Именно это самое «назад, к Ленину!» и привело всех их, как и «вождя мирового пролетариата», а также их собственного кумира — Троцкого, к безудержному воровству народных денег (за одним только Ильичом числится столько, что и сотни смертных приговоров было бы мало): Репсе перед побегом украл, Кривицкий — украл, Орлов — украл, Троцкий в изгнании жил в основном на ворованные из СССР деньги (его сообщники воровали по очень хорошо знакомой по современности схеме — «отката» при заведомо завышенных суммах различных сделок; обычно это делалось по линии внешторга) и т. д. И это называлось и до сих пор называется «борьбой со сталинизмом»?!
Удивляться же следует тому, что с какой стати надо утверждать, что тот же Орлов никого не выдал, да к тому же в силу каких-то коммунистических убеждений. В подтверждение таких пассажей обычно напирают на то, что он никого не выдал из той же «кэмбриджской пятерки», «крестным отцом» которой и являлся. Причем прибегают к следующему аргументу: нет никаких данных на этот счет даже в архивах. Значит, априори не виновен?! Но ведь речь идет о разведке, как об особо специфическом виде человеческой деятельности, а все разведки мира без какого-либо исключения действуют в условиях острого дефицита информации. Следовательно, если нет данных, в т. ч. ив архивах, это по определению не может означать, что их вообще нет в природе. Нет у нас — есть в той же МИ-6…
Тем более что обстоятельства его бегства, особенно выезда из Европы в Канаду, откуда он затем перебрался в США, куда более смахивают на четко разработанный и продуманный план бегства разведчика, чем-то очень близкого британской разведке.
Во-первых, жену свою он почему-то держал на территории Франции задолго до побега.
Во-вторых, совершенно беспрепятственное получение канадской въездной визы непосредственно у генерального консула Канады в Париже, тем более под конец рабочего дня. Тот, кто хоть раз сталкивался с консульской бюрократией, тем более под конец рабочего дня западных дипломатов, прекрасно знает, какое раздражение у посетителей может вызвать откровенно демонстрируемое консульскими чиновниками нежелание пошевельнуть даже пальцем. А тут в консульство врывается какой-то советский генерал с дипломатическим паспортом, требует генерального консула, добивается этой встречи, получает лично у генконсула въездную визу, причем сам генконсул, по словам Орлова, оказался настолько «человеком дружелюбным», что написал рекомендательное письмо канадской иммиграционной службе. Любому мало-мальски знакомому с деятельностью спецслужб хотя бы только по книжкам, и то известно, что иммиграционная служба в любом государстве — это одна из самых что ни на есть передовых контрразведки этого государства. Иммиграционная служба работает только в теснейшем контакте с контрразведкой и по определению отличается подозрительностью. А тут «человек дружелюбный» совершенно незнакомому лицу запросто выдает рекомендательное письмо иммиграционным властям своей страны?! Кто хоть раз перелистывал книги о деятельности британской разведки, в том числе и в довоенный период, хотя бы краем глаза да видел, что среди излюбленных прикрытий британской разведки (впрочем, не только ее) под дипломатической «крышей» как раз консульские должности и вообще все, что связано с эмиграцией и иммиграцией, и в целом с въездом-выездом, паспортами и т. д. А канадская Королевская конная полиция — контрразведка Страны Кленового Листа — плоть от плоти детище британской. Так что с какой такой стати должно верить россказням беглого предателя Орлова-Фельдбина?
Но даже, если это и так, то как тогда объяснить следующее: трансатлантическое плавание заняло 8 дней — вечером 13 июля 1938 г. он отплыл из Европы, а 21 июля днем сошел на берег в порту Монреаля. Прибавив же к этим 8 дням еще двое суток с момента его отъезда из Испании, получим уже десять дней, а это уже срок очень большой для того, чтобы с уверенностью говорить о том, что о его побеге могли проведать и в британской разведке тоже — в мире спецслужб о побегах сотрудников, тем более резидентов узнают едва ли не мгновенно. И что же, исходя из его, Орлова, версии мы обязаны отнестись к его россказням, как к свидетельству отъявленного непрофессионализма СИС?!
