Он бежал без оглядки, только слышал, как шуршит трава под сапогами богинь, как они раздвигают ветки кустов, через которые ему, призраку, пробираться в разы легче, нежели плотным телам. Он — воздух, образ, воплощение сознания. А они, пусть даже и богини, но имеют тела, и им это мешает.
Бежать от богов — страшный грех! Как бы они не разгневались. Мальчик был уверен, что ему покровительствует одна лишь богиня любви, черноокая кошка, а остальные вряд ли бы из-за обиды на его отца захотели бы знать даже его имя. Пойми они, чью тайну им надо раскрыть, они б уничтожили на месте, сожгли бы и его душу, и девочку.
Колючие кустарники не собирались заканчиваться. Гора становилась все выше, тропинка все более причудливо извивалась. И вот, наконец, обрыв, скала, а внизу, как всегда, бешеная горная речушка. Такой реки правитель никогда не видел у себя на родине. Та великая широкая река, на которой стояла его столица, текла медленно и неторопливо, в отличие от этих маленьких и смелых ручейков, которые не боялись пробиваться через камни к бескрайнему морю.
Правитель перевел дух. Вроде бы он сделал все: передал девочке ключ и пророчество. Пришла пора просыпаться. Он встал спиной к обрыву и шагнул назад.
— Вот он! — как раз в этот момент на гору вскарабкалась блондинка Сехмет и, мигом обратившись львом, кинулась на уже начавшего падать мальчишку.
Мальчишку… принявшего облик восемнадцатилетнего юнца, чтобы быстрее и проворнее бежать. Он чисто инстинктивно выставил перед собой руки и закрыл глаза. Богиня, широко раскрыв глаза, дико крича, пролетела сквозь него и бесчувственным грузом упала на камни. И в этот момент призрак исчез из реальности.
Когда уставшая Иштар спустилась к берегу, то искалеченная побитая Сехмет уже успела достаточно хорошо регенерировать, чтобы вполне вменяемо говорить. Она поглаживала ушибленный лоб и разминала ноги, несмотря на то, что ранения, полученные ею четверть часа назад, для обычного человека оказались бы смертельными. Тело бога тем и хорошо, что способно очень быстро восстанавливаться и не чувствовать боли.
— Я узнала его, — сухо сказала Сехмет, — и я поняла, кого поднял Сет. Одно не ясно, зачем в этой игре понадобился белорусский мальчуган.
— Можешь сказать ясно, в чем дело?
— Прости, подруга, — покачала головой египетская богиня, — это внутриклановое, и я думаю исправить ситуацию на суде Сета.
Царевич открыл глаза. Как всегда, все плыло в сплошном тумане. Только на этот раз перед ним стоял не верный друг и слуга, а мама и любимая сестра.
— Ты проспал больше суток! — в ужасе выдавила одна из них, мальчик даже не понял, кто именно.
Он поднялся на локтях и пошевелил пальцами правой руки. Свернутый клочок туалетной бумаги, как он и ожидал, остался. Это значит, что информация от людей из будущего перешла в его дворец.
— Мне нужно срочно поговорить с советником, — не обращая внимания на женские причитания, сказал будущий правитель, — а потом я очищу свой разум от груза прошлого и взойду на престол.
Мальчик не знал, что советник совсем недавно покинул его спальню. Сейчас будущий правитель заметил, как ликует любимая сестра. Правда, сам он не очень радовался предстоящей свадьбе. Нет, не потому, что он не любил сестру. Он понимал, что только так сможет выполнить то, что написали о нем в книге люди будущего. А вдруг у него получится сделать жизнь в стране лучше?!
Когда слуги нарядили правителя, они отвели его в покои мудрого советника. Невысокий седовласый старичок сидел у себя в темной комнате и читал какие-то свитки. На столе лежала большая куча хеттских табличек со снятой защитной глиной и без нее.
— Я же просил не входить, — буркнул он, недовольно глядя на двух военных у двери.
Но когда его взгляд встретился с серьезными грустными глазами наследника престола, советник смягчился.
— Я хочу поговорить с вами наедине, чтобы никто не слышал, — заявил мальчик.
— Ну… — старик такого не ожидал.
Советник уж боялся, что ему придется править вместо двенадцатилетнего мальчугана. Он всегда считал царевича беззаботным и легкомысленным, будто его кроме быстрой езды на колеснице, стрельбы и сражения на кинжалах, вообще, ничего не интересовало. А тут вдруг возмужал после продолжительного сна, повзрослел мигом и чего-то хочет.
Когда воины покинули комнату, наследник протянул старику сверток шириной с ладонь, написанный на рыхлой серой бумаге.
— Какой дивный папирус, — брови советника поднялись, а в глазах его читалось немало удивления.
— Это передали мне боги. Сказали, чтобы вы прочитали все и действовали согласно этим подсказкам.
Советник развернул крошечный сверток и быстро пробежал взглядом по всему, что там было написано.
— Но это твой почерк, мой господин, — вежливо заметил старик.
— Я записывал все, что сказали мне боги в храме Баст. В этом свитке наше с вами будущее, которого не избежать. Прочтите это, никому не рассказывайте о том, что нас ждет. А потом сожгите свиток. Если кто-то, кроме нас двоих, узнает эту тайну богов, мы обречены.
— Я… — не веря до конца в то, что написал мальчик, советник не мог найти слов, — я все понял.
Дрожащей рукой он бросил клочок бумаги из будущего в огонь.
— А теперь я готов взойти на престол, — в очередной раз сказал юный наследник.
* * *
Суд людской — сложное мероприятие. Когда-то судьбу преступника решал владыка и совет, потом процедура принятия решения все усложнялась, обрастая множеством бумаг и волокиты. Но суд богов за тысячи лет не претерпел никаких изменений. Если преступник пойман с поличным, тут же собирается весь клан и решает его дальнейшую судьбу. И не важно, что кто-то из богов находится совсем в иной эпохе или на другой стороне земного шара. В таких исключительных случаях, как суд сородича, для всех них открываются порталы, и четырехмерные собираются на несколько часов к месту преступления, чтобы решить дальнейшую судьбу провинившегося.
С тех времен, когда контроль над всем сверхъестественным взяли люди, открыв по миру организации, наблюдающие за потоками нечеловеческой силы, и издав кодексы мирной жизни, ни боги, ни другие нелюди не имели права вредить простым смертным, а открытие порталов перешло под юрисдикцию ОСЯ и их коллег из других стран.
В древние времена порталами заведовали главы кланов. Для этого читалось специальное витиеватое заклинание, после чего в воздухе начинали открываться окна и двери, из которых выходили и вылетали призванные божества и их создания.
После того, как верхушки кланов сдали свои права отделам по контролю нечеловеческой жизни, пришлось намного усложнить эту процедуру. Маги, которым было вверено открытие порталов, не справлялись со столь энергоемкими заклинаниями, поэтому Марго получила в свое ведение пластмассовый серый пульт, похожий на его те, которыми люди включали телевизоры и видеомагнитофоны.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
