— Серёж, ты всё‑таки поосторожнее с высшим начальством, оно всегда мягко стелет, а потом жёстко спать, — Вера прижалась ко мне, обняв за шею. — Домой хочется, побыть вдвоём в тишине без посторонних.
— Скажи девчонкам, что отлучимся ненадолго, надеюсь, тут ничего страшного не произойдёт.
— Это самое защищенное место, мне так кажется, но до года детям покидать его нельзя — перестройка организма должна проходить постепенно.
— И кто это сказал?
— Тот, кто периодически вызывает нас на процедуры.
— Очень информативно, хотя неважно, главное — малышкам здесь хорошо. Ну, всё, иди, предупреди остальных.
Мы вернулись через пару часов, здесь уже наступил вечер и, вся честная компания, как всегда, расположилась в холле. Детвора увлечённо возилась с кубиками и пирамидками, не обращая внимания ни на кого. Хисто гонял по полу футуристического вида машинку, гудением изображая звук двигателя. Все женщины сидели за круглым столиком и потягивали разноцветные напитки.
— Пришли, гулёны? — улыбнулась Татьяна. — Надо как‑нибудь тоже вырваться ненадолго, квартиру проверить — там счетов наверно накопилось, целая пачка.
— Сходим на днях, — пообещал я. — Кхара, ты не против опять посетить корабль? Начальство попросило поискать техническую документацию по его устройству, если возможно, конечно.
— Не против, но я не знаю, есть ли там что‑то подобное.
— Обязательно должно быть — без инженерных служб ни один корабль не обходиться.
— Точно, у нас был старший механик и инженер по электронным системам, но на их отсеки пришёлся основной удар.
— Вот завтра и посмотрим, насколько нам повезёт.
Общий план эвакуации по палубам нашёлся в большом зале для экипажа, где обычно проводились разные мероприятия. Разрыв стены испортил схему, но что и где находится, можно было с трудом разобрать. Отсек старшего механика не сильно пострадал, однако обнаружить удалось только несколько модулей памяти, часть оборудования оказалась безнадёжно испорчена, а вот бокса главного электронщика не существовало, вместо него имелась огромная дыра. Улов оказался не очень велик — куча рисунков различных агрегатов с коротким описанием принципа работы. Впрочем, другого мы не ожидали — корабль не конструкторское бюро, где имеются подробные чертежи. Для приличия побродили по разным каютам, собирая всякую мелочёвку. За одной из дверей я обнаружил комнату с оружием, видимо та, в которой побывала Нарейса, и прихватил оттуда ствол — вроде как не пустыми уйдём. Моя мысль посетить Рахо и обратиться за содействием к директору Гатта, Кхара выслушала с большим сомнением в глазах:
— Даже и не знаю, сможет ли он помочь. Наш центр занимается исследованиями космоса, а не разработкой технических средств для его изучения.
— Но ведь у него могут быть хорошие знакомые в нужных отраслях?
— Вполне возможно, — она пожала плечами.
— Тогда нужно с ним поговорить, не убьют же за это, а мы, в свою очередь, тоже чем‑нибудь поделимся.
Место нашей первой высадки оказалось занято интересным вагончиком со всяким торчащими штуками непонятного назначения. Два парня, явно отлынивая от работы, забавлялись с трёхмерным планшетом сидя прямо на траве. Я немного сместил точку прохода и мы вышли за деревьями, откуда хорошо просматривалась поляна. Внезапно в той стороне поднялась кутерьма, парочка ломанулась в дверь и тут же выскочила обратно с устройствами в руках, напоминающими большие пистолеты с раструбами на концах стволов. Они покрутились на месте и целенаправленно пошли в нашу сторону. Я деактивировал проход и, подхватив Кхару под руку, бегом потащил к ближайшей скамейке. Только мы примостились, изображая отдыхающих, как эти двое выскочили к нам.
— Господа военные, вы ничего здесь странного не замечали? — спросил один из них, худощавого телосложения, даже скорее субтильного.
— Нет, а что тут произошло? — заинтересовалась Кхара.
— Мы проводим научные исследования, — важно заметил второй, такой же тощий, как его напарник.
— Нашли чего‑нибудь? — вставил я свой вопрос.
— Конечно — трансгулярное перекрёстное излучение третьего порядка, — первый снисходительно усмехнулся, глядя на непонимающее лицо 'тупого солдафона', то есть моё. — Думаю в войсках такое не преподают.
— Ты чего, сопляк, издеваешься что ли? — я поднялся во весь не малый рост, по сравнению с местными.
— Сергис, не пугай детей, — Кхара взяла меня за руку, глядя на побледневшие лица 'умников'. — Вы случайно не из ЦПИ?
— Да, да, — закивали они болванчиками.
— Директора Гатта знаете?
— Конечно. Это он нас сюда направил, — первый сделал осторожный шаг назад.
— Давай, сообщай ему, что мы приехали, — грозно рыкнул второму.
— Мы, это кто? — тот тоже стал потихоньку отодвигаться от скамейки.
— Передайте директору — Кхара Китто и напарник ждут его на старом месте.
— Хорошо, мы сейчас из лаборатории свяжемся, — парочка галопом ускакала в свой вагончик.
— Сергис, ну зачем вы так с ними? — улыбнулась она.
— Я похож на здоровенного вояку, не обременённого мыслительными процессами?
— Очень даже.
— Так зачем портить людям впечатление проблесками эрудированности?
Директор Гатта долго себя ждать не заставил, его фигура показалась на парковой дорожке минут через двадцать, прервав нашу неспешную беседу.
— Добрый день, Кхара, — он немного запыхался от быстрой ходьбы. — Передайте вашему другу, что я очень рад его видеть.
— Мы тоже, — ответил я по — рахейски. — Присаживайтесь, господин директор, в ногах правды нет.
— Постойте, вы же не говорили на нашем языке?
— Есть способы быстрого обучения.
— Невероятно, — Гатта удивлённо осмотрел нас обоих. — Никогда не слышал о подобных методиках. И вы можете выучить абсолютно всё?
— Да, но только теорию.
— Просто замечательно, — он всплеснул руками. — Надеюсь, вы поделитесь со мной информацией о таком чуде?
— Конечно, уважаемый директор, но и я, в свою очередь, рассчитываю на взаимную выгоду.
— Обязательно…простите, забыл ваше имя…да, Сергис. Всё, что в моих силах и, если вы не против, проедем ко мне в центр. Мне кажется, там будет удобнее вести разговор.
— Почему бы и нет? — я поднялся со скамьи. — Вы будете отзывать своих молодых сотрудников в связи с нашим появлением?
— Зачем? Пусть пока тут посидят и узнают, что исследования — большей частью скучная рутина.
Мы с Кхарой переглянулись, скрывая улыбки — уже видели, как молодёжь 'мучается' от этой рутины. До четырёхэтажного здания ЦПИ добрались довольно быстро — мобиль директора ехал мягко и практически бесшумно, можно сказать плыл над чёрным полотном дороги. Из объяснений Гатта по поводу средства передвижения, я понял только одно — нас подвезли на электромобиле. Охранник на входе, глядя на нашу форму, поднял правую руку на уровень плеча и прижал кулак к груди. Я повторил его жест и подумал, что не помешало бы знать местные воинские приветствия и знаки различия, на всякий случай, а то всякое может быть. Директор усадил нас в мягкие кресла у низкого столика, вызвал секретаршу и попросил принести три чашечки тахо с зухрой. Напиток напоминал сладкий чай с несколько необычным терпким вкусом. Гатта отпил пару глотков и с интересом посмотрел на меня:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
