Еще один танкер, «Ямамидзу Мару» (5174 т), был потоплен подводной лодкой «Хэйк» 27 марта в Яванском море. Этим закончились действия лодок против японского танкерного флота в первом квартале 1944 года. Общий тоннаж потопленных танкеров составил 130 420 т.
Но общие потери японского танкерного флота этим не завершились. 30 марта на него снова обрушились американские воздушные силы. Это было началом операции «Десикрейт» — первого воздушного нападения с авианосцев на острова Палау. Как и во время операции у островов Трук, самолеты обнаружили большое число торговых судов и стали безжалостно уничтожать их. Семь танкеров были потоплены непосредственно у островов Палау. Когда же бомбардировка окончилась, и без того значительно сократившийся танкерный флот Японии недосчитался еще 47 501 т.
В дополнение к общему количеству танкеров, потопленных подводными лодками (130 421 т), силами военно-морской авиации у островов Трук и Палау было уничтожено танкеров общим тоннажем 99 501 т и силами сухопутной авиации — 5461 т. В общей сложности потери японского танкерного флота за первый квартал 1944 года составили 235 000 т. Это значительно превышало тоннаж судов, которые японские судостроительные верфи смогли построить за предыдущие десять месяцев. Японские эксперты по строительству танкерного флота неожиданно осознали, что уничтожение судов далеко опередило их спуск на воду. Эти цифры включают лишь тоннаж судов грузоподъемностью свыше 500 т. Небольших нефтеналивных судов они не касаются. Они не включают также и множество других судов, потопленных с грузом различных нефтепродуктов. Если включить в общую цифру и эти суда, то потери судов японской нефтетранспортной системы значительно возрастут. Во всяком случае, одни только потери танкерного флота были достаточно велики, чтобы встревожить японских руководителей снабжения страны нефтью. Они уже разработали специальную программу, которая предусматривала увеличение строительства танкеров. Эта запоздалая строительная горячка началась осенью 1943 года, когда напряжение на путях снабжения нефтью стало особенно сильным. С наступлением нового года постройка судов была ускорена, а к концу марта 1944 года судостроительные верфи работали с полной нагрузкой, обращая главное внимание на строительство танкеров.
Строительство японского танкерного флота во время войны выражается в следующих цифрах: в течение 1942 года японцы построили 7 танкеров (20 316 т), в первой половине 1943 года — 16 танкеров (68 670 т), в последние шесть месяцев 1943 года — 38 танкеров (186 257 т) и в течение первых трех месяцев 1944 года они построили 46 танкеров (154 754 т).
На первый взгляд казалось, что строители вполне справлялись со своей задачей. Но в действительности потери намного превосходили производство новых судов. Несмотря на быстрые темпы строительства, японцы отставали в этом состязании и имели все основания сожалеть о том, что поздно увеличили программу выпуска танкеров. Лихорадочное строительство танкеров было не только запоздалым, но оно дезорганизовало все судостроение. До этого на японских судостроительных верфях ускоренным темпом шла постройка торговых и пассажирских судов. Когда центр тяжести переместился на строительство танкеров, выпуск других типов судов должен был быть уменьшен. В 1942 и 1943 годах танкеры составляли 25 % всей продукции верфей. В первом квартале 1944 года они составляли до 32,2 % продукции, а в течение остальных месяцев 1944 года эта цифра достигла 37,5 %. И все это делалось в ущерб строительству других судов, а потребность в них продолжала оставаться по-прежнему острой. Соотношение в производстве разных типов судов было нарушено. Япония, имея минимальные экономические возможности, стремилась осуществить поистине грандиозные планы. В результате японские судостроительные верфи выпускали суда с дефектами и недоделками. В течение первых двух лет войны качество судов было довольно хорошим, хотя, конечно, ниже американского стандарта. Теперь в связи со спешкой выпускавшиеся суда изнашивались быстрее. В промышленности широко использовались заменители и «эрзацы». Плохое качество двигателей вызывало частые остановки судов в море, что в течение последних лет войны стало настоящим бедствием для японского судоходства. Чтобы ускорить выпуск судов, приходилось отказываться от таких предохранительных мер, как утолщенные переборки и двойные днища. Это делало корабли более уязвимыми для торпед, авиации и других средств нападения. В результате наряду с резким увеличением выпуска судов с весны 1944 года, продолжавшимся до самого конца года, качество продукции значительно ухудшилось. В этом отношении как танкеры, так и торговые суда других типов пострадали в одинаковой степени.
