наводящим предложениям.
— Хорошо, — говорит Брэдли. — Договорились. Но никаких глупостей, ладно?
— Без глупостей, — соглашаюсь я. — Встретимся в долине реки Тихуана завтра в полдень. Я приведу к тебе Шарлотту, и ты сможешь меня взять. Мы оба получим то, что хотим.
Брэдли снова молчит, и я вижу, что он обдумывает это, ищет дыру в плане. Ищет причину не доверять мне.
— Я буду там, — наконец говорит он, и линия отключается.
Я роняю телефон на колени, тяжело вздыхая. Если Дари не подведет меня, этот план может сработать. Если он этого не сделает, то мне грозит жизнь за решеткой или что-то похуже. Но если и есть хоть один мужчина из моей прошлой жизни, которому я доверяю, так это он.
И если все рухнет, я решил, что это не имеет значения.
Я поднимаю глаза, слышу шаги и вижу Шарлотту через окно, с растрепанными волосами и сонными глазами, идущую в одной из моих футболок на кухню, и я в очередной раз убеждаюсь, когда вижу ее, что сделаю все, чтобы она была в безопасности.
Я всегда боялся тюрьмы больше смерти. Конец предпочтительнее жизни в клетке. Но сейчас важно только то, что она может вернуться домой. Я достаточно отнял у нее. И теперь я сделаю все, что нужно, чтобы вернуть ей это.
35
ШАРЛОТТА
Я провожу два блаженных дня с Иваном, прежде чем он сообщает мне, что мы отправляемся в путешествие. На этот раз он арендовал машину за наличные, не украл, и мы собираемся поехать в Калифорнию.
— Уверен, что это хорошая идея? — Я закусываю губу, глядя на него, натягивая шорты и футболку с длинными рукавами. — Мы только что уехали из Штатов, чтобы затаиться. Может, нам вернуться?
Он смотрит на меня, нерешительно, и я знаю, что мне не понравится то, что он скажет.
— Просто скажи мне, — наконец говорю я, и Иван тяжело вздыхает, опускаясь на край кровати.
— Я позвонил Брэдли, — медленно говорит он. — Я заключил сделку.
— Что? Ты что сделал? — На минуту мне кажется, что я его неправильно расслышала. — Что ты имеешь в виду?
— Просто послушай. — Иван встает, хватая мои руки и держа их в своих. — Мне нужно, чтобы ты мне доверяла. Ты хочешь вернуть свою жизнь, верно? Свой дом, своих друзей, ты хочешь снова увидеть их, верно? Я отнял у тебя все это.
Я прищуриваюсь, глядя на него.
— Я простила тебя за это, — медленно говорю я. — Мы говорили об этом. Я понимаю. И да, я хочу всего этого, но я хочу и тебя, Иван. И всего этого…
— Это может быть не взаимоисключающим. — Он проводит большими пальцами по моим костяшкам, его выражение лица умоляет меня выслушать его. — Доверься мне, Шарлотта, как до сих пор. Я заключил сделку с Брэдли, но если все пойдет хорошо, то все сложится в мою пользу, а не в его. И мы оба будем свободны делать то, что захотим.
Я подозрительно смотрю на него.
— А если нет?
— Тогда я сяду в тюрьму. Но ты все равно будешь свободна. Ты получишь свою жизнь обратно. Это азартная игра, но… — Иван усмехается, в его глазах появляется озорной взгляд. — Мы же доехали до Вегаса, верно? Нам нужно сделать хотя бы одну ставку.
Я качаю головой, закусывая губу.
— Мне это не нравится.
— Я знал, что тебе не понравится, но ты же сделала все это. — Тихо говорит Иван. — Пожалуйста. Поверь мне еще раз.
Он прав, что я это сделала. И это завело нас так далеко. Я медленно киваю, хотя все еще чувствую неуверенность. Но Иван играет в эту игру гораздо дольше меня. Я должна верить, что он сможет довести ее до конца.
— Хорошо, — шепчу я, и он притягивает меня для поцелуя.
Я наклоняюсь, смакуя ощущение его губ на моих, зная, что это может быть последний день, который мы проведем вместе. Эта мысль словно царапает что-то в моей груди, и я хочу передумать, сказать Ивану нет. Сказать ему, что это слишком опасно, что мы должны остаться здесь, в Мексике, в этом маленьком солнечном пузыре, который мы создали для себя за последние пару дней.
Это было похоже на сон. На рай. Когда гнев и обида ушли, нас осталось только двое, в нашем маленьком убежище.
Но я знаю, чего боится Иван. Что в конце концов блеск померкнет. Что я снова начну скучать по своим друзьям. По своей жизни. И начну злиться на него. Я не думаю, что так будет. Но я могу понять, почему он этого боится. И хотя я бы никогда не попросила его рискнуть своей свободой, чтобы вернуть мне мою жизнь, — если бы он мог вернуть нам все это… Я могу признать, что это заманчиво.
Пальцы Ивана остаются сплетенными с моими на протяжении всей поездки в долину реки Тихуана. Я пытаюсь впитать все это: солнечный свет, часы с ним, тот факт, что что бы сейчас ни случилось, все между нами уже решено. Он любит меня, а я люблю его. И если по какой-то причине этот план пойдет наперекосяк, говорю я себе, я не позволю Брэдли победить. Я найду адвоката, хорошего. Я найду способ вытащить его.
Мы встречаемся с Брэдли на парковке, как раз, когда въезжаем в Долину, сразу за границей. Это пустая парковка напротив старого закрытого мебельного магазина, напротив In-and-Out. Брэдли стоит прямо возле своей машины, в темных очках, по-видимому, один. Я чувствую, как напрягается Иван, когда мы въезжаем на парковку, и он медленно выдыхает.
— Если что-то пойдет не так, — тихо говорит он, — я люблю тебя, Шарлотта.
— Я тоже тебя люблю, — шепчу я.
А потом, когда Иван начинает открывать дверь, я вижу, как из машины Брэдли выходит второй мужчина, этот выше, старше, с осанкой, которая предполагает, что он может быть начальником Брэдли. Я чувствую, как напряжение немного уходит из Ивана, и я делаю вдох, надеясь, вопреки всему, что все пойдет по плану.
Мы идем туда, где стоят Брэдли и другой мужчина. Брэдли выпрямляется, снимая очки.
— Ну, — говорит он с ухмылкой. — Пришел сдаться, Кариев?
— Не совсем так. — Иван переключает внимание на другого мужчину. — Специальный агент Шелби, да? Начальник Брэдли?
Брэдли застыл, на его лице замешательство.
— Ты говоришь со мной, — резко говорит он. — Это мое…
— Нет. — Прерывает Иван. — Специальный агент Шелби, у меня есть доказательства того, что мой отец, пахан Кариев, будет сегодня вечером по вот этому адресу в Чикаго,
