В приемной замерли как на фото эльфы-гвардейцы, обезоруженная охрана, мальчишка-гном. Всех их сейчас размажет по стене…
— Взрыв!!! — выкрикнул господин Шарль.
Схватил мальчишку и, не заморачиваясь поисками выхода, в вихре стеклянных брызг вылетел в окно. Следом выбросились эльфы. За ними, вместе с рамой и охранниками под мышками, вылетел ревущий меховой ком яггая. Приземлился на мостовую…
БАБАХ!!!!
Из окон второго этажа ударила взрывная волна. Пламя, стекла, обломки, ошметки… Упругий удар горячего воздуха сбил с ног свежеспасенных. Димка рухнул на пискнувшего адъютанта, чувствуя, как по спине барабанят куски чего-то непонятного. Хотелось бы надеяться, что не министра…
Стихло, если не считать звона в ушах. Димка встал с земли, вернее, с придавленного гнома, как ни странно, живого. Рядом поднимались другие участники провалившегося ареста.
Особо пострадавших не было. Придавленный Димкой гном, уроненный на булыжники охранник, кусок стекла в плече одного из эльфов.
Вместо трех окон кабинета в стене второго этажа дымилась одна большая неровная дыра. С крыши дома с противоположной стороны улицы сыпалась труха и падали обломки. Скатился и с мерзким хряском упал на мостовую округлый предмет. Прихрамывающий господин Шарль подошел поближе и поднял его.
Адъютант, и без того белый как полотно, закатил глаза и упал в обморок. Даже Димке чуть не стало плохо.
Господин Шарль держал за окровавленные волосы оторванную голову военного министра.
— Настоящая… — задумчиво произнес он.
Господин Шарль взглянул на Димку:
— Мне кажется, я поторопился оживать…
Чтобы скрыть факт наличия двух живых начальников особого сыска, адъютанта и пришибленных охранников эльфы увезли в расположение своего полка. Господин Шарль вместе с задумчивым Димкой двинулся в карете туда, где находился некто неизвестный, который мог пролить свет на происшествие с министром.
«Надо было хватать министра на безопасной территории, — думал Димка, — Но они с господином Шарлем решили, что наличие яггая с двумя револьверами делает безопасной любую территорию. Кто ж знал, что министр активирует магическую бомбу? Интересно…»
— Что его думать лежать ящик? — спросил Димка у хозяина.
— Это просто, — очнулся от глубоких размышлений господин Шарль, — Судя по его заявлению о том, что король — ненастоящий… Что?
— Нет, — замотал головой Димка, вспомнивший незабвенного Ивана Васильевича.
— Так вот, судя по этому заявлению, а также по тому, что в сундуке сеньор Грегуар надеялся увидеть что-то, что докажет нам ненастоящесть короля и скорее всего, настоящесть претензий сеньора Грегуара на корону, можно сделать вывод, что там должен был оказаться скипетр Истинных Королей старой династии.
— Ваша вождь есть не вождь?
— Нынешний король вполне настоящий. Просто старая династия считала Истинными Королями только себя, соответственно скипетр, если он — не сказка и действительно существовал, показывал бы только принадлежность человека к старой династии, а вовсе не истинность его претензий на трон. Принадлежность же рода де Трррррр к старой династии и так всем известна.
Карета остановилась.
— Сейчас, — продолжил господин Шарль, — мы, как я надеюсь, поговорим с человеком, который был в курсе планов сеньора Грегуара и объяснит нам, в чем мы ошиблись.
Димка выглянул в окно. Карета стояла у особняка военного министра. Димка обернулся к господину Шарлю и поднял брови.
— Вы же не думали, — невозмутимо пояснил хозяин, — что сеньор Грегуар лично общался с теми, кто исполнял его замыслы: с убийцами, с поджигателями? Должен быть человек, которому он доверял, который исполнял роль посредника. Кто это мог быть кроме старого слуги?
Старик-дворецкий?
— Из вашего рассказа об убийстве сына министра, можно было понять, что дворецкий знал об убийстве и о попытке изобразить проникновение в дом. Ваш вопрос «Где человек делать это быть идти?» с трудом понял бы даже я. Тем не менее, дворецкий привел вас именно туда, куда было нужно. Он явно хотел, чтобы вы убедились в том, что убийца проник в дом снаружи. Значит, он знал настоящего убийцу и покрывал его. Значит, он достаточное доверенное лицо, чтобы служить планам своего хозяина. И значит, он мог знать, что затевал министр. Идите и приведите мне его.
— Моя??
— Мне нельзя. С личностью Хозяина мы ошиблись, поэтому мне пока стоит побыть мертвым.
Притащить дворецкого оказалось легко: Димка постучал в дверь, взмахнул значком перед носом обомлевшего невампира и затащил того в карету. Это для ареста дворянина требовалось соблюдение сложного ритуала, а для того, чтобы схватить простолюдина, достаточно было самого права на арест. И никаких обоснований. Сплошной произвол…
Дворецкий, и без того ошарашенный самим фактом ареста, так испугался увидев перед собой мертвого начальника сыска, что одного этого было бы достаточно, чтобы понять, что дворецкий в курсе покушений.
— Моя спрашивать твоя говорить, — прорычал в лицо дворецкому Димка и для пущего эффекта оскалил зубы.
Дворецкий икнул и попытался завалиться на бок.
— Твоя упасть моя откусить твоя нога, — предупредил Димка.
Дворецкий выровнялся и даже изобразил нечто вроде стойки «смирно». Только сидя.
— Ну что ж, — закинул ногу за ногу господин Шарль, — начнем отвечать на вопросы…
Через час — земной час, не местный — выпотрошенный, в переносном смысле, дворецкий был доставлен в тюрьму и сдан под личную ответственность начальника-саламандра. В результате экспресс-допроса с применением средств психологического давления — «Моя откусить твоя нога» — в общих чертах план ныне покойного военного министра был установлен.
Дворецкий, служивший еще отцу министра, действительно был доверенным лицом последнего в переговорах с людьми… Нет, не Хозяина.
Если изложить все происходившее в хронологической последовательности, события выглядели так.
К военному министру, известному своей горячей нелюбовью нынешней династии вообще и короля и королевы в частности, несколько месяцев назад пришли некие люди. Куда пришли и кто это был, дворецкий не знал, ибо в дальнейшем он общался только с посредниками: двумя мрачными мышанами.
На этих словах господин Шарль и Димка переглянулись. Что-то концентрация мышанов становилась слишком большой для простого совпадения…
Мышаны были представителями так называемого Друга, некоего неизвестного человека, считающего, как и министр, нынешнюю династию узурпаторами, и желающих видеть на троне истинного короля. То есть, министра. Сеньору Грегуару такая идея понравилась чрезвычайно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
