Торен, вспомнив о предстоящей встрече, пришпорил свою лошадь, и Арден неохотно последовал за ним. Они проскакали вдоль противоположного берега, постепенно погружаясь в сгущающийся сумрак. Через пять фарлонгов[1] свернули на дорогу, петляющую под нависающими кронами деревьев; стало совсем темно, и им пришлось перейти на шаг.
Арден погрузился в воспоминания, встреча на Летнем холме вновь возникла перед его мысленным взором. Большую часть времени ему удавалось не думать о ней, словно то был лишь сон, греза, а не реальное событие. Тогда ярмарка в Вестбруке казалась такой далекой. Арден надеялся, что Торен откажется от своих заблуждений, что Диз сумеет его переубедить.
Но вчерашние схватки напомнили Ардену, что весна быстро подходит к концу, а турнир в Вестбруке стремительно приближается. И Торен, как и прежде, намерен вернуть Остров Брани Уиллсам, вопреки желанию всей семьи.
Арден посмотрел на своего кузена, в темноте он различал лишь его силуэт. Казалось, Торен погрузился в размышления, хотя его взгляд каждые несколько секунд устремлялся к теням между деревьями — не следовало забывать, что они лорды Реннэ, оказавшиеся в лесу без охраны.
Арден никогда не делал вид, что понимает своего кузена — откровенно говоря, он чувствовал, что ум Торена слишком тонок для его восприятия, — однако Арден знал, что в основе многих решений его кузена лежит идеализм и они часто не имеют отношения к реальной жизни. Намерение возвратить Остров Брани Уиллсам — прекрасный тому пример. Земля там плодородная — Арден не сомневался, что вместо того чтобы испытывать благодарность к Реннэ, Уиллсы немедленно начнут собирать там войска.
Торен рассчитывал, что Уиллсами будет руководить чувство чести. Более того, он ждал того же от Реннэ!
Через некоторое время появился свет. Арден сообразил, что они видят факелы, а потом возникла каменная стена и дверь. В высоких окнах сиял свет, а когда они выехали на небольшую поляну, на фоне звездного неба возник смутный контур здания.
— Что это такое? Храм? — Они остановились перед башней или миниатюрным замком.
— Я не знаю его происхождения, — ответил Торен, соскакивая с лошади. — Это каменное здание создано с немалым мастерством, но кто его построил и с какой целью, мне неизвестно.
Дверь открыл высокий мужчина с канделябром в руке. Он отвел его в сторону, чтобы получше разглядеть посетителей, затем молча поклонился и широко распахнул дверь.
Торен отстегнул пояс с оружием.
— Оставь меч здесь, — сказал он кузену.
Они зашагали вслед за высоким мужчиной, Арден не сомневался, что это не слуга. Даже длинная серая мантия не скрывала уверенных движений рыцаря.
Вдоль стен зала с высоким потолком стояло множество копий, часть из них была сломана. Даже в тусклом свете свечей Арден успел разглядеть, что все они очень старые. С каждого копья свисало знамя — символ былых сражений.
Они поднялись по лестнице и вошли в длинное помещение, также украшенное древними знаменами. Под ними, вдоль стен, стояли грубые скамьи, а в конце зала помещался помост, на котором стояло большое резное кресло. Центр комнаты занимал длинный деревянный стол. Комната освещалась длинными восковыми свечами. Мужчина, не говоря ни слова, оставил их вдвоем.
Арден огляделся. Они попали в очень необычное помещение. Пилястры стоящих возле стен колонн по форме напоминали стволы деревьев, поддерживающие потолок стропила походили на стилизованные ветки — дубов, подумал Арден. У него возникло ощущение, что он смотрит в темные кроны живого леса.
С ветвей свисали еще знамена. Арден узнал многие гербы, принадлежащие благородным семьям, большинство из которых впали в безвестность или вовсе исчезли за долгие годы войн.
— Я начинаю думать, что ошибся, Торен. Мы пришли сюда совсем не для того, чтобы встретиться с молодыми красивыми женщинами, обладающими восхитительными добродетелями.
Торен удостоил его улыбкой, но ничего не сказал.
Дверь возле возвышения открылась, и в зал вошел человек в такой же серой мантии, но вместо канделябра в руках он держал двуручный меч. Церемониальное оружие имело изящную рукоять, вдоль клинка шел сложный узор, но Арден видел, что лезвие хорошо заточено. В руках мастера такой меч — серьезное оружие. Незнакомец оглядел обоих кузенов, а потом что-то негромко проговорил тому, кто стоял в тени за дверью.
Только после этого в зале появился высокий мужчина с короткими седыми волосами и аккуратно подстриженной бородкой, в такой же серой мантии. Он произвел на Ардена впечатление сильного, властного человека, лишенного, впрочем, гордыни. В нем была некая… неподвижность. Мир вокруг мог обратиться в хаос, он сохранял полнейшее спокойствие.
— Милорды, — приветствовал он их и слегка поклонился, а на его губах появилась улыбка, оживившая лицо.
В тусклом свете Арден не мог определить, какого цвета его глаза, но они показались ему черными и задумчивыми.
В комнату вошел третий человек, тоже с двуручным мечом. Он встал так, чтобы успеть перехватить нападение гостей на своего господина, однако достаточно далеко от них, чтобы не оскорбить. Арден не знал этих людей, но они явно не хотели рисковать при встрече с Реннэ. Неужели перед ним представитель Уиллсов? Впрочем, серый никогда не считался цветом их дома.
— Мой кузен лорд Арден Реннэ, — сказал Торен, и в его голосе прозвучала удивившая Ардена почтительность.
— Милорд, — с легким поклоном ответил хозяин. — Гилберт Абергейл.
Арден тоже поклонился, плохо понимая, как обращаться к незнакомому человеку, обладающему столь благородным именем.
— Я имел удовольствие наблюдать за тем, как вы недавно сражались, — сказал Абергейл Ардену. — Вы держались достойно.
— Но не так хорошо, как мой кузен, — сказал Арден, кивая в сторону Торена.
Абергейл покачал головой:
— Тут многое зависит от того, что вы оцениваете. Торен выиграл турнир, но если бы не вы, проиграл бы общую схватку. Именно лорд Арден Реннэ встал между своим кузеном и вражеским мечом. — Абергейл посмотрел на Торена — в его взгляде читался непроизнесенный вопрос.
Торен едва заметно поклонился:
— Я привел тебя сюда, Арден, чтобы обсудить очень важную для нашей семьи проблему — более того, для всего древнего Аира.
Арден ничего не ответил, молча ожидая продолжения. Гилберт Абергейл, должно быть, эмиссар Уиллсов.
— Но прежде сэр Гилберт хочет получить заверения, что ты не станешь никому рассказывать о нашем разговоре — даже членам семьи.
Арден невольно отступил на шаг.
— Возможно, ты немного расскажешь мне о теме предстоящего разговора, в противном случае…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
