— С радостью помогу вам, — ответил профессор Хергуд. — Я горжусь тем, что могу разыскать любую, даже самую небольшую деревеньку, которая существовала когда-либо в Англии, начиная со времени норманского вторжения, и буду рад, если мне представится возможность доказать это. А теперь позвольте мне ещё раз взглянуть. Ближайший городок к Уинченхолм называется Рипплстон.
— Там есть железная дорога.
— Да, есть. Вокзал находится в Рипплстоне, а до Уиченхолма будет не более мили.
— Мы вам чрезвычайно признательны.
— Пусть удача сопутствует вам в этом деле. И если место окажется не тем, которое вы ищете, не колеблясь возвращайтесь ко мне, и мы попытаемся ещё раз.
Когда мы покидали профессора Хергуда, я почувствовала, что оптимизма у меня прибавилось.
— Вот и всё, — сказала Фелисити. — Теперь мы проедем через Уиченхолм, словно миссис Бекет через Лондон, только звать будем не Гилберта, а Аду.
Мы заказали в Рипплстоне комнату на ночь. Это был небольшой торговый город.
— У нас могут возникнуть трудности с поисками Ады, и, возможно, нам потребуется для этого пара дней, — предположила Фелисити.
Как хорошо иметь рядом такого человека, как она! Я вспомнила, как Фелисити всегда дотошно вникала в любую проблему. И это была лишь одна из особенностей её характера, которая делала её столь действенным компаньоном в делах.
Всё время, проведённое в поезде, мы проговорили, строя планы, как будем разыскивать Аду и что мы скажем ей, если действительно её отыщем. У нас обеих было предчувствие, что нам повезёт, и мы разыщем её — вероятно, немного наивно для нас. Но мы испытывали такое счастье, что снова оказались вместе, словно вновь вернулись прежние дни, когда сердце радовалось всякой мелочи.
Как только поезд прибыл в Рипплстон, мы поселились в гостинице и справились насчет транспорта. Оказалось, что гостиница располагала рессорной двуколкой, и их служащий, по желанию, подвозил постояльцев. Так что этот вопрос был решён быстро.
Мы решили не тратить времени попусту и вскоре уже мчались по дороге в сторону Уиченхолма.
В сотне ярдов от деревни находился постоялый двор, который назывался «Герб Уиченхолма». Мы решили остановиться там и порасспросить тамошних людей в надежде, что хотя бы кто-нибудь слышал о мисс Аде, которая живёт где-то поблизости. Извозчика мы попросили подождать нас на постоялом дворе.
За стойкой мы увидели женщину средних лет, которая разливала пиво и сидр. У неё мы и поинтересовались, не знает ли она кого-нибудь в деревне, кого бы звали Адой. Дама посмотрела на нас так, как будто мы были людьми со странностями, — а может, нам это показалось, — и спросила:
— Ада… а как её фамилия?
— Фамилию её мы, к сожалению, не помним, — ответила Фелисити. — Мы виделись с ней много лет назад и не можем этого вспомнить. Всё, что нам известно, так это её имя — Ада.
Женщина отрицательно покачала головой.
— Она что, часто сюда заходит? Да?
— Не знаем, — ответили мы.
— Ада… — Она вновь покачала головой. — Сюда обычно заходят только мужчины.
— Боюсь, что так, — проговорила Фелисити. — Что ж, спасибо.
Мы покинули постоялый двор и направились в сторону деревушки.
— Ну, ты, наверное, тоже едва ли предполагала, что тётка Ада является завсегдатаем «Герба Уиченхолма», не так ли? — спросила Фелисити.
Деревушка, как и предсказывал нам профессор Хергуд, оказалась совсем небольшой. Поблизости действительно протекала река, на берегу которой стояли дома.
У меня вдруг появилась уверенность, что это то самое место.
По дороге на велосипеде ехал какой-то мужчина. Мы могли бы остановить его, но я вдруг осознала, как и Фелисити, что он мог бы принять нас за сумасшедших, если остановив его, мы начали бы свои расспросы о какой-то неизвестной женщине, которую зовут Ада. Если бы только мы знали её фамилию, насколько правдоподобнее выглядел бы наш интерес к ней.
Внезапно Фелисити проговорила:
— Посмотри-ка, там ведь находится деревенская лавка. Если кто и знает нашей незнакомке, так он наверняка находится там. Время от времени туда заходит каждый житель.
Мы вошли в магазин. Над нашей головой звякнул колокольчик, сигнализируя, что кто-то вошёл в дверь. Внутри остро пахло парафиновым маслом. Магазин был завален товарами самого разного назначения: фрукты, пирожные, бисквиты, хлеб, конфеты в стеклянных банках, овощи, окорока и тушки домашней птицы, пачки писчей бумаги, конверты, липкая бумага для мух и многое-многое другое.
— Да? — прозвучал чей-то голос.
Наши сердца замерли. Это оказалась девочка примерно 14 лет. Лицо её можно было едва разглядеть среди стеклянных банок с конфетами, которыми был завален весь прилавок.
С ней заговорила Фелисити.
— Мы зашли, чтобы расспросить об одной женщине, которую зовут Ада.
Девочка смотрела на нас удивлённо.
— Мы пытаемся разузнать что-нибудь о нашей старой приятельнице, — продолжала между тем Фелисити, — но всё, что помним, так это её имя: Ада. Нам только хотелось бы узнать, может быть, она живёт где-то здесь, поблизости. Полагаю, она могла бы в этом случае изредка заходить в этот магазин, так же, как большинство остальных жителей.
— Что? — запинаясь, выдавила из себя девочка.
— Ты знаешь всех людей в этой округе?
— Нет. Я живу не здесь. Просто я иногда прихожу сюда, чтобы помочь своей тётушке.
— А нельзя ли нам поговорить с ней?
— Тётушка, — позвала та. — Тётя Ада!
Фелисити и я обменялись удивлёнными взглядами.
— Тётя Ада, — прошептала Фелисити.
— Здесь какие-то люди хотят поговорить с вами, — крикнула девочка.
— Секунду, — прозвучал чей-то голос, — уже иду.
Возможно ли это? Неужели наши поиски закончены? Но как только мы увидели ту женщину, то сразу поняли, что этот вариант не подходит. Ни один человек даже по ошибке не мог бы назвать её ведьмой. Эта женщина ни за что на свете не могла быть той тёткой Адой, о которой рассказывал Саймон. Эта была очень полной и своими формами походила на двойной круглый хлеб, с розовым добродушным лицом, неубранными седеющими волосами и очень беспокойными голубыми глазами.
— Так чем я могу быть вам полезна, леди? — спросила она, пристально разглядывая нас.
— У нас к вам довольно странная просьба, — проговорила Фелисити. — Мы разыскиваем одну женщину, которая, по нашему предположению, живёт где-то здесь, поблизости, но, к сожалению, никак не можем вспомнить её фамилию. Всё, что мы знаем о ней, так это её имя: Ада.
— Ну, это не я. Хотя я тоже Ада. Ада Макги — вот моё полное имя.
