Арнольд кивнул и приготовился слушать.
— Мы администрация президента Земной Федерации! — патетически возгласил Альфредссон. — И по нас люди многих планет судят о самом президенте и о власти в целом! От того, как мы работаем с информацией входящей и как оформляем исходящую, зависит имидж президента!
Арнольд слушал состоящую из лозунгов и банальностей речь с выражением вежливого внимания на лице. В нужных местах кивал, побуждая Альфредссона к еще большему красноречию.
Виктор же легко читал по мимике, голосу и жестам главы администрации его чувства — воодушевление, искренний интерес к новому человеку, легкую озабоченность чем-то посторонним...
— Вам же предстоит работать на переднем крае информационного фронта! — продолжал вещать Альфредссон. — Референт занимается текущими документами, выражающими реакцию президента на...
Арнольд вздрогнул, ощутив неодолимое желание поднять руку и перекреститься. В глубинах психики шевельнулся уничтоженный не до конца Авдей Борисов, голову охватило резкой, пульсирующей болью.
Перед глазами поплыло, на мгновение Арнольд перестал осознавать, кто он такой и где находится.
— Что с вами? — вырвал его из беспамятства изумленный возглас главы администрации.
— Не выспался, — ответил Арнольд, с усилием возвращая контроль над собой. — Ночь в стратоплане...
— Ну да, я понимаю. — На длинном лице Альфредссона отразилось искреннее сочувствие. — Вам нужно отдохнуть. Завтра приходите к половине девятого, я непосредственно введу вас в курс дела — и вы начнете работать.
— Хорошо, обязательно.
— А вот вам адрес апартаментов, где вы будете жить. — Альфредссон протянул Арнольду пластиковую карточку. — Это в жилом комплексе на окраине Дублина, где селятся только наши. Там о вас предупреждены.
— Спасибо. — Карточка перекочевала во внутренний карман костюма.
— Можете идти, — кивнул Альфредссон.
Арнольд вышел в приемную, оделся, чувствуя на себе взгляд секретарши. Пока шел по коридору и спускался на лифте, голова раскалывалась. Боль отпустила только на улице.
23 декабря 2228 года летоисчисления Федерации Земля, Дублин
В половине девятого Альфредссон оказался на рабочем месте, бодрый, как облившийся ледяной водой «морж». Секретарша еще не пришла, и Арнольд заглянул в кабинет главы администрации без приглашения.
— Доброе утро, — сказал он.
— Пришел? Отлично! — Альфредссон безо всякого брудершафта перешел на «ты». — Пойдем, познакомлю тебя с коллегами!
Идти оказалось недалеко. Референтская группа располагалась в следующем по коридору помещении — просторной комнате, в каждом из углов которой стояло по столу.
За тремя из них сидели люди, четвертый оставался свободным.
— Привет-привет! — сказал Альфредссон в ответ на приветствия подчиненных. — Это Арнольд, он теперь будет работать с вами! Для начала займется самым простым — входящей корреспонденцией.
— Отлично, а то я уже запарился, — пробурчал плотный темноволосый мужчина.
— Ну вы введите его в курс дела. — Глава администрации улыбнулся. — А я пойду.
О собственном обещании лично заняться новым работником глава президентской администрации благополучно забыл.
— Рамон, — представился темноволосый, когда за Альфредссоном закрылась дверь.
— Ник, — сказал другой, тощий, большеголовый и лысый, напоминающий воздушный шарик на палочке.
— Анна. — Среди референтов нашлось место и женщине.
— Раздевайся, — сказал Рамон, показав на вешалку у двери. — Садись на свободное место. Вычислительный центр там стандартный, разберешься. Кстати, чем ты занимался раньше?
— Работал в администрации Южно-Африканской провинции. — Арнольд повесил пальто на вешалку и сел. — Старшим референтом.
— Тогда тебя и учить не надо, — хмыкнул Ник. — А то вот твой предшественник...
— А что с ним случилось?
— Пришел с другой работы и не выдержал ритма, — не очень охотно ответил Рамон. — Здоровья не хватило.
— Что за ритм такой? — спросил Арнольд.
— Сам понимаешь, что рабочий день у нас ненормированный, — вздохнул Рамон. — Приходим рано, а уйти можем и за полночь, это уж как господин президент заработается. Выходные бывают редко, и все время нервотрепка, суета, нехватка времени... Кроме того, сопровождаем президента во всех поездках, даже на другие планеты.
