— Это не зверь. В основании черенка каждой планетосферы расположен транкс, самый мощный из всех возможных. Его эффективный радиус 100 тысяч гигаволн.
— Каких волн?
— Волн излучения атомарного водорода. Длина такой волны — 21 сантиметр, и эффективный радиус любого транкса обязательно будет кратным этой величине. 100 тысяч гигаволн — это 21 миллиард километров, что равняется радиусу планетосферы. Иными словами, мегатранкс — это «колдовские ворота» для астрономических объектов. Он срабатывает один раз и перемещает сферу в выбранную точку пространства.
Предупреждая новый вопрос Барабина, в разговор включился Генрих:
— Кто выбирает точку, не спрашивай. Может, Брейн, может, случай. А может, и посредники. Достоверной информации нет. Зато есть информация, что на новом месте сфера распадается и высвобождает планетную систему. И поскольку звезда, засиявшая где-нибудь за тысячи и даже миллионы световых лет отсюда, сразу становится видна, нет сомнения, что мы имеем дело со сверхсветовым излучением. Только вот не знаем, испускает ли его сама звезда или, может быть, осколки планетосферы.
— Ага, — кивнул Барабин. — Понятно. Вы тут, можно сказать, исполняете обязанности Бога.
— Точно, — хихикнула в ответ Алиса. — Творца неба и земли, и всего, что видимо и невидимо.
— Не совсем так, — возразил Натаниэль. — В качестве творца выступает мегаплант. А мы лишь создаем цивилизации из готового материала, который он нам предоставляет.
— Это все, конечно, очень интересно, — сказал Роман. — Только я-то вам зачем? В сверхсветовом излучении я ничего не понимаю. А если я по пьяни чего-нибудь сотворю, то мало не покажется никому.
— В этом мы успели убедиться, — улыбнулся Натаниэль. — Прорыв к центру черного замка был просто великолепен. Именно тогда наш человек в баргаутском войске впервые стал настаивать, что из вас получится хороший коррекционный агент.
— Какой агент?
— Коррекционный. Когда создаешь миры из затравки и наполнителя, эксцессы и отклонения от заданной программы практически неизбежны. Слишком ненадежный получается контингент. И чтобы вернуть все на свои места, нужны коррекционные агенты, которые в состоянии приспособиться к любой обстановке и выбраться из любой безнадежной ситуации. А вы как раз из таких людей.
— А все-таки его кто-то обеспечивал, — угрюмо проворчал мрачный тип, который до сих пор сидел в углу кают-компании молча и смотрел исподлобья в пространство.
— И что с того? — взвилась Алиса. — Как будто мы своих агентов не обеспечиваем.
— Чем обеспечиваете? — поинтересовался Роман.
— Дистанционной транксовой поддержкой. Понимаешь, там огонек раздуть, здесь клин из блока выбить. Или просто транкс кому-нибудь под ногу подставить. Нога в пустоту как ухнет — глядишь, а противник твой тебе мечом по голове не попал. А совсем наоборот, прямо на твой клинок напоролся животом.
Услышав это, Барабин первым делом подумал не о себе и своих противниках, а о короле Леоне, который именно так напоролся на меч в тот момент, когда победа его уже почти не вызывала сомнений.
Очень похоже на то, что принца Родерика, ставшего теперь королем Баргаута, тоже кто-то обеспечивал подобной поддержкой.
Но Леон — это дело прошлое, а Барабина гораздо больше волновало будущее. Тем более, что мрачный тип и про это намекнул мимоходом.
— Мечи — ерунда, — отрезал он со знанием дела. — Транксом можно пули ловить и человека из эпицентра взрыва вынуть.
— Полезная штука, — не мог не согласиться Барабин. — И кто же интересно, меня обеспечивал?
— А черт его знает. Возможно, Эрк. Твои приключения могли его заинтересовать.
— А Эрк — он кто?
— Extreme Research Corporation, — ответил Генрих. — Сокращенно — ERC.
— Ясно. Куда ни плюнь — попадешь в корпорацию, — сделал вывод Барабин. — Extreme, значит. Они экстремалы или экстремисты?
— Корпорация экстремальных исследований. Они изучают поведение людей в нестандартных ситуациях. Ну и контингентом понемногу приторговывают. А сейчас опять авантюру затеяли. Задумали сделать верховного демона королем Баргаута и посмотреть, что из этого выйдет.
Сказано это было совершенно спокойно и, кажется, даже не без сочувствия. Как будто сотрудникам «Дендро Этерна» тоже было интересно посмотреть, что получится, если праотец всех демонов Эрк будет на законных основаниях провозглашен королем Баргаута.
А так вполне могло произойти. Ведь королева Барбарис поклялась на Книге Друидов, что выдаст дочь свою Каиссу замуж за того, кто вызволит принцессу из рабства.
Если Эрк выкупит принцессу и отпустит ее на свободу, это условие будет соблюдено. А другое соблюдено уже.
По вине кретина Родерика, для которого обычаи Баргаута были как звук пустой, пролилась кровь принцессы. И этого было достаточно, чтобы его низложить.
Если же Родерик будет низложен, то полноправной королевой Баргаута станет Каисса. А королем, соответственно, ее муж.
— И вы не против такого расклада? — спросил Барабин у сотрудников корпорации «Дендро Этерна». То есть у тех самых друидов, коллеги которых шесть веков сочиняли законы и обычаи для варварского мира под названием Аркс.
— Эрк действует на своем поле, — ответил Натаниэль. — У «Дендро Этерна» нет генеральной лицензии на Аркс. Мы лишь отвечаем за контроль над уровнем развития. Аркс — это полигон, где отрабатывают свои технологии варваризации разные фирмы. А иногда вмешиваются и независимые группы. Например, банда Ночного Вора. Это все часть истории и мифологии Аркса.
— И ты теперь тоже ее часть, — добавил Генрих. — Раньше в Арксе никто слыхом не слыхивал про Страну Чародеев. А сегодня Эрк специально затевает аферу, чтобы объявить, будто эта страна отныне в его власти.
— Каким образом?
— Ну, ведь ты же сам говорил всем, что твоя Вероника — принцесса Страны Чародеев. А Эрк купил ее, как рабыню.
— Все-таки купил?!
— Да, пару часов назад. И гораздо дешевле, чем предполагалось. Твоя ложная клятва испортила Ночному Вору всю игру, но он сейчас не в таком положении, чтобы торговаться. Его планы полетели к чертям и настало время уносить ноги.
Узнав подробности о формальном низложении короля Родерика и о возможности занять его место, освободив из плена Каиссу, Барабин догадался, какие именно планы Ночного Вора полетели к чертям.
Вор хотел продать Веронику Эрку за полную цену и тут же выкупить у аргеманов Каиссу, чтобы самому стать королем Баргаута.
Если понадобится, Теодоракис был готов добавить собственные деньги — например, тот миллион долларов, который он украл у Барабина. Но когда начался торг, он быстро понял, что Эрк может перебить любую цену.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
