сводного брата. Тот поднял на отца потемневший взгляд и тихо сказал:
— Я ошибся.
— Не слышу тебя. Повтори, — велел Костя.
— Я ошибся, — повысил голос Игнат. — Услышал разговор, не понял, о чем речь, и решил, что… что Елена слила инфу конкурентам. Я выпил лишнего, был на эмоциях и сделал неправильные выводы.
Каждое слово давалось ему с трудом — Игнат буквально заставлял себя говорить это вслух. И хотя он казался спокойным, я ощущала его ярость. Не понимаю, почему я вдруг стала так хорошо чувствовать этого человека. Может быть, мне просто кажется?
— Дальше, — жестко велел его отец.
— Я. Прошу. Прощения, — выдавил Игнат, не глядя ни на кого из нас.
Я тревожно взглянула на маму — казалось, она не знает, куда себя деть. Да и мне самой стало не по себе.
— Лена, ты прощаешь его?
— Все хорошо, — пролепетала мама. — Я и не злилась! Все правда хорошо…
— Сын, ты просишь прощения у Елены уже во второй раз, — продолжил Костя. — Давай не станем доводить до третьего. Иначе ты знаешь, что произойдет. Елена — моя жена, моя женщина. Я обещал защищать ее. И я буду делать это. — Его широкая ладонь накрыла ладонь мамы, лежащую на столе. — Так же, как я защищаю тебя, своего сына. Мы одна семья, мы должны беречь друг друга, помогать и оберегать. Если мы не будем единым целым, нас уничтожат конкуренты, понимаешь?
Игнат коротко кивнул, и мне вдруг показалось, что еще чуть-чуть — и он просто взорвется от ярости, которая переполняет его.
— Игнат показал себя незрелым, поэтому я принял решение — с понедельника Игнат работает в компании. По-настоящему, а не на бумажке, как до этого времени. Более того, карманные деньги будут заменены на зарплату, которую Игнат, как и все мои сотрудники, будет получать в определенное время.
На лице Игната показалась усмешка, но тотчас померкла под грозным взглядом отца.
— Сын, ты мой наследник, тот, кто должен был получить от меня все. И компанию ты должен знать изнутри. Знать, как никто. Только это поможет стать тебе хорошим руководителем. Поэтому высокую должность ты не получишь — у тебя ноль опыта. Начнешь с работы в главном офисе. И от того, насколько ты справишься с этой работой, зависит и твое будущее, — продолжал Костя. — Я слишком долго позволял тебе все. Теперь мой отцовский долг — научить тебя. Но не работать. А быть человеком. Чтобы не повторялось того, что произошло сегодня. Ты согласен со мной?
О нет, Игнат не был согласен. Его глаза говорили обратное — он был в бешенстве. Однако Игнат взял себя в руки и сказал:
— Да, отец.
— Вот и замечательно. Но сегодня больше плохих новостей не будет. Только хорошая. — Отчим взглянул на маму, которая почему-то засмущалась еще сильнее. — Лена, скажешь?
— Скажи ты, — ответила мама, и я нахмурилась, ничего не понимая.
— Лена ждет ребенок, — громко сказал Костя. — Так что у вас появится брат или сестра.
Его слова оглушили меня. Что? Мама ждет… ребенка? Моя… мама?
Я смотрела на нее большими глазами, не веря в услышанное, а она несмело улыбнулась. Лицо Игната снова стало отсутствующим. Он наверняка не ожидал этого. Да и я тоже не ожидала.
— Да, я сама узнала только сегодня, — сказала мама, касаясь своего живота. — Неожиданность для всех, да? Я тоже еще не могу осознать это, но стану матерью во второй раз.
— Я счастлив, — коротко произнес Костя.
Он лично открыл шампанское, разлил его по нашим бокалам — правда, маме предусмотрительно налил сока. И встал, чтобы сказать тост:
— За нашего будущего ребенка.
Наши бокалы соприкоснулись — приятный хрустальный звон наполнил гостиную. Только вот я все равно не могла поверить в то, что скоро у меня появится брат или сестра.
Игнат, кажется, тоже.
Глава 62. В душе
Поступок Игната мучил меня. Мне не верилось, что он может так опорочить мою маму, но я своими ушами слышала его слова, своими глазами видела то презрение, которое было написано на его лице в тот момент, когда он обвинял маму. И разрывалась на части, перестав чувствовать себя цельной.
Мы не разговаривали, но в один из вечеров столкнулись в библиотеке. Я дышала воздухом у окна, когда он пришел туда и взял со столика последнюю книгу Карризи, которая вышла недавно. Книгу, которую я читала. Библиотека постоянно пополнялась новинками в жанре детективов и триллеров, кто-то постоянно заказывал книги, и мне казалось, что это делает управляющий по просьбе Кости.
— Это моя книга, — ледяным тоном сказала я, в это мгновение ненавидя всеми фибрами души — в голове все еще слышались его мерзкие слова о маме.
— Твоя? — спросил Игнат раздраженно. — С чего вдруг?
— Я читаю ее, — отчеканила я.
— А я ее заказал. Или ты хочешь отобрать?
— Нет.
— Еще вопросы есть? — Игнат явно не собирался отдавать книгу. Крепко ее держал. Как свою собственность. Он не отдаст ее мне назло.
— А можно не вопрос, а утверждение? — я недобро прищурилась.
— Попробуй, — высокомерно разрешил Елецкий.
— Ты отвратителен, — прошипела я.
— Так мило. Могу вернуть тебе любезность, но не стану опускаться до твоего уровня, дорогая.
И он просто ушел вместе с книгой. Моей книгой! Книгой, которую я начала читать!
Минут двадцать я кипела, больше всего желая взять его обеими руками за шею и придушить. Жаловалась Стеше по сообщениям, а потом… Потом вдруг вспомнила, что в этой книге лежат несколько листиков со схемой к моей истории. И ладно схема… Ее я помню. Но там написано его имя — я собралась списать с Елецкого антигероя, чтобы выпустить пар.
Поняв, что Игнат может увидеть это, я банально испугалась. Если он найдет и прочитает, решит, что я неравнодушна к нему или еще что-то в таком же духе. Для меня это было сродни унижению перед ним. Поражению, которое мне не хотелось допускать.
В
