так-то… Ладно, хватит рассиживаться, пошли.
Запихивая пледы в котомку, Кемурт во все глаза смотрел на горы: до чего здесь красиво, только теперь ощутил холодок восторга, раньше было не до того.
Дирвен шагал весь день, изредка делая короткие передышки. Ясно, что за служителями Акетиса Нетопырь гоняться не станет, зато может увязаться за ним. Надо поскорее уйти как можно дальше от разоренной кладовки.
Котомка, набитая галетами и увесистыми кошельками, с «Тяглом» легче перышка. И «Сторожей здоровья» целая связка. Но после череды «Прыжков хамелеона» силы еще не восстановились, и сейчас Дирвен был не в состоянии мчаться сломя голову. Еле плелся. Хотя благодаря «Пятокрылам» для стороннего наблюдателя он двигался со скоростью бегущего человека. На всякий случай задействовал «Круговерть», однако за весь день ему не попалось ни жилья, ни пастухов со скотиной.
Когда начало смеркаться, остановился на ночлег. Костер разжигать не стал, активировал «Теплотвор». Поблизости ошивался кто-то из народца, но если какая тварь сунется к повелителю амулетов – ей же хуже.
Среди торчавших выше по склону камней что-то шевельнулось. Человек?.. Женщина?..
Она плывущей походкой двинулась к Дирвену. Черные волосы ниспадают буйной гривой, платье грязное и рваное, зато кожа как топленое молоко. Глаза озорно блестят, на лице улыбка.
При этом обеими руками придерживает юбку, чтобы в прорехах не мелькнуло ничего лишнего. Зря старается – он уже понял, что перед ним горная дева. А с горной девой хоть у кого получится… Даже если ты по этой части бессилен из-за телесной немощи или сволочного колдовства.
– Стой! – потребовал Дирвен. – Тебя не Арнахти подослал?
– Никто не прислал! – она хихикнула. – Захотела и пришла!
Ответила по-овдейски, для народца любой язык как родной. И врать ее племя не умеет.
– Тогда иди сюда! – позвал он охрипшим от желания голосом, вмиг позабыв об усталости.
Сорокопут, Костоправ и Спица устроились на горном склоне, неподалеку от журчащего в потемках ручья. С виду то ли трое мирных горцев, заночевавших вдали от дома, то ли шайка разбойников на привале. Один жилистый, чернявый, с хрящеватым носом и близко посаженными глазами – холодными, цепкими, пронизывающими насквозь. Другой крупный светловолосый увалень с неизменным добродушно-участливым выражением на округлой физиономии. Третья невысокая, верткая, недурно сложена, и поди разбери, сколько ей лет: сейчас Спица выглядела на все свои сорок, но при необходимости, используя макияж и чары, могла сойти за двадцатипятилетнюю.
Трое лучших магов-устранителей Светлейшей Ложи подчинялись лично Крелдону. В прежние времена с ними ходил на задания еще и четвертый – маг-кормилец, снабжавший их силой из Накопителей. Но во время смуты он погиб, да и толку-то теперь от кормильцев.
По части магических способностей каждый из смертоносной тройки уступал таким коллегам, как Суно Орвехт или Марченда Фимонг, но они восполняли этот недостаток, действуя сообща. Давно сработались, понимали друг друга с полуслова. Единственной неудачей в их послужном списке был Чавдо Мулмонг. И больше сотни успешно завершенных ликвидаций. Сейчас они получили задание устранить бывшего первого амулетчика Светлейшей Ложи, бывшего самозваного короля Ларвезы, угробца Дирвена.
Над костром грелся котелок с водой, на деревянной подставке поблескивал позолотой сиянский заварочный чайник с кобальтовой росписью – любимый чайник Костоправа, он всегда брал его с собой в такие вылазки. Спица тем временем достала склянку с нангерским притиранием для лица, а Сорокопут принялся нарезать тонкими кружочками колбасу худьякьяги, по этой части он виртуоз.
– Есть шансы, что завтра пересечемся, – обронил Костоправ – нынче была его очередь плести чары, определяющие местоположение объекта и приблизительное расстояние. – Главное, не спугнуть.
– Что это?..
Хохот и вопли в отдалении. Звуки приближались.
– Местные резвятся?
Вскоре из-за скалы выскочила патлатая черноволосая деваха. Она дико хохотала и размахивала на бегу, словно флагом, какой-то тряпкой. Промчалась мимо людей, из-под юбки мелькнули шерстистые ноги.
– Горная дева, – констатировал Сорокопут.
Следом за ней из-за поворота вылетел взъерошенный парень. На нем были короткие полосатые подштанники, нангерская куртка и ботинки.
– Отдай штаны, сука! – проорал он и исчез в сумерках вслед за беглянкой.
Смех и крики удалялись, их множило горное эхо.
Вскочившие маги-устранители ошеломленно переглядывались.
Котелок валяется на боку, склянка укатилась в одну сторону, крышка опрокинутого чайника с отколотым носиком – в другую, кружочки колбасы втоптаны в грязь.
– Это был наш объект, – нехорошо сощурился Сорокопут.
– Вот демоны, он уже далеко, – процедила Спица.
– Мой чайник, – бесцветным голосом произнес Костоправ.
И коллеги поняли, что у него теперь есть личный повод, чтобы разобраться с Угробцем.
Глава 13. Заговор неудачников
В один прекрасный день – а для Венши все дни были прекрасны – у нее в памяти всплыло имя: Венкина. Будто бы так звали девушку-актерку, о которой рассказывал Хантре. То ли бартоженка, то ли куртавянка.
Поразмыслив, она решила, что это подарок города: двойной облик – двойное имя – двойная защита. Пожалуй, в Ляране ей даже песчаные ведьмы не страшны. Здесь она неуязвима, и уж она постарается, чтобы ее город вволю рос во все стороны. Спросить бы еще у рыжего, и впрямь она была в прошлой жизни Венкиной или нет. Поскорей бы тот вернулся. С ним веселее, хотя сам он редко веселится.
– Жду не дождусь, – усмехнулся Тейзург, когда она сказала об этом вслух. – Его сейчас в Шибеват занесло, оттуда они с Хеледикой ушли в Кукурузную Прорву. Слыхала о Шибевате?
– Народ на базарах обо всем на свете судачит, о тамошних нравах знаю. Люди обзывают извергами наше племя, а сами-то, сами… Рыжий там кого-нибудь уделал?
– Ограничился сломанной челюстью и разбитыми в щепки воротами. Ювелир! Я, разумеется, предупредил их, что если будет погоня, пусть меня ждут в гости. Они заверили, что претензий не имеют. Теперь только считать дни, когда он выйдет из прорвы. Венша, скажи, почему он раз за разом рвет в клочья мое бедное сердце и даже не замечает, что сделал?
Вопрос был риторический, и она лишь вздохнула сочувственно.
Выдержав паузу, начала подбираться к разговору, о котором размышляла уже несколько дней:
– Я хочу выставить из дворца одну особу.
– М-м? – он вскинул красиво очерченную бровь. – Кто же из нашего цветника тебе не угодил? Если речь о Касинат, то учти, принцесса нужна мне в политических целях. По крайней мере, на ближайшие несколько лет. Если о Нинодии… Что она опять стащила?
– Я не про них, они занятные.
