Я окинул себя взглядом и тряхнул головой.
— Бред какой-то, — заявил я. — Вы сделали из меня тюнингованную версию рыцаря-джедая.
Сьюзен и Леа удивленно посмотрели на меня, потом друг на друга.
— Отдайте мне, черт подери, мой плащ, — пояснил я.
— Эту рванину? — удивилась Леа. — Тебе нужно поддерживать образ.
— И я буду поддерживать его в моем плаще, — упрямо буркнул я.
— Гарри, — укоризненно сказала Сьюзен. — Возможно, ее слова не лишены практического смысла.
Я посмотрел на нее. Потом на свой наряд.
— Практического?
— Первое произведенное впечатление порой является решающим, — настаивала она. — Использованное должным образом, оно само по себе становится оружием. Не знаю, как тебе, а мне нужно все доступное оружие.
— Истинно так, — согласно промурлыкала Леа.
— Ладно. Не вижу, с чего это мой плащ будет портить мой образ. И потом для нас очень важна скорость. Эта фигня будет сковывать движения как черт-те что.
Леа лукаво изогнула углы губ.
— Ой ли?
Я насупился. Потом повел плечами и поерзал на диване. Доспехи оказались упругими, эластичными — настоящие стальные так не смогли бы. Что еще более важно, подвигавшись, я практически не ощущал их веса. То есть вообще. С таким же успехом я мог бы носить легкую пижаму.
— Ни одному смертному не пробить их силой обычного оружия, — спокойно произнесла Леа. — И даже удары от таких созданий, как вампиры Красной Коллегии, они отразят — до определенного момента, конечно. И еще, они, возможно, помогут тебе оградить свой разум от воли Властелинов Ночи.
— Возможно? — переспросил я. — Что значит «возможно»?
— Они обладают древними силами, крестник, — ответила Леа, одарив меня еще одной кошачьей улыбкой. — У меня не было до сих пор возможности помериться своей вновь обретенной силой с ними. — Она еще раз окинула меня взглядом и удовлетворенно кивнула. — Что ж, ты выглядишь в рамках приличий. А теперь, детка, — продолжала она, поворачиваясь к Сьюзен, — посмотрим, что можно сделать для тебя.
Сьюзен перенесла процедуру на порядок легче, чем я.
Правда, пока они этим занимались, я немного отвлекся. Выглянув в окно, я увидел, как мы обгоняем полицейскую машину, словно она стоит на месте — при том, что она неслась со включенными сиреной и мигалками. Должно быть, скорость наша измерялась трехзначной цифрой, так быстро полиция осталась позади.
Патруль копов не обратил на нас внимания, из чего я сделал вывод: Гленмейл, должно быть, спрятал нашу машину за каким-то подобием завесы. Ну, помимо этого, как я заметил, он вел машину в плотном городском потоке с невероятной ловкостью, проводя ее буквально в считанных дюймах от чужих бамперов и крыльев — опять-таки, незаметно для всех остальных. Более того, сидя в салоне, я вообще не ощущал никакого движения. По всем правилам нам полагалось бы биться разными частями тела об окна и крышу, но этого не происходило, словно машина стояла на месте.
В общем, он доставил нас к Святой Марии меньше чем за пятнадцать минут — правда, в процессе этого добавил мне несколько седых волос.
Мы остановились у входа, и Гленмейл распахнул дверцу салона, казалось, в ту же секунду, как машина замерла, хрустнув ручником. Я вылез, низко опустив на глаза капюшон. Тень, падавшая от меня на тротуар, показалась мне неестественно большой и страшной. Странное дело, от этого я почувствовал себя немного лучше.
Я повернулся, чтобы помочь выйти Сьюзен, и рот мой раскрылся сам собой.
Ее наряд был… гм… чертовски возбуждающий.
В первую очередь в глаза бросился золотой головной убор, украшенный перьями и резными нефритовыми штучками, знаки на которых напомнили мне те, что я видел на Каменном Столе. Все это дополнялось мерцающими синими и зелеными самоцветами. На мгновение мне показалось, что ее вампирская составляющая снова берет верх, потому что лицо ее покрылось тем, что я принял за татуировки. Однако уже второй взгляд дал мне понять, что это разновидность макияжа, что-то вроде рисунков хной, довольно примитивных и даже, я бы сказал, дикарских. Орнамент состоял из черных и красных завитков, подчеркивавших ее большие карие глаза.
Собственно же наряд составляло платье из того, что показалось мне мягкой кожей, с разрезами по бокам для легкости движений. Ноги были обуты в подобие мокасин из такого же материала, тоже украшенного перьями. Чисто белый цвет платья и мокасин резко контрастировал со смуглой кожей Сьюзен и позволял любоваться ее мускулистыми руками и ногами.
На белом кожаном поясе висели пустая кожаная кобура и пряжка для крепления ножен. Поверх платья она накинула плащ с капюшоном из перьев, зловеще напоминавший тот, что мы видели в Неваде, — только насыщенных цветов Зимней Династии: ледяного голубого, морского зеленого и закатного лилового.
— Сейчас наверняка скажешь что-нибудь про кордебалет из Лас-Вегаса, — заявила она, подняв на меня взгляд.
Мне потребовалось не меньше секунды, чтобы мои голосовые связки восстановили связь с мозгом.
— Выглядишь совершенно потрясающе, — признался я.
Она улыбнулась в ответ, не сводя с меня своих темных глаз.
— Э… — добавил я. — Правда, с виду оно… не слишком практично.
Леа приняла руку Гленмейла и вышла из лимузина. Пригнувшись, она прошептала что-то Сьюзен на ухо.
Та удивленно приподняла бровь, но кивнула.
— Ла-адно, — протянула она и на мгновение, нахмурившись, закрыла глаза.
И исчезла. То есть совсем исчезла. Не скрылась за практически непроницаемой для взгляда завесой, а просто исчезла.
Моя крестная рассмеялась.
— Так же, как в прошлый раз, детка, только красным.
— Ага, — отозвался из пустоты голос Сьюзен, и она вдруг появилась обратно, широко улыбаясь. — Ого!
— Плащ спрячет тебя не только от глаз, но и от других чувств, детка, — продолжала моя крестная. — И пока ты обута в эти башмаки, твои ноги не оставят ни следа и не произведут ни звука.
— Э… отлично, — вмешался я. — Но мне было бы значительно спокойнее, если бы к этому добавился бронежилет или что-нибудь в этом роде. Так, на всякий случай.
— Гленмейл, — окликнула моя крестная.
Водитель невозмутимо достал из кармана девятимиллиметровый револьвер и практически в упор выстрелил ей в висок. Пистолет рявкнул.
Сьюзен резко дернула головой и пошатнулась, прижав руку к уху.
— Ох! — прорычала она, поворачиваясь к молодому сидхе. — Ах ты сукин сын, так ведь и оглохнуть можно! Еще раз, и я тебе глаза на жопу натяну!
Вместо ответа сидхе с нечеловеческим изяществом наклонился, подобрал что-то с земли и продемонстрировал — сначала Сьюзен, потом мне.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
