Его взгляд наткнулся на Какаши... Увиденное ему не понравилось.
– Какаши, что с тобой? – обеспокоенно начал Сарутоби. – Тебе плохо?
Руки Копирующего ниндзя заметно подрагивали. Видимая часть лица была белее мела, а с виска стекала одинокая капелька пота. Сам шиноби, скукожившись, старался казаться меньше, чем он есть на самом деле.
– Эй, что случилось? – продолжал допытываться Асума. – Может, тебя в госпиталь провести?
Уже все присутствующие наблюдали за состоянием Какаши, даже Шикаку проснулся и с ленивым интересом уставился на джонина.
– Я... Я... В п-по-рядке, – поведал он.
Дыхание Какаши участилось, а тело стал бить озноб, когда на него обратил внимание лысый.
– Да нифига ты не в порядке, белобрысый, – заявил Сайтама, лопая небольшой шарик и продолжая жевать резинку. – Давай я тебя в больничку доставлю, а то тут так скучно...
– Н-нет, н-не надо! – поспешно замотал головой Какаши.
– Точно? – переспросил лысый. – Смотри, я мигом, и пикнуть не успеешь.
– Не, я л-лу-чше сам, – Хатаке, нервно сглотнув, резко вскочил и направился к двери, но дрожащие ноги его не удержали, и тело шиноби подхватила вовремя подоспевшая Юхи.
Асума поднялся с места и подошел к джонину. Он осмотрел его глаз с расширенным зрачком на всю радужку, ощупал пульс.
– Да у него пульс зашкаливает, – произнес Асума, качая головой. – Видимо, яд отсроченного действия. Мы доставим его в госпиталь и вернемся, – бросил Сарутоби остальным. После чего Асума и Куренай быстро унесли Копирующего ниндзя, выпрыгнув прямо через открытое окно.
– Блин, – протянул Сайтама. – А я уж думал, спасу невинного, доставив в больницу.
– У тебя еще будет возможность, – сообщила Митараши.
В помещении то и дело шептались о странном происшествии с Какаши. Строили различные предположения по поводу того, где и когда Хатаке смог отравиться. Спрашивали мнения Шикаку, как самого умного из присутствующих. На что он хмыкнул, окинув мимолетным взором Сайтаму, после чего вновь решил прикорнуть, не обращая внимание на поднимающийся спор...
Солнце помаленьку скрывалось за горизонтом. И оранжевое марево сменилось розоватой полоской на небе. Такие же краски виднелись и в зале для совещаний. В помещение зашел Хокаге. Все разговоры стихли.
Хирузен прошел к самому крупному креслу. Он сел во главе стола, строгим взглядом окидывая присутствующих.
– Где Какаши и Асума? – спросил Третий.
Ему тут же вразнобой начали отвечать, что Какаши то ли отравлен, то ли отравился чем-то, а Асума с Куренай бросились доставлять шиноби в госпиталь Конохи.
Хокаге, слегка изогнув бровь, на это лишь покивал. Старик поднял руку – люди замолкли. Он достал трубку и закурил, глава Инузук на это едва заметно поморщилась.
– Многие из вас наверняка гадают, зачем я собрал вас здесь, – начал Хирузен. – Ведь до запланированного заседания еще две недели. Тем не менее к нам поступила важная информация, которую следует хорошенько обмозговать.
Он взял паузу, после чего принялся рассказывать то, что удалось узнать благодаря действиям Какаши.
А именно, Хокаге поведал об организации Акацуки, их предположительных целях, примерном составе, а также местонахождении. Собственно, это все то, что смогли выведать Яманака из головы без устали матерящегося наёмника. Были ещё личные мысли Сандайме по поводу террористов, каким образом они собираются захватывать власть. Также Хирузен принялся зачитывать информацию из письменного отчета Анко, которая подробно расписала то, что ей удалось узнать у команды Гая и у Сайтамы, когда тот дрался с четверкой наёмников.
Когда выкладка основной информации закончилась, правитель Конохи выжидающе уставился на подчиненных.
– Есть идеи?
Шикаку с хрустом потянулся и, согнав сонливость, взял слово:
– Хокаге-сама. Новости, безусловно, важные, вот только неясно, что с ними делать в данный момент.
Хокаге, выпустив кольцо дыма, прищурился:
– Поясни.
– Все просто, – почесал бородку Нара. – Напомню, что у нас через шесть дней начнется Экзамен на Чунина. Следовательно, в течение ближайших недель нам будет не до террористической организации, основная база которой расположена в Амегакуре. И, по моему скромному мнению, вся военная мощь в этот период должна быть сосредоточена именно в Деревне.
– Ты предполагаешь, что гости могут устроить нам сюрприз? – поинтересовался Хирузен.
– Я считаю, что Конохе во время проведения экзамена следует быть готовым ко всему. Война давно окончилась, однако...
«Чпок», – Шикаку был вынужден прерваться.
Все обернулись на звонкий звук. Это оказался Сайтама, который лопнул шарик жевательной резинки. Парня разморило, и, чтобы не заснуть, он старался чем-то себя занять. В данный момент он раскачивался на стуле в такт мерному тиканию настенных часов, что висели между портретами. Периодически он надувал шарики из жвачки, которые тотчас же лопались.
– Продолжай, – потребовал Хокаге от аналитика.
– Хм... В общем, как я уже говорил, группа высокоранговых нукенинов с неясными целями — это, конечно, плохо, но в данный момент у нас есть задачи и поважнее. А именно – успешно провести Чунин Шике...
Нара снова вынужден был прерваться, ибо в зал через окно прыгнул Асума. Пройдя на свое место, Сарутоби-младший сообщил:
– Какаши в госпитале. Сейчас с ним осталась Куренай. На всякий случай. Его состояние стабилизировалось само собой. Также в данный момент его обследуют ирьенины, но следов каких-либо ядов по предварительной диагностике не выявлено.
– Хорошо, садись, – кивнул Хирузен. – Шикаку?
«Чпок», – вновь раздался звонкий звук лопнувшего шарика, но так как Хокаге не заострял на подобном внимания, то и остальные решили последовать его примеру, стараясь игнорировать эксцентричного лысого шиноби.
Глава клана Нара прочистил горло, затем продолжил:
– Так вот, как мы знаем, один из наёмников убит Какаши. Второй же находится у нас в отделе дознания. Итого – осталось шестеро. Даже если информация в голове жреца Джашина неполная, пусть их будет даже восемь. В любом случае...
«Чпок»
Присутствующие обернулись посмотреть на лысого. Тот раздул слишком большой шарик, который закономерно лопнул. Теперь жвачка была на всем лице Сайтамы, и он судорожно пытался ее отлепить, но, не удержав равновесие на качающемся стуле, парень упал назад.
Анко, наблюдавшая за всем этим, шлепнула себя по лицу.