Нетрудно заметить, что причиной низкого качества судов была лихорадочная спешка в строительстве танкеров, а эта спешка в свою очередь была вызвана действиями американских подводных лодок. Однако неполадки в судостроении являлись лишь частью главной драмы, заключавшейся в борьбе между стремлением японцев обеспечить снабжение нефтью своей военной машины и стремлением американцев перерезать пути этого снабжения. Главными участниками этого сражения за нефть были подводные лодки и танкеры.
Подводные лодки срывают импорт нефти
В начале войны японский импорт нефти достигал 300 000 баррелей в месяц. К концу 1942 года импорт нефти составил свыше миллиона баррелей в месяц. Этого количества было вполне достаточно для снабжения военной машины Японии в этот благоприятный год.
Затем в первом квартале 1943 года японский импорт нефти несколько сократился. Но во втором квартале ввоз нефти увеличился до 1 500 000 баррелей. Этого, казалось, было бы вполне достаточно, если бы потребность военной машины не росла по мере увеличения размаха военных действий. Военные усилия Японии требовали все большего количества горючего. Когда во втором полугодии 1943 года импорт Японии сократился до 1 200 000 баррелей в месяц, потребление было настолько велико, что угрожало поглотить весь импорт.
Накануне нового года недостаток нефти вызвал сильное беспокойство в Токио, а к концу января 1944 года беспокойство перешло в тревогу. В этом месяце импорт нефти сократился до 1 000 000 баррелей. В феврале он снизился до 900 000 баррелей. В марте ввоз составил также всего лишь 900 000 баррелей; в апреле, несмотря на строительство танкеров, усиление конвоев и прочие меры, импорт нефти упал до 700 000 баррелей. Это сокращение импорта нефти в течение зимы 1943 года и первого квартала 1944 года нанесло удар в самое сердце японской военной машины, ибо всякое сокращение снабжения нефтью непосредственно влияло на военные усилия противника. Нападение на острова Адмиралтейства и разгром японских баз на островах Трук и Палау, безусловно, вызвали у японцев чувство ужаса. Но сердцем военной машины являлась сама Япония, и поразить его можно было, только перерезав пути подвоза нефти. Весной 1944 года эту задачу успешно выполняли подводные лодки.
В этот момент создавшаяся обстановка вынудила японский флот предпринять шаг, который должен был изменить весь ход войны. Читатель может вспомнить, что после воздушного налета на Рабаул в ноябре 1943 года соединение японских авианосцев, потеряв почти все свои самолеты, вернулось в Японию. Здесь японцы намеревались сформировать и обучить новые авиаэскадрильи. Однако по прибытии в Японию обнаружились серьезные затруднения с бензином. Потери танкеров, вызванные действиями американских подводных лодок, настолько сократили поступление нефти из Голландской Ост-Индии, что на Японских островах стала резко ощущаться нехватка горючего.
Поскольку стране угрожал нефтяной голод, высшее командование японского флота нашло выход — отправить авианосцы в Сингапур, где они находились бы ближе к источникам нефти на островах Борнео, Суматре и Яве.
Итак, весной 1944 года авианосцы были переведены в Сингапур, очень далеко от 2-го флота, который был направлен с островов Трук на острова Палау.
Затем растущие трудности в снабжении горючим заставили эти флоты базироваться на острова Тавитави в архипелаге Сулу. Их попытка достигнуть Марианских островов с этой отдаленной базы привела к битве у берегов Филиппин и к катастрофическому для Японии поражению. Следует отметить, что американские подводные силы, игравшие решающую роль в этом сражении, выковали свое звено в общей цепи событий, приведших к указанному результату. А что, если бы японцы смогли обеспечить авианосцы горючим в Японии, а не в Сингапуре? Но зачем рассуждать и строить догадки? Японские адмиралы не имели иного выхода. Нефтяную артерию, питавшую нефтью Палау, разрывали торпеды и бомбы американцев. Недостаток нефтяных запасов в самой Японии стал настоящей угрозой.
В апреле подводные лодки не потопили ни одного японского танкера, но тем не менее они сильно сократили приток нефти по главной нефтяной магистрали, заставив японский танкерный флот перейти на обременительную и громоздкую систему конвоев, в результате чего перевозка нефти сильно замедлялась. Хотя японский танкерный флот в марте снова пополнился, доставка нефти в Японию в апреле, как было указано, упала до 700 000 баррелей, что составляло меньше половины того количества, которое ввозилось в июне 1943 года. В токийских нефтяных кругах появились признаки паники.
