— Я хочу, чтобы ты занялся королем во время церемонии, едва Астер придет в себя. По одному человеку на каждого из королевской свиты, а ты лично займешься Дохором. Я хочу, чтобы все они были мертвы.
Убийца кивнул, а затем растворился во мраке Дома.
Казалось, что осень на Большой Земле уже наступила. Идо, созерцая ночную мглу, закутался в покрывало.
Кромешная тьма. Если бы они зажгли огонь, то не смогли бы укрыть драконов. Без сомнения, здесь некому было нести караул, но нельзя ничего знать наверняка.
Оарф спал глубоким сном, он был совершенно измотан. Голубой дракон сильно сдал, но Идо полагал, что он еще сможет дотянуть до Земли Ночи. При других обстоятельствах гном постыдился бы этих жалких мыслей, ведь для Всадника Дракона не было ничего более святого, чем его собственный дракон. Но теперь не время давать волю чувствам.
Полет в таких условиях оказался тяжелым испытанием. От недостатка кислорода и огромной скорости перехватывало дыхание, мышцы ног окоченели от холода и неподвижного положения.
«Будем ли мы в состоянии сражаться, когда прилетим?»
Идо отогнал от себя пугающую мысль. Если нужно, он, истекая кровью, станет бороться до последнего вздоха. Пришла пора платить по счетам, восстанавливая справедливость. После стольких лет погони друг за другом он наконец встретится лицом к лицу с Дохором. Ясно одно, что в этой схватке Идо не сможет взять его живым.
— Не спишь?
Гном покачал головой. Фигура Сеннара возникла из темноты.
— Нет, но, как мне кажется, и тебе не спится, — заулыбался Идо.
— Я уже давно лишен покоя. У меня нет даже права на сон.
Маг уселся рядом с гномом, держа в руках какой-то предмет, завернутый в сукно.
Идо выпрямил спину, опершись руками о землю.
— Я сожалею, — сказал он, оправдываясь. — Я был не способен найти общий язык с твоим внуком и теперь сознаю, что, если бы не моя оплошность, сейчас мы не оказались бы в такой ситуации.
— Я бы не смог сделать это лучше, Идо, — с горечью произнес Сеннар, глядя в пространство перед собой и поглаживая рукой сверток.
— Как знать.
— Он похож на Ниал, — добавил старый маг. — Я прочел это в его глазах, во время нашего разговора. Та же неистребимая жажда к действию и самопожертвованию, даже в своей печали они схожи. Удивительно, как жизнь дает виток и возвращается на круги своя, ты не находишь?
— Да уж. А я и с ним допустил промах, — ответил гном, погружаясь в воспоминания.
Сеннар положил руку ему на плечо:
— Но ты ведь знаешь, что это не так.
Идо снова увидел ее во мраке ночи: худенькая и измученная девушка с заостренными ушами и голубыми вьющимися волосами. В ее лиловых глазах сосредоточилась боль всего мира. Он отдал бы все, что угодно, только бы увидеть ее снова.
— Мы часто говорили о тебе. Она всякий раз бывала вне себя от радости, когда получала твои письма, потом закрывалась в комнате и писала тебе ответ. Ниал не хотела, чтобы в этот момент я даже приближался к ней. Это были ваши взаимоотношения. Знаешь, а я почти ревновал! — Сеннар нежно улыбнулся. — Во время своего путешествия я нашел вот это. — Маг протянул сверток другу.
Гном посмотрел на него, и сердце тревожно забилось у него в груди: ошибиться было невозможно. Идо, взяв сверток в руки, нащупал острие лезвия и форму рукояти. Он обратил к магу вопросительный взгляд, но тот застыл в безмолвном ожидании. Тогда Идо осторожно приподнял край материи. Чернота клинка отразила свет, едва не ослепив гнома. Это был меч Ниал.
— Он — твой, — сказал Сеннар.
От сердца Идо отлегло, и все же у него возникло ощущение совершаемого им ужасного святотатства. Гном отодвинул от себя оружие.
— Не могу. Я и так уже присвоил себе ее дракона.
— Ты должен взять его, — ответил маг, качая головой. — История Ниал — это прерванный рассказ. Ты должен довести дело до конца.
Непрошеная слеза медленно стекала по щеке Идо.
— Я беру его только в долг, — наконец решительно произнес гном. Он должен был отомстить за Ниал, за Тарика и прежде всего за Сана.
— Не думаю, друг мой, что после завершения этой истории мы еще когда-нибудь встретимся, — с улыбкой заметил Сеннар.
Идо посмотрел ему прямо в глаза и прочел в них бесконечную усталость. Наверное, старый маг был прав, но теперь он рассчитывал на то, что перед последним решительным сражением они снова объединятся. Круг замыкался — вот она, последняя радость в жизни, которую ему дано испытать, прежде чем он повесит оружие на гвоздь. Он готов.
Гном взял в руки меч и засунул его за пояс, рядом со своим оружием.
— Может быть, — сказал он, кладя руку на плечо Сеннара. — По крайней мере, вместе мы насладимся последним актом драмы.
Начало полета было ужасным. На спине у Оарфа ей не хватало воздуха. Раны болели, кровь стучала в висках. Однако некоторое время спустя Дубэ стала понемногу привыкать. Лонерин сдержал слово: он упорно лечил девушку, пользуясь любой свободной минутой. И она почти полностью поправилась.
Во время второй остановки юноша дал ей магический отвар.
— Вот то, что тебе нужно, — сказал он, дрожащей рукой протягивая ей склянку. — Когда мы прибудем на место и зверь снова даст о себе знать — прими целиком вот это снадобье.
Дубэ внимательно посмотрела на склянку, потом подняла глаза и встретилась взглядом с Лонерином, печально взиравшим на нее.
— У тебя еще есть время. Я вместе с Сеннаром проникну в Дом и остановлю ритуал. Леарко будет спасен.
Дубэ улыбалась с покорным видом.
— Ты знаешь, что это не так, — ответила девушка, убирая склянку в дорожную сумку. — Но все равно спасибо, — добавила она слабым голосом.
И снова остановка. Они уже достигли Земли Ночи и теперь находились в двух днях пути от цели своего путешествия. Там, в Доме Гильдии, будет выполнено ее предназначение. Дубэ ощущала присутствие зверя постоянным давлением в груди, ее чувства обострились, она словно слышала внутри себя звериный рев. Дубэ испытывала животный страх.
Девушка знала, что Леарко будет очень страдать из-за ее выбора, но в конце концов сможет ее понять. С годами уйдет боль, и в один прекрасный день принца покинет последнее воспоминание о ней, точно так же, как когда-то она освободилась от тоски по Учителю. Жизнь начнется заново, у него появится своя семья…
Дубэ вынула снадобье из сумки и повертела его в руках.
Если бы сейчас здесь была Теана, она наверняка успокоила бы ее, рассказав что-нибудь о своем милосердном боге.
Дубэ поняла, что очень расстроена тем, что не смогла попросить у нее прощения. Она отвела взгляд от склянки и посмотрела впереди себя. Наступила очередь Идо охранять их покой. Сидя поодаль с мечом Ниал в руках, гном пристально всматривался в ночную мглу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
