жалуется. Весело хмыкаю. На мои осторожные расспросы как-то сказала, если что не так, она и в глаз может дать. Без всяких жалоб начальству. Строго запретил ей рукоприкладство, очень строго. Но когда она ушла из кабинета, я так смеялся…
Окончание главы 29.
Глава 30. Взлёт
Место действия: Общежитие агентства Bit Hit Entertainment,
Квартира Лалисы Ким.
Время действия: 28 января, 17:55.
— Вот вы и стартовали, Ви, — присаживаюсь к духовой плите так, чтобы он мог на меня посмотреть, не опасаясь, что засеку его интерес. — Я вам обещала? Я исполнила обещание.
Ага. Лалиса сказала — Лалиса сделала, хи-хи. Количество просмотров нашего первого ролика приближается к полутора миллионам. И у меня стойкое чувство, что скорость роста просмотров нарастает.
Ради прихода ВиЧана не красилась и не наряжалась, только причёску поправила. И в сочетании со свободной, но не балахонистой водолазкой, напялила шорты. Не короткие, до середины бедра, но ему хватит. Интерес оппы надо подогревать порциями обдуманного размера. Если сразу расфуфыриться в пух и прах, накраситься, как на конкурс, нацепить шпильку и всё такое, то чем дальше удивлять, потрясать и поражать?
Готовлю ему, — само собой, и себе, — пиццу. Вроде нравится ему. Рецепт чуть модернизировала. Добавила вездесущего кимчхи. И это не всё. Украсила зелёным луком и снарядила кальмарами. Одним мановением… ну, несколькими мановениями рук пицца из итальянского блюда превращается в национальное корейское.
— С деньгами, правда, придётся подождать, — сначала встаю, затем неторопливо поворачиваюсь к столу, за которым сидит ВиЧан. Чтобы дать ему время отвести глаза. Так вот мы играемся. Вернее, я играю. Он не знает, что я его взгляд на себе всегда чувствую.
Интересно, а если сказать, поверит? Мальчики существа рациональные. По их мнению, если что-то не имеет рационального объяснения, то этого не существует. Так что, может, и не поверит. Только я всё равно раскрывать этот секрет не буду.
— Агентство в непростом положении сейчас, — кое-что саджанним мне приоткрыл. Если кратко, просил подождать и с положенным гонораром и с моей зарплатой. И уже можно ничего мне не рассказывать, голова у меня на плечах не только для того, чтобы её украшать и макияжить.
— Может, тогда надо было обратиться в другое агентство? — это что, у него начинает просыпаться самостоятельное соображение? На вопрос морщусь.
— Нас туда и близко не подпустили бы. Во-первых, наш президент — друг моего отца. И это даже не главное. Главное, как раз в том, что они в тяжёлом положении. До меня только сейчас дошло, почему они на наши условия согласились! Ни у одной группы такого нет. У всех потолок — всего десять процентов!
Сажусь на стул, подгибая одну ногу под себя. Поняла, почему у меня при самых заковыристых позициях ничего не затекает. Вес у меня птичий.
— Ничего страшного. Главное — мы айдолами станем, — ВиЧан не унывает. А чего им унывать? Только недавно в пустоту работали, то ли прорвутся, то ли нет, ничего не известно было.
— Правда, это касается только первой песни. Ничего, что мы её поменяли. Президент намекает, что на остальные песни расклад должен быть другим. Но у нас всё равно будет больше, чем у остальных групп.
Немного молчим. Пробует взять мою руку в плен. Со смехом вырываюсь.
— Нет, Ви. Мне надо побыть свободной.
— Тогда расскажи, какая у тебя ещё мечта есть. Ты обещала, — ВиЧан конвертирует свои поползновения в требования.
— Что, правда, обещала? — играю глазами. — Тогда слушай.
Делаю серьёзное лицо, кокетство в сторону.
— И учти, что это тайна, — понижаю голос. — Мечта эта, как бы… с налётом порочности…
Парень округляет глаза, Лалиса — порочная девушка? И как теперь с этим жить? Как это принять?
Хихикаю исключительно про себя.
— Обожаю делать педикюр, — почти шепчу, таинственно раскрыв глаза. — Но полный комплекс дорогой, примерно четыреста тысяч вон. Сначала ноги отмокают в горячей воде, затем срезают все мозоли, заусенцы, подрезают ногти. После обсушки делают массаж ступней и голеней, втирают смягчающий и питающий кожу крем. И только в самом конце красят ногти.
Мечтательно вздыхаю, заведя глаза к потолку.
— Как только всё это начинается, через пять минут я на седьмом небе. Невыразимое удовольствие. Но… — тяжко вздыхаю, очень тяжко. — Плевать, что дорого, но вся процедура вместе с дорогой туда и обратно занимает почти три часа. А где их взять? Где?!
Заглядываю в духовку, чуть приоткрываю, ловлю носом запах. Кажется, готово. Немного довести осталось. Выключаю плиту. В режиме остывания окончательно доспеет. Возвращаюсь за стол и к разговору.
Коротко и тоскливо вздыхаю.
— Будь у меня время, я бы каждый день… то есть, хотя бы раз в три дня в салон ходила, — тут мне приходит в голову идея и начинает раскручиваться сама по себе. А не придумала ли я только что очень перспективное и денежное дело для одной из своих клевреток-одноклассниц? А что? Даже в штат брать не надо. Приходит, делает всем девочкам весь комплекс, и не за четыреста тысяч, а скажем, за миллион за всех четверых. Или пятерых, вдруг херо-графиня не откажется? К примеру, делает пять раз в месяц (хотя я хочу десять!) и пять корейских деревянных лимонов в кармане.
Можно и по триста брать, всё равно выгода для клиенток огромная. Экономия времени на дорогу, расходов на такси, сплошные плюсы. Хотя эта работа не для юных девочек, а для дам среднего возраста и с достаточно сильными руками. Образ заботливой тётушки или даже матушки попадает в десятку. Хм-м, так может кто-то из мам моих подружек согласится? Пять лямов за месяц… ну, пусть даже три, почти для любой семьи лишними не будут.
— Всё, — объявляюВиЧану. — Готово дело.
Вытаскиваю оба противня, на которых пышут жаром плоские пицунды с румяными боками. Один режу пополам, половину ещё раз и по тарелкам. Мы с ВиЧаном здесь поедим. Заодно и проверю, как идёт пицца в новом варианте для корейского вкуса. Последний штрих: берусь за фен и обдуваю наши порции не нагретым воздухом.
— Томатный сок будешь, Ви?
— Значит, вот какая у тебя мечта, — ВиЧан задумчиво хрустит своей долей. — А я думал, тебе хочется, чтобы твоя книга стала популярной.
— Она уже популярная, — заявляю после откусывания. — Общее число продаж на двух сайтах больше шести тысяч. Коммерчески успешной считается книга, когда распродаётся тираж в три тысячи экземпляров. За год.
— Это такая граница, — поясняю после томатного сока. — Ниже — результат сомнительный, выше — издательство получает заметную прибыль. Получается, что я эту границу пересекла за три месяца,
