Дейкина. К этому времени верхушки яблонь уже четко вырисовывались на фоне неба в восточной его стороне, показались серые тени стоящих в ряд машин. Закипал кофе в ведерках, а из котлов с бобами несся острый и аппетитный запах. Повара черпали половниками бобы в котлах, накладывая их в любую протянутую им посуду – котелки и банки, жестянки и металлические миски. Многие, усевшись на землю, перочинными ножами вырезали себе лопаточку для еды. Кофе был черный и горький, но людей он согревал, и, поначалу молчаливые, неловко ежившиеся, они стали переговариваться, смеяться и весело приветствовать друг друга. Небо над деревьями стало совсем светлым, земля же окрасилась в сине-зеленые тона. Высоко в небе тремя стаями летели дикие гуси.
Между тем Дейкин, а с ним и Берке с Лондоном стояли перед входом в палатку. Напротив Дейкина сгрудились в ожидании командиры воинских отрядов. Мак и Джим затесались в их толпу, стоя вместе с остальными, потому что Мак заранее предупредил Джима: «Надо некоторое время не торопить события, и действовать с оглядкой. Мы же не хотим, чтоб у парней возникло желание вышвырнуть нас из лагеря».
Дейкин был в короткой бумажной куртке и твидовом кепи. Его блеклые глаза стреляли взглядами во все стороны, изучая толпу. Он сказал:
– Объясняю вам, ребята, как обстоит дело, а вы, если захотите, можете отказаться участвовать. Не хочу, чтобы шли те, кто делает это против воли. Прибывает целый поезд скэбов. Мы собираемся выступить в город и попробовать их остановить. Начнем переговоры с некоторыми, но может случиться так, что придется драться. Как вам такая перспектива?
Поднялся одобрительный шум.
– Ну, тогда хорошо. Выступаем. Руководите людьми. Пусть ведут себя тихо и идут по краю дороги. – Он растянул губы в холодной улыбке. – Если кое-кому придет на ум насовать в карманы камней, особого вреда в этом я не вижу.
Люди рассмеялись, оценив шутку.
– Ладно. Если вы меня поняли, поговорите с вашими людьми. Все возражения я хочу знать наперед. Около ста человек я оставлю в лагере в качестве охраны. А теперь идите завтракать.
Люди разошлись и направились к печкам. Мак и Джим приблизились к лидерам. Лондон высказывал сомнения:
– Я бы не очень рассчитывал на хорошую драку. Для этого парни выглядят не слишком-то злыми.
– Рано еще, – успокоил его Мак. – Кофе даже не успели выпить. Поедят – будут выглядеть иначе.
– Вы с нами идете? – строго спросил Дейкин.
– Понятное дело, – ответил Мак. – Послушай, Дейкин, имеются люди, которые нам еду и припасы доставляют. Устрой так, чтоб за ними машины были посланы, когда надо будет все привезти.
– Ладно. Это к вечеру понадобится. Бобы съедены будут. Чертовски трудно такую ораву прокормить.
– По мне, так драку надо начинать, как только скэбы с поезда спрыгнут, – сказал Берке. – Хорошо их тепленькими на испуг взять.
– Нет, сначала лучше поговорить, – возразил Мак. – Я собственными глазами видел, как добрая половина скэбов из такого вот поезда переходила на сторону забастовщиков, если с ними правильно разговаривали. А если наброситься на них и напугать, они только озвереют.
Пока Мак говорил, Дейкин глядел на него с некоторым подозрением.
– Ладно, – решил он. – Пора двигать. Мне надо еще отобрать парней, которые останутся. Док и его ребята приберут в лагере. Я поведу свой грузовик, Лондон и Берке могут ехать со мной. Да оставьте вы эти старые банки там, где они есть!
Солнце уже всходило, когда длинная ровная людская колонна потянулась из лагеря. Командиры отрядов выравнивали колонну, приказывая держаться обочины. Джим услышал, как кто-то распорядился: «Не возитесь с этими комками. Подождите, когда к железке выйдем. Там камни хорошие, гранитные будут».
Послышалось пение – фальшивое, нестройное – хор не привычных к пению людей. Во главе колонны катил зеленый грузовичок «шевроле» Дейкина, лениво, на малой скорости. За ним тянулся народ, а оставшиеся в лагере женщины кричали им вслед прощальные слова.
Едва колонна вышла, как полицейские на мотоциклах тоже двинулись параллельно идущим. Когда толпа прошла так с полмили, к голове колонны метнулась и преградила ей путь большая открытая, набитая людьми машина. Все люди в ней держали в руках ружья и имели бляхи помощников шерифа. Водитель машины вспрыгнул на сиденье.
– От вас требуется соблюдение порядка, не забывайте об этом! – крикнул он. – Вы можете двигаться, пока не перекрываете дорогу, не мешаете движению транспорта и никому не мешаете. Понятно? – Он сел на место и повел машину впереди машины Дейкина, таким образом возглавив шествие.
Джим и Мак шли шагах в пятидесяти от грузовика. Мак сказал:
– Они выслали к нам почетный эскорт. Ну разве же это не верх любезности? – Люди вокруг захихикали. Мак продолжал: – Иными словами, они предупреждают, что право на забастовку мы имеем, а на пикет – ни в коем случае. – На этот раз смеха уже не было. Раздалось ворчание, но почти беззлобное. Мак бросил на Джима тревожный взгляд.
– Не нравится мне это, – тихо проговорил он. – Вся эта шайка бродяг не настроена на драку. Хорошо бы вскорости произошло что-нибудь, способное их по-настоящему разозлить. Если же нет, все выдохнется и сойдет на нет.
Нестройная толпа вступила в город и двигалась по тротуарам. Мужчины как-то притихли, многие из них выглядели сконфуженными. Горожане глазели на них через оконные стекла, а дети, застыв в палисадниках, таращились на шествие, пока родители не утаскивали их в дом и не захлопывали за ними двери. На улицах было мало прохожих. Полицейские на мотоциклах ехали так медленно, что вынуждены были время от времени касаться ногами земли, чтобы удержать равновесие. Предводительствуемая машиной шерифа процессия, пройдя окраинами, вышла наконец к сортировочной. Люди встали возле полосы отчуждения, по краю которой выстроилась охрана – двадцать человек с автоматами и слезоточивым газом.
Дейкин подрулил к железнодорожному полотну. Люди молча рассредоточились, заняли позицию напротив отряда полицейских. Дейкин и Лондон сновали вдоль плотных рядов забастовщиков, отдавая распоряжения. Людей призывали по возможности избегать столкновения с полицией. Сначала убеждение и только потом – прямое действие.
Справа в два ряда стояли вагоны-рефрижераторы. Джим потихоньку сказал Маку:
– Они могут остановить товарняк, не дав ему доехать до станции, и там высадить людей. В таком случае мы потеряем возможность поговорить с ними.
Мак покачал головой:
– Позднее, может быть, они и помешают нам это сделать. А сейчас – нет. Думаю, они хотят продемонстрировать нам свою силу. Рассчитывают напугать нас. Хорошо бы уж пришел состав. Такому народу, как наши парни, ожидание только во вред. Если ждать слишком долго, они могут вконец испугаться.
Некоторые
