– большое упущение. Словно услышав его мысли, Эш в полной тишине обошёл Кангушара и обернулся. Для отставного командира происходящее было тяжёлым испытанием, и как бы он ни пытался держать себя в руках, тусклый взгляд и досада в уголках губ выдавали душевную боль.
Эш расстегнул ворот дымчатой как склоны гор рубашки, снял с шеи серебряную цепь с малахитовым ключом:
– Передаю тебе ключ от Ворот Славы. – Надел цепь на Кангушара. – Храни его, как я.
Преклонил колено перед новым командиром. Вслед за ним опустились защитники.
Над площадью пролетел единый могучий голос:
– Кангушар – хранитель ключа!
Защитники поднялись как по команде. Эш занял место в первом ряду. Новоиспеченный командир не двигался. Люди не сводили с него глаз.
Адэр подумал, что сейчас, вероятнее всего, прозвучит приказ расходиться, но Кангушар повернулся к нему лицом. Он молчал, за него говорили подрагивающие пальцы. Вряд ли когда-нибудь столь высокую должность занимали молодые люди.
Адэр рассматривал герцога, который увидел в немытом, нечёсаном бродяге человека, отнёсся к нему с уважением, когда остальные втаптывали честь и достоинство пленника в грязь. В голове застучало, как барабанная дробь: «Ритуал… ритуал…» Кангушар явно чего-то ждёт. Слóва? Взгляда? Жеста? Какой же у них ритуал? Вдруг перед внутренним взором возник фолиант в потёртой кожаной обложке, страницы с запахом. Какое откровение он читал, вдыхая аромат торжественной тишины? Такой тишины, как в гроте…
Адэр сошёл с лестницы. Кангушар сделал три шага назад.
– Опусти глаза и посмотри на звёзды,– произнёс Адэр на языке ветонов. – Преклони колено и дотянись до звезды.
Кангушар прижал одну руку к груди, преклонил колено и опустил другую руку на гранитную площадь. Вскинув голову, Адэр наблюдал, как друг за другом на колени встают защитники, члены ветонского Совета и рядовые горожане.
– Повинуюсь слову и взгляду! – крикнул Кангушар.
Над площадью пронёсся крик из тысяч глоток:
– Повинуюсь слову и взгляду!
Не успело утихнуть эхо, как вновь раздался голос Кангушара:
– Опусти глаза и посмотри на звёзды. Преклони колено и дотянись до звезды.
Адэр прижал руку к груди, встал на колено, опустил ладонь на гранитную плиту и ощутил, как из площади в сердце перетекает прохлада камней, а вместе с ней перетекает вера в свои силы. Волшебство…
– Плечо к плечу, спина к спине, – взмыл к небу голос Кангушара. – Да будет так всегда!
Адэр почувствовал, как к его макушке прижалась макушка герцога.
– Мы с вами до законного короля, – послышался шёпот.
Адэр встал в полный рост. Вслед за ним поднялись люди. Их хмурые взгляды были прикованы к Кангушару. Неужели ветоны не знали, что он принесёт клятву верности чужеземному правителю? Похоже, что не знали… Ещё одно подтверждение тому, что командир защитников обладает безграничной и непререкаемой властью.
Адэр обменялся с Кангушаром рукопожатием. Двинулся вдоль шеренги защитников, подошёл к Эшу и крепко стиснул широкую ладонь. Кивком ответил на поклоны членов Совета. Вернулся на лестницу и окинул взглядом толпу.
– Мой народ! – произнёс он на языке ветонов. – И не убоюсь повторить снова: мой народ! Ибо с этой минуты вы – мои братья и сёстры. Годы распада остались позади, мёртвый сезон закончился. Мы с вами стоим у начала великой дороги, которая приведёт нас к единству страны. Запомните этот день. Пройдёт время, и вы дадите ему имя. Этот день будет самым светлым праздником всех поколений. Стоя перед вами, клянусь не сворачивать с праведного пути. Клянусь вести народ и страну к процветанию и благополучию.
Адэр прижал ладонь к груди и склонил голову.
Он сидел на лестнице особняка и, жмурясь от солнца, наблюдал, как стражи грузят в багажники сумки, корзины с провизией, рюкзаки. Стоя в стороне, новый командир защитников и староста ветонского Совета давали последние наставления Эшу – Адэр в последнюю минуту пригласил его с собой в замок.
Из-за угла появился Крикс:
– Насчёт машины для стражей я договорился. Сейчас подъедет. Уверены, что не хотите взять моих ребят?
– Не хочу.
– Драго, карту! – крикнул Крикс и через пару секунд разложил карту на ступенях. Провёл пальцем по серому пятну резервации, пересёк границу и заскользил по тонкой линии. – Вот хорошая дорога. Проходит через земли общины тезов. Остановитесь на ночлег в Зурбуне. Этот город чем-то напоминает тезарские города. Потом всё время вдоль побережья. Селений больше не будет и дорога хуже, зато до замка рукой подать.
– Ты был в Зурбуне?
– Проезжал мимо. Я решил начать проверку с резервации, а потом вернуться к тезам.
– Через пять дней я созываю Совет. Успеешь?
– Приложу все силы.
Из дома напротив вышла Малика. Адэр подозвал её и отпустил Крикса.
Она села на прогретые солнцем ступени, потупила взор.
– Довольна?
– Да, мой правитель. Теперь вы не сможете отказаться от народа, который присягнул вам в верности.
– Неужели?
– Вы потеряете лицо, мой правитель.
– И ты решила, что теперь свободна от своих обещаний?
– А разве нет?
– Я тебя ещё не простил.
Малика поднялась:
– Мне уже не нужно ваше прощение. Мы квиты.
– Скажи, неужели этот народ… народ, который тебя ненавидит, тебе дороже твоей чести?
– Вы рисковали своей честью. О моей чести не стоит беспокоиться, – сказала она и направилась к вышедшему из дома Вилару.
***
Небо – все предыдущие дни яркое и чистое – на прощание затянулось тучами. На обочинах гладкой как шёлк дороги пестрил лес, и даже пасмурная погода не могла притушить его разноцветье. Вилару хотелось вдавить педаль газа в пол и понестись на максимальной скорости, но он сдерживал себя, поглядывая в зеркало заднего вида на машину непонятно какого года выпуска и непонятно какой модели. Где Крикс её откопал? И как в ней поместились пятеро стражей?
Малика сидела сзади, вжимаясь в дверцу. Бледная, осунувшаяся. Перед отъездом из города Вилару не удалось поговорить с ней. Где она была ночью? Однозначно не с Адэром, иначе на площадь они пришли бы вместе. Боится, что Адэр не простит её? Уже простил, раз спит, уложив голову ей на колени. Или она до сих пор переживает о ветонах? Зря! Правитель уехал из Лайдары победителем. Гражданская война теперь не в его интересах.
Автомобиль качнуло: на полу между креслами заворочался Парень. За последние дни он сильно вырос и перестал походить на щенка: холка до середины бедра взрослого человека, голова размером с тыкву, глаза то ярко-красные, то рубиновые как кровь. Одним словом – зверь.
Вилар покосился на Эша. Поигрывая желваками, отставной командир неотрывно смотрел на дорогу. Его можно понять – правитель не сказал ему, зачем он едет в