В оперативной работе «старую лису» очень трудно словить на проколах — это вам не ЦРУ. А уж что касается реакции на события, так позвольте вкратце одну историю рассказать: в конце 1924 г. британская разведка совершенно случайно засекла Николая Рериха, выполнявшего важное задание советской разведки, в Берлине (Рерих неосторожно встретился с главой сикских террористов Махендра Пратапа, которого постоянно «пасли» англичане), и в считанные же часы все европейские резидентуры британской разведки были оповещены о необходимости резкого усиления контроля за Рерихом, что и было выполнено с неукоснительностью, достойной похвалы. Англичане сняли «богатейший улов» — они смогли тогда засечь самое, что ни на есть начало нормализации советско-японских межгосударственных отношений (это и было сутью задания Рериха), которое осуществлялось в глубочайшей тайне, причем в основном по каналам тайных обществ. И все же мгновенная реакция всей разведывательной сети привела к исключительному результату (кстати говоря, в Лондоне сделали тогда очень серьезные выводы, ибо буквально по горячим следам сообщений разведки начались первые дипломатические маневры, приведшие впоследствии к т. н. Локарнским соглашениям).
Так что и в случае с Орловым все она вовремя и своевременно знала. И все же, выяснения истины ради, попробуем допустить, что никто ничего не знал вплоть до самого момента прохождения им пограничного, таможенного и иммиграционного контроля. Но там его ожидал «дружественный прием» со стороны канадских властей! В Канаду в каком-то срочном порядке пожаловал советский генерал с дипломатически паспортом, с женой и ребенком, которому тут же выдали временное разрешение на проживание в стране в течение двух месяцев, не дожидаясь истечения которых, он покинул канадскую территории) и нелегально, под чужим именем обосновался в США! И опять-таки никто ничего не ведал и даже не поинтересовался, куда это подевался красный генерал с дипломатическим паспортом и семьей?
А ведь к концу первой недели после бегства Орлова из резидентуры по ходатайству НКВД СССР НКИД СССР аннулировал дипломатический паспорт Орлова, о чем оповестил все государства, с которыми СССР поддерживал официальные дипломатические отношения. Следовательно, британский МИД, а соответственно и британская разведка, знали о факте аннулирования паспорта. Глупо даже предполагать, что британская разведка никак не отреагировала на аннулирование дипломатического паспорта столь высокопоставленного и хорошо известного ей по Испании советского разведчика.
Короче говоря, бессмысленность таких предположений очевидна. Однако Орлов утверждал, что все было тихо, тонко списывая все на легендарную еврейскую солидарность — мол, вызвал родственников из США (кстати, весьма прозорливо он восстановил с ними связи еще в 1932 г., когда был в США в командировке, а ведь 1932 — год первого, очень серьезного всплеска активности и провала заговора оппозиции), вот они и помогли. В том числе и перебраться в США, и даже 15 лет укрывали его там нелегально.
(Кстати говоря, то обстоятельство, что, по словам самого Орлова, он изначально намеревался бежать в США и потому вначале вызванивал в Париже посла У. Буллита, чтобы получить американскую визу, — вдвойне настораживает. Во-первых, Буллит до того как попасть в Париж, был послом в Москве и имел тесные контакты с оппозицией. Во-вторых, через Буллита выехал в США и Кривицкий. Выходит, что намеревавшийся перед ним открыться Орлов знал, к кому он идет, знал, что идет по заранее определенному маршруту?!)
Трудно оспаривать тот факт, что евреи в Америке могут очень и очень многое. И все же, думается, что не легендарная еврейская солидарность спасла его — ведь не спасла же она супругов Розенбергов от электрического стула. Как представляется, куда правильней на эту солидарность списать иное, а именно то, что будучи «крестным отцом» «кэмбриджской пятерки», он прекрасно знал, что их ближайший друг не кто иной, как Виктор Ротшильд, кстати, тоже имевший непосредственное отношение к советской разведке. Так вот, если бы Орлов посмел что-либо сказать о «пятерке», то получился бы донос на Ротшильда, и в таком случае даже самый оптимистичный еврей не дал бы и пенса или цента за жизнь Лейбы Лазаревича. Ибо мощная, многократно превосходящая по интеллекту и по необозримым возможностям легендарной еврейской солидарности личная разведка Ротшильдов менее чем за 24 часа расправилась бы с отщепенцем, посмевшим произнести нечто порочащее в адрес священного для мирового еврейства знаменитого банкирского рода. И тогда был бы еще один труп, происхождение которого тоже приписали бы «длинной руке НКВД».
