одноклассницам, вернее, ДаМи, а уж она дальше сама. Только я ей даю адрес не сайта, а трубы. И не говорю, что это мой клип. Надеюсь, одноклассника ДонГука в толпе не углядит. К тому же над ним гримёры и парикмахеры потрудились.
— Аньён, ДаМи. Как у вас там дела?
Минут пять трещим о новостях. О да, я терпелива, когда надо. И новости интересные: ЧеРиш увлеклась причёсками и макияжем. Это хорошо, возможно, у меня появится свой визажист. МиЁн у неё в помощницах, сама ДаМи не определилась, хотя охотно сделала у них причёску.
— Слушай, ДаМи, я тут клип интересный нашла. Я отслеживаю новости кей-поп. Мне понравилось. Посмотри и скажи, что думаешь…
Скидываю ей по фейсбуку адрес клипа. Телефонный контакт разрываю. Пока она смотрит, звоню ЧэЁн. Надо узнать, девчонки занимаются, хи-хи-хи, бондажом или нет…
— ЧэЁн, ты девчонок связала?
Долго не разговариваю, — зафиксировала и ладно, — ко мне стучится ДаМи. Подключаю её.
— Холь! Лалиса, это супер! — ДаМи почти визжит. — Кто это?!
— Не знаю. Какая-то новая группа. Покрутись там в чатах, разузнай, что к чему.
Всё. Можно не волноваться… хотя ещё у онни спрошу. Иду, заглядываю в двери. Ещё до этого поняла по звучащей музыке, что она опять пересматривает клип. Мне внимания не достаётся, всё уходит на видеоролик.
Теперь точно можно не волноваться. Корейским девчонкам клип заходит.
Место действия: квартира президента Ли.
Время действия: 24 января, 09:10.
Ли ХёнСок.
Не всякое воскресное время провожу дома, но в последнее время всё чаще. Из-за неё. Поглаживаю пальцами красиво вылепленную спину, знаю, ей это нравится. Теоретически мне известно, что после разрядки мужчины испытывают приступ равнодушия к своим подругам. Со мной почему-то не так. Четверть часа назад мы отвалились друг от друга, физически я пуст, но разумом продолжаю её хотеть.
— М-м-м… — слегка изогнувшись, ЧхеВон соскальзывает на пол. — Сварить тебе кофе?
— Свари, — пообещай она мне сварить солёную морскую воду, согласился бы тоже. Причём с радостью.
Мелькнуло обнажённое женское тело и тут же наполовину скрылось под коротким халатом. Босые ноги бодро шлёпают на кухню. Подаст мне кофе в постель? Исполнит женскую заветную мечту? Или женская это наоборот? Дебак! С моей ЧхеВон многое не так.
Но разлёживаться не хочется. Привык вставать не позже половины седьмого. Так что когда любимая заносит поднос с кофейником, чашками и печеньем, она меня не застаёт. Я прихожу через несколько минут, умытый, выбритый и почти одетый.
— Когда свадьбу сыграем? — ЧхеВон не вкладывает в слова раздражение или нетерпение. Дежурное любопытство, не более.
— Летом. Или осенью. Как дела пойдут, — отвечаю короткими фразами между глотками, наполняющими тело бодростью.
— С делами что-то не так?
— Про дела мы не говорим. Твоё правило.
— Ты первый начал.
— Просто сослался. Сказать, что есть дела, не значит говорить о делах.
Наши разговоры часто похожи на дуэльную перестрелку. Только правила устанавливает она. Если проигрывает, меняет их. Так что давно понял: хочешь проиграть — выиграй у неё в споре. За выигрыш полагается наказание, а не награда.
— Я всё жду, когда ты её уволишь… — говорит спокойно и задумчиво. Молчу. О делах не говорим, но ей же установленные правила её не касаются.
— Чего ты улыбаешься? — голос повышается на четверть тона.
