касается боя и стрельбы из лука — если после окончания академии вы пожелаете поступить на военную службу или стремитесь помимо этого стать Наблюдателем, ваши навыки ведения боя и стрельбы из лука будут требоваться ежедневно. В то время как более продвинутые технологии доступны для тех, кто занимает более высокое положение, мечи всегда будут наиболее доступным средством для прекращения физически агрессивного спора. Или запустите его, в зависимости от обстоятельств. И хотя луки и стрелы не являются обычным снаряжением для людей за пределами стен академии, никто не может поспорить, что, если вы можете поразить движущуюся цель с двухсот футов, то, вероятно, сможете стрелять из любого огнестрельного оружия — или просто бросить камень — с точностью выше среднего.
Вернувшись в переднюю часть комнаты, Док закончил словами:
— Учебная программа в Акарнае может показаться устаревшей, но, как мы только что обрисовали, ее традиции неподвластны времени. Все дело в перспективе.
Имея множество тем для размышлений, Алекс слушала, как Док заканчивал оставшуюся часть урока, повторяя некоторые из уже поднятых вопросов и расширяя другие. Она почувствовала себя лучше, получив ответы на некоторые свои вопросы, но все же была одна вещь, которая ее интересовала. Не зная, следует ли ей задавать такой вопрос классу, полному учеников, когда это может быть общеизвестно для всех медорян, Алекс решила подождать до конца дня, прежде чем искать того единственного человека, который, как она чувствовала, сможет ответить ей лучше, чем кто-либо другой.
***
— Тебя трудно выследить, — сказала Алекс Кайдену, наконец-то найдя его в конюшне после того, как спросила каждого человека в кампусе о его местонахождении.
— Алекс, — сказал он, вопросительно глядя на нее поверх спины лошади, которую чистил. — Что случилось?
Она прикусила губу и отвела взгляд, задаваясь вопросом, не совершает ли ошибку, придя к нему. Он уже знал о ней больше, чем следовало, но не знал всего, и так должно было остаться. Однако парень сказал, что она может прийти к нему, если ей когда-нибудь что-нибудь понадобится.
— Я хочу спросить тебя кое о чем, но ты должен пообещать не углубляться в это… и ты должен пообещать не смеяться, если сочтешь это глупым вопросом, — сказала она, потянувшись за расческой, просто чтобы чем-то занять руки, пока говорила. Она начала расчесывать гладкую черную шерсть лошади, которую, как она знала, звали Эклипс, ожидая согласия Кайдена.
— Это зависит от того, о чем ты просишь, — сказал он, плутовато ухмыляясь. — Но должен сказать, я заинтригован.
Алекс нахмурилась. До сих пор их разговор шел не по плану, а он едва начался. Но она решила, что с таким же успехом может вмешаться и посмотреть, что произошло, поэтому сказала:
— Я хочу знать о форпосте Сури.
Все тело Кайдена дернулось, и Алекс удивленно посмотрела на него.
— Что знать? — спросил он, и его движения стали заметно напряженными до такой степени, что Эклипс раздраженно прижал уши назад. Кайден заметил это и ослабил руку, заставив лошадь тоже снова расслабиться.
Сбитая с толку его сильной реакцией, Алекс сказала:
— Я хочу знать, почему он там. Медора — суперконтинент, которым в настоящее время управляет единая монархия, так зачем же нужны активные военные силы, если нет противника? И используют ли они другое оружие, более сильное, чем стабилизаторы? Кроме того, я всегда предполагала, что Надзиратели больше похожи на прославленных охранников, но теперь я не так уверена. У кого больше власти — у них или у генерала?
Кайден больше не был напряжен, это точно. Но Алекс почти жалела, что это не так, потому что теперь он пристально смотрел на нее.
Она сглотнула и сосредоточилась на чистке живота Эклипс.
— Не придавай этому значения, помнишь?
— Эй, по крайней мере, я не смеюсь, — сказал Кайден. — Это одно из двух. Лучше синица в руках…
— Я бы предпочла ответ без суждений, — ответила Алекс. — Без дополнительных вопросов.
— Я отвечу тебе, но не могу обещать, что не будет продолжения, — сказал Кайден, двигаясь дальше, чтобы очистить зад Эклипс. — Давай начнем со Наблюдаталей. Никогда не позволяй им слышать, как ты называешь их «прославленными», иначе это может быть последним, что ты когда-либо скажешь. И я серьезно это говорю, Алекс.
Если судить по его серьезному выражению лица, он действительно имел это в виду.
— Теперь, не вдаваясь в подробности, правильно ли я догадываюсь, что ты мало что знаешь о том, что делают студенты Акарнаи после окончания учебы?
— Эм… — Алекс заколебалась. — Гипотетически? Давай начнем с этого. С этого момента просто веди себя так, как будто я ничего не знаю.
Губы Кайдена дернулись, привлекая внимание Алекс к его рту, прежде чем она заставила себя снова посмотреть ему в глаза. Судя по юмору, который она нашла в них, у нее было чувство, что она совсем не дурачила его.
— Ну, тогда, — сказал он, снова глядя вниз на то, что делал. — Как ты знаешь, есть пять лет обучения с дополнительными двумя годами сверх этого, если кто-либо из инструкторов пригласит тебя остаться в качестве ученика. Независимо от того, закончишь ли ты школу в восемнадцать или двадцать лет, выпускники Акарнаи всегда востребованы на руководящих должностях на любом из рабочих мест Медоры. Дело не столько в том, что у нас есть таланты — хотя это определенно может быть преимуществом в зависимости от выбора профессии — но скорее в том, что наше образование здесь охватывает, ну, все.
Алекс кивнула, только что пройдя большую часть этого на уроке истории.
— Какое это имеет отношение к Наблюдателям?
— Их есть два вида, ты знала об этом? — Прежде чем она смогла ответить, Кайден сказал: — Неважно, не отвечай. Я забыл, что ты гипотетически ничего не знаешь. — Он даже не пытался скрыть улыбку. — Они делятся на две категорий: Мечи или Щиты. Щиты — аналитики разведки — они происходят из самых разных слоев общества и обычно набираются позже в жизни, имея за плечами многолетний опыт. Они делают большую часть работы вне поля зрения общественности, держа руку на пульсе мира и людей в нем, так сказать. По сути, они являются «щитом» от любых угроз, исходящих от
