но мне также доложили, что там ночуют два каких-то мужика. – Чарльз нахмурил брови.
– Это наши друзья, отец, и друзья принцессы. Королева Маргарита запретила им ехать сюда, потому что они деревенские. У них нет ни титулов, ни заслуг – вообще ничего. Однако они спасли Джоан и привели в Медеус. Я буду благодарен, если в ваших переписках с Маргаритой ты не станешь упоминать о них.
– Твоя жена дружит с мужчинами? Тебе не кажется это подозрительным? Какой позор обрушится на нас, если кто-то узнает!
– Не беспокойся о них, они бы и пальцем ее не тронули.
– Сегодня за ужином хочу познакомиться с ней поближе. Если она до сих пор больна, осмотра лекаря не избежать. Заодно сделают и другой осмотр, раньше, чем я обещал.
Вместо улыбки у Эрика дернулась губа.
– Думаю, сегодня мы придем, отец.
– Вот и славно. – Король откинулся на спинку кресла, подняв руки к потолку. – Рад, что ты больше не дерзишь. Но я запрещаю тебе жить с мужчинами в одной комнате. Возвращайся к жене. Уверен, она вовсе не заразна, а просто переволновалась. Уж слишком часто меняет дом.
– Да, я слышал это от Фреда, не могу с вами не согласиться.
Эрик поклонился отцу и направился к Джоан, раздумывая, какими словами уговорить ее перестать сидеть в кресле целыми днями. Он зашел в комнату и увидел, что она стоит на балконе, прикрытая шторами, и рассматривает суету в городе.
Услышав его, она постаралась принять приветливое выражение лица.
– Мой отец вернулся.
– Я видела утром.
– Помнишь, что он ждет встречи с тобой? – Эрик почувствовал волнение и уже начал думать о том, как будет умолять ее не отказывать.
– Конечно. Он ожидает меня сегодня?
От ее ответа Эрику полегчало, и он почему-то захотел присесть.
– Да, на ужине. Думаю, будем только мы с тобой, мать и он. Буду очень благодарен, если ты будешь вести себя хорошо.
– Вспомню все, чему учила меня твоя сестра. Я так скучаю по ней. Хотелось бы мне увидеть ее снова.
– Ты что-то задумала? В прошлый раз, когда ты так ласково говорила со мной, ты сбежала сразу, как я отвернулся, – с обидой в голосе сказал он.
– Я просто хочу нормальной жизни, Эрик, – ответила Джоан. – Все это время я пыталась выкинуть из головы мысли о видениях из прошлого, о шепоте и предчувствиях, которые постоянно докучают мне. Кажется, у меня получается, и я наконец-то чувствую себя свободной.
Он недоверчиво посмотрел на нее, затем встал с кресла и протянул ей руку.
– Прогуляемся?
К его удивлению, Джоан улыбнулась и взяла его за руку. Они зашли за парнями и пригласили с собой.
Их друзья захотели пойти вместе с ними, кроме Араксана, которому из-за внешности не стоило покидать комнату.
Они отправились на прогулку по богатому району города. Эрик с Джоан молча осматривали здания, пока Фред показывал Уиллу город. Стража держалась немного в стороне и следила за тем, чтобы никто не создавал угроз для королевских особ. Многие знатные личности не скрывали удивления при виде принцессы, которая впервые после прибытия вышла на́ люди. Сейчас Джоан не прятала лицо под вуалью – лишь красивая черная повязка скрывала небезызвестные шрамы. В зеленом платье, которое подчеркивало узкую талию и визуально увеличивало и так немаленькую грудь, Джоан выглядела прекрасно. Ее длинные распущенные волосы, развевавшиеся на ветру, привлекали восхищенные взгляды.
Отдалившись от друзей, Эрик подвел ее к святилищу, расположенному справа от них. Оно напоминало своим видом то, которое находилось в Медеусе.
Джоан обернулась, чтобы показать его Уиллу, но никого не увидела.
– Где они? – спросила она у Эрика. Он начал высматривать друзей в толпе, но те, видимо, сильно отстали.
– Мы здесь, Джоан, – услышала она громкий голос, как будто Уилл находился где-то за спиной.
– Где? – Джоан начала вертеть головой.
Эрик поймал ее взгляд.
– Ты с кем опять говоришь?
– Ты не слышал? Уильям сказал, что они здесь. – Осознав, что он и вправду ничего не слышал, Джоан заволновалась.
Они вернулись назад и возле прилавка с фруктами увидели Уилла, который, смеясь, выбирает что-то на перекус.
Джоан быстро зашагала к нему. Она подошла к нему со спины и заговорила так резко, что Уилл выронил персик:
– Ты звал меня. Я слышала, как ты кричал, что вы здесь.
– О чем это ты? – недоуменно спросил Фред. – Мы были здесь, никто тебя не звал.
– Но я слышала его голос, это был точно Уилл.
Прохожие начали оборачиваться на них.
– Я был здесь, Джо. Фред сказал, что рядом библиотека, – оправдывался Уилл, словно в чем-то провинился. – Я хотел позвать тебя, ведь ты так часто говорила, что мечтаешь увидеть тысячи книг, но пока мы тут выбирали, чем бы перекусить, вы сами нашли нас.
– Тебе просто показалось. Давайте пойдем дальше. – Эрик немного расстроился из-за голосов у Джоан в голове, но снова сдержал эмоции.
Уилл и Джоан переглянулись. Чувство, что ей нужно попасть в библиотеку, не покидало Джоан. Ее словно тянуло туда, но в этот раз она сдержала себя, и дальнейшая прогулка по городу прошла беззаботно и радостно. Без вуали мир вокруг стал гораздо красочнее – повязка на лице и правда облегчала жизнь, и Джоан была безумно благодарна Эрику и Фреду.
Они посетили королевскую конюшню, где находились элрогские вороные и другие породы лошадей. Альтаона, по приказу Джоан, выгуливали только в поводу, чтобы он не терял форму. Все восхищались красотой и грацией Альтаона, учитывая его массивное тело, а Джоан до сих пор не верилось, что это чудо принадлежит ей одной. Отбросив мысли прокатиться по дивным красотам королевства, она покормила верного жеребца яблоками, отнятыми у Уилла. Он был не очень доволен, но подмигнул Джоан и сказал, что пожертвует яблоками только ради лошади.
Тоска снова омрачила ее мысли: лучший друг Уилла долго не возвращался. Но рано или поздно он приедет и поможет справиться с тем, что навалилось на ее голову. Говорить открыто, что скучает по Гаррету, она не могла. Мысли о нем помогали самой справляться с шепотом и видениями. Страх, что Гаррет не вернется, досаждал все больше. Но в его верности она не сомневалась, поэтому продолжала угощать Альтаона и гладить его по широкой шее, вспоминая, как в первую встречу с конем ванпул поспособствовал их дружбе. Эрику нравилось смотреть на них, он даже перестал думать, как вернуть власть над лошадью – настолько хорошо они ладили.
Колокол, звон которого соответствовал ходу солнечных часов, пробил четыре раза, возвещая о том, что пора возвращаться и
