продолжил свою мысль: – Там находится Африка и в далекие времена люди долгое время не решались перейти море. Воды тогда было меньше, чем сейчас, но всё равно почти все попытки переплыть перешеек заканчивались гибелью. Плоты разбивались о рифы, а хищные акулы пожирали смельчаков.
Джек вновь посмотрел на воду. Берег был сплошь усеян острыми камнями и их осколками. Подняв с земли ближайший из них, детектив убедился что камень имел явно вулканическое происхождение. Следы запекшейся лавы и острые грани камня свидетельствовали о том, что когда-то в этих горах произошло извержение вулкана. Сверху неожиданно раздались крики и подняв голову вверх, Джек увидел сотни больших белых птиц, которые с шумом опускались на воду, вставая на длинные ноги и высматривая в воде мелкую рыбешку. В прилетевшей стае в основном были цапли, но попадались среди них и крупные морские чайки с мощными желтыми клювами. Картина выглядела почти идиллической.
– Ешь, – приказал Халид пленнику, протягивая очередную порцию еды, – сегодня тебе понадобится много сил.
– Мы что собираемся вплавь пересечь Красное море?
– Там внизу есть рыбацкая деревушка, – Халид неопределенно махнул рукой в сторону берега. – Они дадут нам лодку, но всё равно это слишком рискованно. Баб-эль-мандебский пролив очень коварный и унес уже немало жизней. Мы отправимся вдвоем на закате, в это время ветер дует в сторону Джибути и тебе будет легче грести.
– А твои люди? Они разве не пойдут с нами в черные земли?
– Они остаются, – ответил араб. – Нам запрещено покидать свою территорию.
– Что, опять джинны? – Джек не удержался от насмешливой улыбки. Ему чем-то нравился этот гордый и ловкий ассасин в черном, который был практически во всем лучше самого Стоуна. Мало кто мог вызвать уважение в глазах бывшего полицейского, а потому наивная вера взрослого бородатого мужика в восточные сказки вызывала у него легкое разочарование.
– Джинны – это не сказки, – в очередной раз произнес Халид, протягивая Джеку его порцию фруктовой каши. – Джинны были созданы богами задолго до первых людей. Большинство из них незаметны для человека, но есть и такие кто издревле ведет с нами кровавую войну. Из света бог создал ангелов, из глины человека, а из палящего пламени – джиннов.
– Так и в чем проблема?
– Джинны, как и люди имеют право выбора. Они могут пойти по пути света или же выбрать путь тьмы. Победить джинна в бою практически не возможно. Среди людей только Сулейман умел подчинять джиннов своей воле. Сила, данная ему богом, была столь велика, что он мог повелевать разными духами, используя их способности себе на благо. А тех, что не слушались – жестоко наказывал.
Джек с удовольствием пережевывал сладковатую фруктовую кашу с привкусом зерен кардамона, когда вдруг понял, что араб говорит о царе Соломоне. Мороний ведь тоже рассказывал ему о том, что Соломон был единственным на свете, кому удалось разгадать и даже описать природу многих духов. Антиквар говорил ему, что царь даже издал книгу для своих наследников, в которой описал 72 вида различных демонов и магические заклятья для управления ими.
Джинны, демоны, бесы – в каждой культуре во всех уголках земли сохранились предания о злых духах, способных причинять вред человеку. Джеку впервые подумалось, что за последнее время он насмотрелся на такое большое количество чудес и древних технологий, что возможно хотя бы часть мифов вполне может оказаться правдой. А если так, то ему не стоило злить Халида и надсмехаться над его верованиями.
* * *
Ева стояла возле кокона и смотрела в самый центр сияющего шара. Она чувствовала, что кокону было хорошо здесь и он излучал во все стороны потоки сумасшедшей энергии. Положив свои ладони на белую поверхность, девушка ощутила как тончайшие электрические нити пронзили её кожу, отдаваясь в мышцах и тканях крохотными ледяными иглами. В прошлые разы каждое такое прикосновение уносило ее сознание водоворотом ярких вспышек, вызывая сильнейшее головокружение и слабость во всем организме. Сегодня она впервые ощутила, что может остановить круговерть образов силой своей мысли. Прикрыв веки, доктор Краун сосредоточилась и заставила мельтешение замедлить свой бег, а затем и вовсе остановиться. Вместо слабости она вдруг почувствовала огромный прилив сил, словно сверху на нее обрушивался мощный поток воды, который проходил через темя её головы, разливался по позвоночнику и приятным теплом уходил в ноги.
Сделав глубокий вдох, девушка ощутила как энергия кокона через руки вливается в её тело. Внутренним взором она буквально видела как яркие золотистые сгустки энергии проникают в нее, вызывая возбуждение нервной системы. Ощущение полной легкости переполнило Еву и она резким движением сбросила с себя тунику, оставшись стоять абсолютно голой посреди пещеры. Разбросив обе руки в стороны, она сделала очередной вдох и слегка приподнялась на носочках, словно зависая в воздухе.
Оливер Грант, которому Пирсон строго настрого приказал охранять медиума, видел как тело молодой девушки выгнулось дугой, словно из её груди вот-вот должно было вырваться что-то доселе невиданное. Мелкие камешки, лежавшие на полу зала взмыли вверх, словно перышки и зависли в пространстве. Глядя на обнаженную фигуру, стоявшую посреди зала в окружении поднятых ею предметов, Оливер испытал неожиданный прилив страсти. Ему казалось, что жрица зовет его к себе, но стоило ему лишь слегка пошевелиться, как камни пришли в движение, описывая круги вокруг прорицательницы.
Глядя на то как контуры обнаженного тела скрываются в вихре кружащих камней, шеф службы безопасности испытал нервную дрожь, пробежавшую по его телу. Ему хотелось присоединиться к этому урагану, слиться в экстазе с молодой колдуньей и потерять всякий контроль над происходящим. Энергия, исходящая из вихря, источала мощнейший сексуальный призыв и Оливер медленно зашагал навстречу искрящемуся голубыми электрическими молниями вихрю.
Откуда-то из глубины зала послышался вой, но Грант поначалу его не услышал. Чем ближе он подходил к вихрю, тем сильнее свистел ветер, неистово круживший тяжелые камни по воздуху. Запахло озоном и Оливер решившись на отчаянный шаг раскинул руки, готовый вступить внутрь урагана.
Внезапно краем глаза он уловил какое-то движение в дальнем конце зала и когда его сознание распознало уродливую фигуру, медленно приближающуюся к ним, он замер в оцепенении. Жуткое исчадие ада больше походило на огромного паука с человеческой головой. Впрочем в этом облике было слишком мало от человека – слепые глаза, широкий рот с кривыми желтыми клыками, с которых стекала тягучая слюна. Руконоги были покрыты длинными черными волосками, которые словно усы шевелились во все
