часть была поражена эпидемией полностью, но по данным воздушной разведки, около торов в радиусе ста километров бешеных наблюдалось малое количество. Было решено двинуть несколько колонн через джунгли, срезав таким образом большое расстояние. Но военные, проходя через непролазные чащи, завязли в стычках с бешеными, которые двигались следом за колоннами. Продвигались медленно, теряя технику и людей. В общем все, кто пошёл через джунгли, погибли. Остальные, применяя кое-где мощные топливные бомбы, довольно быстро продвигались к целям. Результат от применения бомб был ошеломительный. Но их в наличии было мало да и те экспортные, потому что во всём мире таких бомб сделали немного, их применение не носило массовый характер. Бомбы использовали только в труднопроходимых районах, где применение обычного вооружения и дротиков с Беллерофонтом было затруднительно. Старались не вступать в контакт с большими скоплениями и если была возможность, то обходили стороной. Через пару недель войска достигли торов, каждая группировка в разное время, и начали разворачивать боевой строй. Так же к ним были переброшены вертолётные группы. Торы за это время сплющились ещё сильнее.
★ ★ ★
В кабинет Дроздова вошёл Виктор. — Дядь Дима, вас вызывают в диспетчерскую.
Дмитрий Сергеевич оделся и выйдя на улицу проследовал в диспетчерскую вышку. По пути он посмотрел на тускло мерцающий круг, висящий в небе недалеко от станции. Профессор подошёл к двери и открыв её прошёл в тамбур, закрывая её он опять бросил взгляд на тор. Дроздову показалось, что круг как будто изменил размер, стал меньше. Профессор мотнул головой, как бы сбрасывая морок и пройдя тамбур поднялся в наблюдательный пункт.
— Евгений, что случилось? — спросил он у наблюдателя подходя к длинному столу уставленному приборами и мониторами.
— Тор уменьшился в два раза, — ответил наблюдатель.
— Как? — удивился профессор. — Вон он виден через окно и размер вроде тот же. Хотя… — Дроздов на секунду задумался. — Мне тоже так показалось, когда шёл сюда. Но не в два же раза, может чуть-чуть.
— Я не так выразился, не то имел в виду — сказал Евгений, поворачивая один из мониторов. — Смотрите.
На экране действительно светился тор и вокруг него были видны красные точки меток, выставленных исследователями и они находились на кратном расстоянии от краёв тора.
— Видите эти метки, — указал на точки Женя. — Мы их поставили в самом начале наблюдений, по краю тора. Судя по записи круг сжался почти на половину.
— Но ведь визуально этого не видно. Да, свечение снизилось незначительно, такое и раньше было. Потом тор опять набирал мощность, как бы пульсировал. Сейчас может и уменьшился. Если не приглядываться, то совсем незаметно.
— Я опять не так сформулировал мысль. Вероятно, здесь имеет место временная аномалия.
— В смысле?
— Сейчас я вам показал запись трёхдневной давности. Через три дня это случится с нашим тором.
— Как такое возможно⁈ — воскликнул профессор. — Как можно записать то, что скоро произойдёт? Вы проверяли приборы?
— Конечно, все они работают в штатном режиме. Так же следили через мониторы и визуально конечно. Да и все обитатели станции прекрасно видели, что тор практически не менялся. Но приборы писали наблюдения не с экранов, а непосредственно с натуры и необъяснимым образом записали то, что я сейчас вам показывал и ещё покажу.
Наблюдатель переключился на более ранние наблюдения. На мониторе появилась яркая точка.
— Это запись недельной давности. Здесь объект на экране величиной с футбольный мяч. А вот крайняя запись или вернее первая.
Монитор показал звёздное небо. Тор исчез.
— Как вам удалось это всё не заметить сразу? — удивился профессор.
— Не нам. Записи отправлялись автоматически на сервер станции и там не проверялись. Так как шло прямое наблюдение объекта, мы посчитали излишней тратой времени копаться в недрах памяти сервера и в оговоренное время с него отправили файлы нашему руководителю в Ледовск, предварительно не просмотрев материал. Специальной программой всё автоматически было разложено по папкам датировки. Скрипка ответил, что у нас в записях кавардак и приказал навести порядок. Вот тут мы и столкнулись с непонятным явлением. Перепроверяли сотню раз и записи и программу, ошибок быть не может. Да и откуда им взяться, когда на записях запечатлены совершенно другие события, которые визуально не наблюдались.
— Получается, вы записали будущее в прошлом?
— Получается, что так, — кивнул наблюдатель. — И мы смогли высчитать, как тор будет уменьшаться.
— И что у вас получилось?
— Судя по визуальной динамике, тор исчезнет через десять дней. Как раз наша планета почти приблизится на наименьшее расстояние к нашей звезде.
— Это как-то связано с другими торами?
— Напрямую. Сейчас торы сплюснулись наполовину. Через десять дней они станут абсолютно плоскими и что произойдёт дальше, можно только догадываться.
У профессора пиликнула рация. — Слушаю.
— Дядь Дим, вас вызывает штаб карантина, — послышался голос Виктора из динамика.
— Переведи связь на башню. Слушаю.
— Здравствуйте, — раздался голос Шпагина из динамика гаджета.
— Здравствуйте Геннадий Юрьевич, — ответил профессор.
— Очень важное и срочное дело. С нами связывался Скрипка. Он рассказал о сложившейся ситуации касаемо записи аномального поведения тора. Вашему центру он настоятельно рекомендовал срочно покинуть базу и вылететь в ближайший город, где есть подходящий аэродром. Вы летите в Ледовск.
— В Ледовск? — удивлённо переспросил профессор.
— Пока туда. Временно останется только обслуживающий персонал из числа военных.
— А как же производство и разработки нового Беллерофонта?
— Производство законсервируйте. Подопытных закройте. Всю документацию, ценное оборудование, образцы вакцины Беллерофонт-два и сырьё в виде холодца заберите с собой. Начинайте собираться.
— Но послушайте… — попробовал возразить Дроздов.
— Ни каких возражений не принимается, — оборвал его Шпагин. — Выполняйте предписание.
— Подождите, вы представляете, сколько человек и кроме них крайне ценного оборудования нужно будет вывезти! — воскликнул Дмитрий Сергеевич.
— Представляю, — ответил Шпагин. — Принять вас мы не можем, развернуть новое производство решено в другом месте. Давайте сделаем так, гражданских и часть из числа военных срочной службы вы отправите к нам, а сами полетите в Ледовск. Скрипка уже предупреждён и мы к вам туда вышлем самолёт с генераторами, специальными печками и дополнительным топливом для них.
— Топливом? — удивился Дроздов.
— Да, — ответил Шпагин. — Специальные многослойные брикеты. Одного брикета для печки хватает на сутки. Печь в состоянии обеспечить теплом комнату
