— Нет, — внезапно очнулся господин Шарль, — Больше кандидатов нет.
Димка привычно изобразил непонимание.
— Понимаете ли, господин Хыгр, традиции Этой страны не позволяют поставить на должность — любую должность — человека неподходящего. То есть…
Как объяснил господин Шарль, в Этой стране процветало нечто вроде старорусского местничества, правда, в слегка облегченном варианте. На любую должность можно было назначить человека по уровню и положению не выше и не ниже чем те, кто эту должность занимал ранее. Если, к примеру, раньше должность занимал герцог, то граф на эту должность уже откажется вставать, невместно. Если же, скажем, на должность, которую занимал граф, захотят поставить герцога, то в таком случае поднимается местный Совет дворянства и требует отменить решение. Даже король Советам вынужден подчиняться…
Вообще, местные организации дворянства — городские советы, советы провинции, Совет аристократии — крайне напоминали Димке времена КПСС. Да еще и красные флаги, цвета королевского рода, висят над всеми учреждениями…
Если же, не дай Богиня, на должность нет такой же кандидатуры — вот как сейчас например, на должность военного министра, все подходящие уже умерли — тогда Совет начинает долгие и нудные выяснения, кого из наличных кандидатов можно счесть достойным должности, перебираются заслуги, древность рода, богатство, все это сравнивается с прежним… Затянуться такое назначение на должность может и до месяца…
— Итак, — продолжал господин Шарль, — подходящими кандидатами на престол было только четыре человека. Все они уже мертвы, причем их смерть — вовсе не случайность. Кто-то, кого мы так и не вычислили, расчищает себе дорогу к трону, кто-то, оставшийся неизвестным, но имеющий определенные права на корону. Или…
Господину Шарлю явно пришла в голову какая-то идея.
— Или, — медленно проговорил он, — мы с самого начала неверно оценили ситуацию. У всего происходящего можно поискать другое объяснение…
Димке пришла в голову одна мысль…
— Моя думать ваша вождь делать это.
— Король?? — господин Шарль действительно был поражен полетом яггайской мысли, — Зачем ему это?
— Ваша вождь не хотеть быть другая человек его говорить что делать. Его делать это говорить другая человек делать это другая человек убивать все бояться ваша вождь делать что хотеть.
— Хммм, — господин Шарль задумался.
«Что тут думать? — мысленно горячился Димка, сохраняя на лице выражения «Горилла хочет банан», — Стандартное средневековое желание любого короля — перейти в абсолютизм, когда никакие верховные советы не указывают тебе, что делать, а для этого самое простое — запугать дворян, например, обвинением в подготовке переворота. Разогнать Совет аристократии или сделать из него чисто декоративный орган и вуаля! Ты король без всяких ограничений»
— Нет, — категорически отверг димкину версию подлый господин Шарль, — Будь у нас другой король — может быть. Но вы не знакомы с его величеством Вадимом достаточно близко. Подобная сложная интрига — не для него. Его величество слишком умен, чтобы не доверить ее исполнение другому человеку и слишком… неискушен в жизненных вопросах в силу молодости… чтобы провернуть все самому. Наш король по складу ума — воин, а не интриган. Его действия, даже приди ему в голову мысль о необходимости укрощения дворянства, были бы гораздо более прямолинейны…
Понятно… По этому описанию Димку понял как предпочитает действовать король. Шашки наголо и вперед, или грудь в крестах или голова в кустах, аля-улю, гони гусей… Разве что хитрый король сумел притвориться тупым воякой и заморочить голову даже господину Шарлю… Нет, маловероятно.
— Кроме того, — продолжил господин Шарль, — король слишком любит свою жену, чтобы марать ее имя в такой интриге. Молодой еще, влюбленный…
Господин Шарль внезапно замолчал и уставился в стенку кареты, разглядывая что-то, видимое только ему.
Димка подождал. Молчание затягивалось.
— Вождь? — робко обратился он.
— Да, — господин Шарль также внезапно очнулся, — я остановился на том, что мы неверно оценили ситуацию. Однако у нас пока слишком мало информации, чтобы делать выводы. Следовательно, господин Хыгр, что мы должны сделать?
— Искать человек которая знать говорить его «Хыррр!!!» его говорить нам наша думать.
— Добрый вы, господин Хыгр… Я ведь думал об огне и железе.
Толку-то. Все равно «языков» больше нет. И Мадлен и раненый Сапожник и тролль Серж и невампир-дворецкий — все это пешки, знающие только свою клетку. А военный министр — несомненный ферзь, наверняка знающий больше — неудачно открыл сундук… Кого пытать будем?
— Какая человек наша быть делать огонь?
— У нас еще остался один неопрощенный человек, несомненно знающий кое-что о готовящемся в столице.
— Какая?
— Я имею в виду убийцу мага земли, который работал у Франсуа. Господин Хыгр, по вашему удивлению я понимаю, что вы еще не вычислили его? Нехорошо, ведь я, будучи мертвым и то понял, кто виноват. Хотя, ведь вы не знаете одного обстоятельства…
— Какая? — Димка чувствовал себя обиженным, все-таки его самомнение после успешного раскрытия убийства сына военного министра приподнялось довольно-таки значительно.
— На бесшумном ружье я обнаружил только отпечатки пальцев тролля.
Димка обдумал свежую информацию, но это ему ничего не дало.
— Ну что же вы, господин Хыгр, это так просто…
И господин Шарль назвал убийцу. Димка взвыл и стукнул головой о стойку, помяв свой котелок. Черт побери, ведь действительно просто!
Через некоторое время карета с господином Шарлем стояла у дома сеньора Франсуа. Старый начальник особого сыска ожидал в карете, потому что мертвецы на улице вызывают нездоровое оживление, а новый начальник особого сыска ожидал в доме, потому что предполагаемый убийца еще не вернулся из похода по городу.
По дороге к особняку сеньора Франсуа Димка выспросил у господина Шарля, как здесь меряют время, а то до сих пор непонятно, какой размер у здешних часов и минут. Ожидаемое измерение оказалось не менее ненормальным, чем розовые церкви и дворянские горсоветы. В сутках было сорок часов, в часе — сорок минут, в минуте, соответственно — сорок секунд. В общем здешний час — примерно половина земного, а минуты и секунды примерно соответствуют.
Чтобы не торчать мохнатой статуей — а то еще опять за чучело примут — Димка прошел в мастерские. Все равно подозреваемый тоже придет сюда…
Новая игрушка сеньора Франсуа уже почти была готова. Димка, вместе с мастером Арманом осматривающий готовое изделие, был ошарашен колесами. Полностью такой протектор, какой он вырезал на модели несколько дней назад, вот только покрышка оказалась откована из стали. В первый момент шокированный Димка решил, что мастер Арман неправильно понял его объяснения и кошмарно ошибся. Хитрый гном усмехнулся, глядя на димкино лицо и ткнул пальцем в бок покрышки. Вот тут Димку и ошарашило второй раз. Кованая сталь проминалась под пальцем как тугая резина.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
