полководцем и проиграл всё, что только было можно. Если бы ты её дослушал до конца, то возможно не наделал бы столько глупостей! Прости, Оливер, но я не хочу сейчас с тобой разговаривать.
– Но, мистер Пирсон, куда же вы?
– Я должен поговорить с Евой. Не мешай мне…
Кайл поднялся со своего места и пошел в дальний конец коридора. Во время бегства у него не было возможности подумать о том, куда ему следует бежать – такой вариант глава корпорации не мог себе представить и в страшном сне, а потому он интуитивно направил спидер по последним известным ему координатам Стоуна и его друзей. Подземелье оказалось хорошим укрытием от преследования людей Смита, но оставаться здесь надолго Кайл не собирался.
Спустившись по каменным ступеням в странный зал с черными конусами, Пирсон подошел к доктору Краун, молчаливо стоявшей возле одной из разрушенных башен. Ситуация, в которой оказался Атлантис, была патовая и Кайлу очень сильно был нужен совет со стороны. А что может быть лучше, чем совет медиума?
– Ева, – тихонько позвал Кайл, не зная слышит ли его доктор Краун. – Тебя можно побеспокоить?
Девушка слегка вздрогнула и обернулась. Её ладонь покоилась на гладкой, словно стеклянной, поверхности черного камня, из которого была сложена башня. Пирсону почему-то вспомнилось, что рой засек в этом районе старика и немку и его первый вопрос невольно возник сам собой:
– Где они? Я имею в виду Морония и Хельгу.
– Я их не вижу, – спокойно ответила Ева и подошла на пару шагов ближе. Её глаза были огромными и Кайл даже слегка испугался, видя гигантские черные зрачки, почти целиком заполнившие собой всё око. – В этом зале слишком шумно…
– Шумно? – Пирсон напряг слух, но не смог различить ни одного звука. В соседнем зале было всего пять человек, включая Гранта, которые тихо переговаривались между собой, сидя на ящиках. – Прости, я ничего не слышу…
– Голоса, их здесь множество. Они словно эхо былых времен заполняют собой всё пространство зала… Десятки разных языков и наречий, кто-то смеется, а кто-то плачет… – Девушка провела рукой в воздухе и Пирсон проследил за ее жестом. – Некоторые просят о пощаде, другие о смерти…
– Ева, – перебил её Пирсон, поняв что девушка находится во власти очередных видений. – Мне нужно поговорить с тобой. Мы должны как можно скорее выбраться отсюда и я хотел попросить твоего совета. – Тут он вспомнил, что возможно девушка не в курсе произошедшей трагедии. – Дело в том, что мы проиграли. Враги ищут нас повсюду и мне надо знать в какую сторону нам следует идти, чтобы не попасть к ним в руки? Ты можешь подсказать мне?
– Проиграли? – казалось девушка была искренне удивлена. В этой тунике и с распущенными волосами она была прелесть как хороша и Кайл даже поразился, что не замечал этого раньше.
– Да, великая битва, о которой ты говорила… – с тоской произнес он, – мы проиграли её…
– Но великая битва еще даже не началась…
– Что? – брови Пирсона в изумлении взметнулись ввысь. Он решил что ему послышалось или доктор Краун не поняла его. – Наша армия полностью разбита! У нас не осталось людей, не осталось ни малейших ресурсов, чтобы бороться! Мы вынуждены были бежать…
– Битва еще не началась, – повторила девушка. – Мы здесь не потому что были вынуждены бежать, а потому что так предначертано судьбой. У нас есть всё, что нам надо и порой малое способно на многое…
– Малое способно на многое, – повторил за ней глава корпорации, пытаясь переосмыслить услышанное.
Неужели они все неправильно поняли пророчество и битва действительно еще даже не начиналась? Быть может эта короткая схватка была лишь подготовительным этапом перед чем-то большим? Но перед чем? Ева сказала, что они здесь потому что так было предначертано судьбой – а вдруг она права? Вдруг все эти события последних недель были лишь крохотными вехами на большом пути? Он ведь даже не знает где они. Эта мысль поразила Пирсона. Когда они в спешке загнали спидеры в пещеру и укрылись в подземелье, он был так сильно расстроен, что даже не поинтересовался куда они попали.
Оглядевшись по сторонам, Кайл увидел широкий зал с множеством башен сложенных из черных камней. Почти все они носили следы разрушений, а вот за ними – за ними были видны большие каменные двери, на которых отчетливо был виден круг и высеченный внутри него треугольник с надписями на иврите на каждой из сторон. Сверху была еще одна надпись – она была на аккадском и Кайл навел на нее камеру своего телефона. Встроенный переводчик моментально вывел подсказку: “Смерть ожидает за этими вратами”. Что ж если это смерть для его врагов, то Кайл готов.
Позвав к себе людей Гранта, глава Атлантиса приказал открыть двери и принести к нему ковчег с коконом. “Малое способно на многое”, – так сказала Ева и Пирсон почему-то был уверен, что она говорила именно о ковчеге.
* * *
Всадники Халида гнали своих лошадей через пустыню и днем и ночью. После перехода на верблюдах в составе каравана Басима, поездка на лошадях была не такой комфортной. В отличие от одногорбых кораблей пустыни, которые медленно шагали, навьюченные тяжелым грузом, лошади ассасинов постоянно скакали мелкой рысью и у Стоуна создалось впечатление, что на этот раз они передвигаются намного быстрей. Днем арабы ориентировались по солнцу, а ночью по звездам, причем Джеку показалось, что неполная луна сильно беспокоит Халида. Он словно спешил куда-то.
За несколько дней пути ему так ни разу и не удалось поговорить со своим сторожем, не считая отдельных коротких фраз на ломаном английском. Между собой всадники в черном почти не переговаривались, словно объединенные телепатической сетью. Ноги детективу развязали, но вот снимать с него наручники никто не собирался. Джек несколько раз пытался жестами показать, что в пустыне ему бежать некуда, но каждый раз его просьбы оставались безответными. Впрочем, в его пленении было и хорошее – видя насколько израненным было тело Джека, араб ежедневно давал ему какие-то особые снадобья, от которых ему становилось легче, а раны на голове быстро затягивались.
Однажды Стоун стал свидетелем странной сцены. Примерно на третий день пути над гребнем одного из барханов появился одинокий всадник. Люди Халида казалось делали вид, что не замечают его и продолжали скакать по только им известному маршруту. Всадник скакал параллельно их движению на довольно большом расстоянии,
