человек волен думать то, что ему угодно. Надеюсь, что ты теперь, после моего письма, переменишь свое мнение.
Не в силах передать тебе то состояние, в котором пишу тебе это письмо. Очень, очень много лет прошло с тех пор, как мы расстались с тобой. Но несмотря на такой большой промежуток времени, я помню все, в особенности наше расставание. Все это мучительно тяжело вспоминать. Сейчас мне уже 20 лет, я уже взрослый человек, и всю свою жизнь я была сиротой, если это не очень громко сказано. Вначале была мать, но не было отца, теперь уже наоборот. Моя “мамаша”, ты, конечно, понимаешь, о ком я говорю, ничего хорошего и порядочного собой не представляет, от нее я терплю только неприятности. Ей уже 43 года, есть свои дети. Вообще оставим ее в покое, так как противно даже вспоминать о ней. Первое твое письмо передала мне Е. А. Гайлит, за что я ей очень благодарна. Мамулечка, ответь мне поскорее. Теперь мы можем быть с тобой счастливы, так как вновь обрели связь друг с другом. Кончаю письмо, так как всего не передать на бумаге, дорогая и единственная.
П.С. Пиши мне на адрес Е. А. Гайлит, а она передаст мне.
Целую тебя еще раз. Твоя Катеринка».
Вот как комментирует это письмо О. Жемайтис: «Из письма видно, что Екатерина Семеновна называет Леонову своей матерью, упрекает ее в нелестных словах в свой адрес и довольно нелицеприятно отзывается о своей мачехе Анастасии Михайловне, тем не менее продолжая указывать именно ее, вторую жену маршала Тимошенко, в анкетах своей настоящей матерью. В этом можно винить только время, в котором жили все героини моего повествования, когда материнские и отцовские чувства должны были уходить на второй план во имя “светлого будущего”. Такое было время».
Однако, несмотря на теплые строки дочери, это письмо матери оказалось единственным. Больше писем не было. И только, когда Екатерина Тимошенко станет женой Василия Сталина, Леонова, не получая больше ни весточки на все свои обращения к дочери, пишет письмо непосредственно ее мужу с просьбой помочь ей наладить отношения с Екатериной.
«Ответ не замедлил себя ждать в виде ангелоподобного военного самолета, с приглашением белозубого молодого летчика слетать с ним в Москву на свидание с дочерью и внуками. Через несколько часов она уже сидит в просторном кабинете дачи сына вождя на Рублевке, где впервые в жизни, возможно, видит своих внуков Светлану и Васю, а также дочь Екатерину, с которой не виделись со дня ареста, то есть с 11 ноября 1937 года. Их беседа затянулась до утра следующего дня, и о чем говорили тогда мать и дочь, мы уже никогда не узнаем. Только рано утром Леонову опять посадили в тот же самолет и благополучно доставили в Ростов», – продолжает О. Жемайтис.
На этом, можно сказать,