— Воскресенье, милая, — глажу её по руке. — В воскресенье я никого уволить не могу. Если хочешь, завтра заходи ко мне в кабинет, поговорим.
— Ты прав, — она соглашается. — Зайду.
Она соглашается! Признаёт, что я прав! Изо всех сил удерживаю глаза, норовящие выползти на лоб! Дебак! Она потихоньку готовится к роли супруги, уважительно относящейся к мужу? Она же всё-таки кореянка, хотя и училась за границей. Начинаю обожать её ещё больше, хотя куда там больше.
Надо бы заглянуть на сайт, глянуть, как там наш свежевыпущенный ролик. Надо бы. Но страшно. Вдруг там и сотни просмотров нет? Вдруг дебют провален? Так что не буду. Завтра мне всё доложат, а сейчас у меня выходной вместе с красивейшей женщиной Сеула.
Место действия: Агентство Bit Hit Entertainment
Время действия: 25 января, 08:15.
Ли ХёнСок.
— Сколько-сколько? ХвиИн, ты ничего не путаешь? — боюсь поверить.
— На данный момент, наверное, больше, саджанним, — уверяет помощница. — Очень быстро растёт.
— Хорошо, — с трудом сохраняю невозмутимый вид, внутри вскипает вулкан ликования, — можешь идти.
— К вам хореограф Ким пришла, — напоследок сообщает девушка. Киваю, пусть входит. Она и входит. Не устаю любоваться её походкой.
— Садись, дорогая. Что ты хотела спросить?
Смотрит пристально, лицо спокойное, молнии из глаз не блещут, уже хорошо.
— Вопрос тот же, ХёнСок-оппа, — улыбаюсь на её молодёжное обращение. — Лалису Ким не думаешь увольнять?
— Сейчас точно нет, дорогая. Её первый клип уже набрал почти четыреста тысяч просмотров, — триста восемьдесят четыре тысячи, как сказала ХвиИн. — За полтора суток. Через пару дней точно будет миллион. За каждый просмотр нам заплатят семнадцать вон. То есть, за три дня Лалиса сделает для агентства семнадцать миллионов. А сколько будет за месяц? Двести? Триста?
— Не такие уж большие деньги, — любимая пытается справиться с шоком.
— Небольшие, — вздыхаю. Я-то намного лучше тебя понимаю, насколько небольшие. Но они уже позволяют отодвинуть грозящий нам кассовый разрыв не менее, чем на месяц.
Никому, кроме главного финансиста и меня, неизвестно, что агентство балансирует на краю. И очень близко маячит перспектива банкротства. А моя будущая жена сначала не пустила в агентство мешок золота на стройных ножках, а теперь мечтает её выгнать.
— Небольшие, но ведь это только начало. У неё уже готова половина альбома для её группы. Некоторые песни, а может быть все, станут хитами. На очереди следующая группа, — слегка улыбаюсь, — с твоей «любимицей» Дженни. Лалиса говорит, что справляется с ней.
ЧхеВон продолжает излучать скепсис. Наверное, пора ей кое-что приоткрыть.
— Мои бизнес-ожидания от Лалисы в диапазоне от пяти до десяти миллионов долларов в год. И эти деньги спасут агентство. Если она не дотянет до нижнего края в шесть миллиардов вон…
Даже думать об этом не хочется, но если начал, надо заканчивать.
— Агентство обанкротится, — не удерживаюсь от грустной усмешки. — И ты выйдешь замуж за нищего. Ты согласишься выйти замуж за неудачника?
— Я уже согласилась, — мрачно заявляет моя красавица. От упрёка, что она поспособствовала приближению банкротства, удерживаюсь. Тем более, сам виноват. Важные дела нельзя бросать на самотёк.
— Будешь продолжать настаивать на увольнении Лалисы?
— Пойду я, — уходит из кабинета и от ответа. — Работы много.
Работы всегда много, но у тебя её стало меньше, — думаю вслед. И самую сложную забрала Лалиса. И на Дженни не
