задержался, смотрел он на меня с покровительственной улыбкой, будто на свою рабыню:
— А вы далеко пошли, мисс Беолитсон.
— Беолитдоттир, — хмуро поправила я.
— Да-да, конечно… я слышал, вы изобрели какой-то новый амулет? Что же вы сразу ко мне не пришли за помощью? Я с удовольствием вложусь в перспективный новый бизнес.
Я опешила:
— А мисс Ганхилда не будет злиться?
— О, вы не слышали? Она уже вышла замуж и уехала с супругом в свадебное путешествие, пока у него каникулы, — отмахнулся мистер Расмусон. — Так что мы всегда будем всегда рады вашему приходу в наш дом. По старой дружбе, так сказать, — он расплылся в улыбке, больше похожей на оскал.
Я хотела бы отказаться, но вспомнила про Гуннульва, с ним бы я хотела встретиться хотя бы чтобы вернуть учебник и поблагодарить за помощь. Он сделал для моей адаптации в новом мире больше, чем все члены их семьи вместе взятые. Впрочем, и мистера Расмусона винить было не в чем, он дал мне работу в самый сложный момент жизни. А что уволил, так я сама виновата.
— Я пока очень занята открытием школы, — пробормотала я растерянно. — Но с удовольствием приму ваше приглашение, когда удастся наладить ее работу.
— А на счет новых амулетов?..
— Я пока не решила, что с ними делать и каким образом, — призналась я. — Чтобы сделать хорошую пару для связи, нужно работать под заказ, это вещь не для серийного производства. Да и пока есть только черновые варианты. Возможно, я займусь этим позже.
— Но…
— Позже, мистер Расмусон, сейчас мне нужно готовиться к экзамену для подтверждения моей квалификации мага.
Он склонил голову:
— Уверен, что у вас все получится, мисс Беолитдоттир, — впервые он правильно произнес мою фамилию.
Когда на следующий день Эрик пришел на тренировку, я чувствовала себя вымотанной не физически, а морально. Голова пухла от всего, что нужно было знать и учесть для экзамена, для документов на школу, для заключения договоров с меценатами. Каждый из них требовал себе особых условий, приоритетного обучения для своих рабочих, особого графика тренировок и многого другого, и я уже начала опасаться, что школа моя лопнет от количества потенциальных учеников. Приходилось торговаться, лавировать, выбивать привилегии для тех работников, которые будут обучаться, чтобы у них график работы был удобнее, чтобы их не ставили в дни тренировок на тяжелые работы и так далее. Это все было сложно и муторно, хорошо, что мне помогали Сиг и Кейа.
Голова пухла, а тело звенело от желания размяться, магия бурлила внутри, желая вырваться. Нет, до переполнения резерва было еще далеко, просто от волнения я никак не могла успокоиться.
— Готова? — Эрик вышел из обновленной мужской раздевалки без галстука и пиджака: в брюках, легкой рубашке с закатанными до локтей рукавами и жилете. На его поясе висел длинный прямой меч непривычной мне конфигурации.
Я собрала косу в пучок, несколько раз обвязала лентой и и закрепила шпильками, как научила меня Кейа, чтобы было удобно и не растрепывалось. Потом привычным движением выхватила из-за спины секиру и несколько раз крутанула ее в руке.
— Вполне, — кивнула, выходя в центр зала.
Эрик сделал несколько шагов ко мне, и я активировала рунический рисунок, аккуратно нарисованный на полу. От окружающего пространства нас отделила невидимая защита, чтобы мы тут все не разнесли. Конечно, все стены, потолок и пол зала были укреплены магически, но эта защита была рассчитана скорее на случайное попадание плохо обученного мага, а вот для спаррингов была еще одна дополнительная.
— Не видела никогда тебя с мечом, — заметила я.
Эрик вытащил оружие, сделал несколько легких движений кистью, прочертив перед собой серебряный круг.
— На работе принято пользоваться амулетами, да и в жизни тоже удобнее — компактнее, ничего не мешается при беге.
Я не стала отвечать, а ринулась вперед практически без замаха нанося удар ему в плечо. Меч взлетел, встретив округлое лезвие секиры, по серебристому клинку проскользнула крошечная молния. Я ухмыльнулась. По лезвиям секиры скользили отблески алого пламени.
Глава 57. Драдрерика
Шаг, удар, поворот, подсечка — отпрыгнуть, и вновь в атаку.
Магия вьется вокруг нас ураганами, в которых то вспыхнет пламя, то холодно сверкнет молния. Никаких хитрых магических приемчиков, ловушек или подстав — на них просто нет времени. Есть только напряжение мышц, по которому угадываешь шаг противника, чуешь взмах его меча по одному движению ресниц, по вздоху, сердцебиению, потокам его магии.
Это словно танец, словно игра. Открылся — шаг вперед, удар, но нет, он отбивает секиру, посмеиваясь. Пытается выбить из рук — отхожу. Мы чувствуем друг друга, будто это не первый бой, будто мы хорошо сработавшиеся партнеры.
Наши силы сплетаются воедино, борются, отталкиваясь, но будто не всерьез, дразнясь и ласкаясь. Я не уверена, что полностью контролирую свою магию, но и одергивать не пытаюсь — она не предает меня, а следует моим истинным желаниям. Я не хочу причинить Эрику боль. Понимаю, что на нас обоих есть защита, но все равно осторожничаю на всякий случай и чувствую, что он действует так же.
Не знаю, сколько это продолжается. Будто не бой с противником, а тренировка с тенью, с твоим собственным отражением, но совсем иным. Мне казалось, я окажусь физически сильнее, с лучшей выдержкой, ведь Эрик сам как-то говорил, что давно не тренировался. Но на деле он легко поддерживает мой темп, не подает признаков усталости, его дыхание не сбивается с ритма, хотя мое тело специально долгими годами укреплялось особыми маго-физическими тренировками, что сделало меня намного сильнее любого среднестатистического человека. Но Эрик держится против меня на равных, не являясь профессиональным телохранителем, и это впечатляет.
Его магия так же сильна, плетения изящны. Больше всего он любит молнии и структуры из них: ветвистые, шаровые. Колкие стрекотания и мощные удары, способные отбросить на несколько метров назад. Это его стихия. Но также ему хорошо удаются ледяные заклинания: заморозить пол под ногами, чтобы он стал скользким, сыпануть ледяной крошки в спину, пытаясь отвлечь, разбалансировать контроль энергии.
Отвечаю ему вспышками своего любимого пламени и воздушными ударами, подыскиваю возможность применить что-нибудь похитрее. Против дротиков, жалящих, словно укус комара, и отвлекающих зудом, у него оказался неплохой щит. После строителей еще толком не убирались, поэтому потоками воздуха собираю пригоршню песка и пыли, пытаюсь запулить ему в лицо, но он отбрасывает каким-то физическим щитом на основе молний — мелкие разряды легко сбивают сор и рассеивают магию. Прищурившись, сзади бью воздушным кулаком ему под