— Такое не только у вас, — кивнул Арнольд, включая вычислительный центр. На развернувшемся виртуальном экране появилась надпись «Введите пароль». — Так, тут защита?
— Имя свое введи, — посоветовал Ник. — И сразу окажешься в рабочей среде.
— Папку «Входящая корреспонденция» я тебе переслал, — добавил Рамон. — Это те письма, что пришли через Сеть. А еще есть те, что присылают с других планет, — он указал на стоящую около стола коробку, — заберешь у меня. С ними тоже заниматься тебе...
Виктор кивнул. Во время разговора он внимательно приглядывался к собеседникам, отмечал нюансы речи, мимики, даже дрожь ресниц и интонации, с которыми произносится то или иное слово.
Пытался вычислить, нет ли в этой комнате еще одного «призрака».
Прошедшие одинаковую подготовку агенты СЭС одного уровня непременно замечали друг друга, как бы хорошо ни вживался каждый из них в личность-маску. Чуть замедленная реакция на ту или иную ситуацию, преувеличенные или, наоборот, стертые эмоции, крохотные несоответствия в избранном образе — все это нельзя было скрыть от искушенного взгляда...
В том случае если уровни подготовки оказывались разными, менее умелый все равно отмечал, что не в состоянии читать глубинные, душевные переживания собеседника, и настораживался.
Но тут не было ни того ни другого. Ватерросу предстояло работать вместе с самыми обычными людьми.
Вздохнув, Арнольд набрал на клавиатуре свое полное имя. Вычислительный центр заглотил пароль — и на виртэке появилась заставка рабочей сети администрации президента.
Папка «Входящая корреспонденция» была ярко подсвечена.
Арнольд открыл ее и приступил к работе. Она не слишком отличалась от того, чем он занимался в Кейптауне, и поэтому особых трудностей уроженец Блумфонтейна не предвидел.
29 декабря 2228 года летоисчисления Федерации Земля, Дублин
Выйдя из лифта, Арнольд привычным жестом вытащил из внутреннего кармана пропуск и идентификационную карточку, после чего сказал:
— Доброе утро!
— Доброе, — так же привычно отозвался охранник.
За спиной Арнольда послышалось негромкое звяканье, и он посторонился, пропуская столик на колесиках. Толкала его невысокая, стройная девушка в белой блузке и темной юбке службы сервиса.
Волосы ее были каштановыми, а глаза — зелеными.
На мгновение их глаза встретились, и девушка улыбнулась — чуть заметно, на мгновение изогнув уголки губ. Для обычного взгляда такая улыбка осталась бы незамеченной, но Виктор ее уловил.
И понял, что ему сказали: «Я тебя вижу». Так, чтобы этого больше никто не заметил.
— Что, шеф уже прибыл? — спросил Арнольд вполголоса, разглядывая уместившийся на столике кофейник, сахарницу, кувшинчик для молока, чашку и небольшую вазочку с печеньем.
— С час как. — Охранник проводил взглядом скрывшуюся за дверями президентского кабинета девушку и вздохнул: — Эх, какая задница... А ты проходи, все в порядке.
Понятное дело, что президент не пользовался общим лифтом и попадал в здание через особый вход. Но то, что он на месте, становилось заметно тут же — в приемной поднималась суета, а плотность курсирующих по коридору чиновников резко возрастала.
Арнольд зашел в комнату референтов, вяло удивился, что оказался первым. Усевшись на рабочее место, включил вычислительный центр и ознакомился с «Недельным расписанием».
Подобный документ составлялся лично Альфредссоном и утром понедельника рассылался всем сотрудникам администрации.
— Так, так, — бормотал Арнольд, узнавая, чем будет заниматься президент в ближайшие семь дней.
Особенно его заинтересовало первое января.
Мероприятий на этот день числилось не так много, зато в комментариях имелась запись «Дежурный референт — Анна Кассиди».
— Привет. — Через порог шагнул Рамон. Его теплый плащ блестел от влаги, а на воротнике остались нерастаявшие снежинки.
— Привет, — ответил Арнольд. — А кто такой «дежурный референт»?
— А, ты еще не знаешь? — Рамон повесил плащ на место и, встав к зеркалу, принялся причесываться. — Один из нас должен быть при президенте даже в дни общеземных праздников. Обычно все распределяется в порядке общей очереди. На Рождество дежурил я, первого будет Анна, а ты вроде записан на второе...
Арнольд перевел взгляд ниже. Рамон не ошибся — фамилия Ватеррос значилась в комментариях к пятнице.
