Ричард проводил большую часть своего времени на палубе — за чтением или слушая музыку. Он не смотрел никаких программ, не посещал голографических представлений, поскольку они были ему неинтересны. Он никого не приглашал к себе в каюту. Людей он видел только на палубах и в ресторанах.
И ему было достаточно одного вида их.
В двух днях пути до Марса звезды заворожили его. Он стоял посреди своей лужайки, вглядываясь в черноту пространства, теперь только казавшуюся чернотой. Лучи солнца пронзали ее. Всевластная звезда, находящаяся в центре Солнечной системы, простирала свое могущество дальше, чем это суждено любому из людей.
Склонив голову набок, он увидел чуть впереди белесое пятнышко, далекую искорку света. Ричард заморгал, опасаясь, что она привиделась ему. Однако пятнышко никуда не исчезло, оно сделалось больше, словно неизвестный объект медленно вращался.
Вернувшись в свою каюту, снабженную палубным телескопом, он навел прибор на объект. Сильный телескоп бы снабжен автоматическим следящим устройством.
Вздох застыл в груди Ричарда.
Это был астронавт в старинном скафандре.
Сердце его заколотилось.
Андерс. Неужели?
Ричард вытер ладони о штаны, подумал мгновение и понял, как отреагирует публика. Нет, к нему не отнесутся как к выжившему из ума старикашке: подобного рода восприятие старости исчезло, когда долгая старость сделалась уделом очень многих людей. Однако столетие по-прежнему представляло собой тот рубеж, после которого младшие поколения уверенно отмахивались от любых слов старца.
Конечно, в физическом отношении он находился далеко от поры расцвета, однако что дает людям основания полагать, будто ум его находится в столь же ущербном состоянии?
Корабль минует объект менее чем через минуту. Нужно было действовать, и действовать быстро.
Трясущейся рукой он нажал кнопку коммуникатора.
— Делия, — обратился он к дочери, — ко мне. Быстро. Немедленно!
После этого он позвонил в рубку.
— Мне нужен ваш лучший пилот и пара скафандров… Через десять минут.
— Могу ли я спросить вас, сэр, зачем они вам понадобились? — произнес капитан.
— Нет.
Отключив коммуникатор, Ричард схватил какую-то одежду, запихал ее в мешок и перебросил через плечо.
Дверь в его каюту отъехала в сторону, в проеме появилась встревоженная дочь — поджарая, атлетичная, темноглазая и темноволосая, как ее мать.
— Я хочу кое-что тебе показать, — проговорил он, прежде чем она успела открыть рот.
Ричард показал на телескоп:
— Смотри быстро, а то вот-вот исчезнет из вида. — Она было запротестовала, однако он поднял руку: — Быстро!
Вздохнув, Делия направилась к телескопу. Взявшись рукой за окуляр, она припала к нему глазом и тут же выпалила:
— Это какая-то шутка!
— Возможно, — проговорил он. — Однако мне хочется рассмотреть этот предмет поближе.
* * *
Он понимал, что космический лайнер не может развернуться на месте, как это делает океанское судно. Направление его движения изменится лишь после того, как корабль достигнет Марса и выйдет на орбиту вокруг планеты. Но когда они окажутся там, Андерс снова исчезнет в просторах космоса.
Последний астронавт. Последний осколок мечты Ричарда.
И он только что пролетел мимо него.
Тем не менее Ричард не намеревался расставаться со своей мечтой.
— Папа, что ты задумал? — спросила Делия, когда они вышли в коридор из его каюты.
— Я намереваюсь забрать его оттуда.
Делия посмотрела на него как на слабоумного:
— Папочка, но забрать его оттуда нет никакой возможности. Мы оставили его далеко позади.
— Не настолько уж далеко, — возразил Ричард. — Я воспользуюсь одной из спасательных шлюпок. Радиуса их полета вполне хватит.
Утверждая проект звездного лайнера, он настоял на этом старомодном термине. Его тревожило, что на долю его огромного, величественного корабля может выпасть участь «Титаника» — что произойдет какое угодно несчастье и сотни людей погибнут только потому, что он не предусмотрел средств спасения. И он настоял на включении в проект малых кораблей, по большей части рассчитанных на двоих, и нескольких более крупных, обладавших достаточной энергией и ресурсами, чтобы провести в космосе год с дюжиной людей на борту.
— Но на шлюпках нет захвата, — возразила дочь.
Ричард обратил к ней удивленный взгляд.
— Я изучала твои космические экспедиции, папа, — сказала она. — Чудо эффективности, с технической точки зрения.
В то время они таковыми не казались.
— Захват мне не нужен, — пояснил он. — Мне необходима только спасательная шлюпка, космический скафандр и пилот.
— Папочка, — авторитетным тоном заявила Делия, — это безумие.
Погладив ее по щеке, Ричард улыбнулся дочери с максимумом доступной ему любви.
— Да, — согласился он, — ты права.
* * *
Пилотом оказалась невысокая женщина по имени Стар. Ричард немедленно усмотрел в этом доброе предзнаменование. До поступления третьим пилотом на этот рейс она служила в космических войсках США, прикрывая с орбиты лунную колонию. Просмотрев ее личное дело, Ричард заметил выговоры за дерзкое поведение и авантюрные выходки и решил, что именно такой пилот ему и нужен.
Ричард мог бы и сам управлять этим корабликом — все на нем было устроено настолько просто, что справился бы даже ребенок, — но предпочел поступить иначе. Ему нужна была помощь.
На спасательной шлюпке не было привычного для него грузового трюма — не было отдельной системы жизнеобеспечения, не было настоящего места для хранения его находки, — однако на ней имелись две двери, внутренняя и наружная, и воздушный шлюз между ними. Больше ему ничего не требовалось. Кроме того, на ней насчитывалось шесть маленьких кают. Он мог поместить Андерса в одну из них и отключить систему жизнеобеспечения, чтобы труп не оттаял.
— Я отправляюсь с тобой, — проговорила Делия, когда они оказались возле люка спасательной шлюпки. Стар уже находилась на борту, приводя кораблик в рабочее состояние.
— Нет, — ответил он. — Тебе придется тянуть за все ниточки, чтобы вернуться сюда за мной с оснащенным всем необходимым для моего дела кораблем, а потом доставить нас на Землю.
Поцеловав дочь в лоб, он ступил на борт и закрыл за собой люк.
Стар сумела затормозить шлюпку за шесть часов, и еще восемь потребовалось им, чтобы вернуться к Андерсу. — Все это время Ричард провел в кресле второго пилота, вглядываясь в космическую пустоту. Через каждый час он связывался с Делией, чтобы успокоить ее и сообщить о том, что с ним ничего не случилось. Он и подумать не мог, что дочь будет так волноваться. Он ощутил себя нужным ей, и ему понравилось это чувство.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
