руки Ниалла, на которой было кольцо. У него было лишь полвздоха на то, чтобы посмотреть мне в лицо, а затем я перерубил заточенным клинком кость его мизинца:
– Это тебе не принадлежит.
Ниалл заревел от боли, оступился и врезался в Раума; тот прижал мерзавца к груди, приставив нож к его горлу.
В этот же миг, как кольцо королевы и палец Ниалла оказались в моей руке, ко мне метнулась вспышка ослепительного света.
Сабэйн несся по двору, метя своим месмером мне в голову.
– Кейз! – закричала Малин.
В ответ я выстрелил в Сабэйна тьмой, сотканной из всех страхов этого дня, из боли прошлого, из ужасов неизвестного. Все это загноилось и вскрылось, когда шар теней врезался в грудь Сабэйна.
Он скрестил руки, словно заслоняя сердце щитом, но покачнулся от силы удара.
Плечи Сабэйна вздымались и опускались от яростного дыхания, когда он впился в меня взглядом. Еще один всплеск месмера – и энергия кончится слишком быстро. Глядя ему в лицо, я вынул из ножен свой меч из черной стали.
Жестокие глаза Сабэйна метались от моего меча к окровавленному кольцу у меня в руке. Вместо того, чтобы дать мне бой, этот трус развернулся на пятках и исчез в вихре войны. Я выругался и опустил меч, отвлекшись на сладкий звук смеха Малин. Она что-то радостно выкрикивала вместе с Северным воином, Фреем.
Я проследил за ее взглядом до Черного Дворца, где Лука и Хоб врезались в отряд скидгардов возле кухонь. Они вытащили Дагни из внутреннего дворца, и теперь она сражалась рядом с Лукой. Дагни размахивала мечом несколько наивно, но достаточно умело, чтобы нанести пару ударов по врагу.
Земля задрожала. Булыжники повыскакивали из своих мест.
Не самое страшное, что Вален сегодня сделает, но это движение служило сигналом того, что они на месте. Халвар заулюлюкал с крыши дворца, когда Ари появился из задней двери, ведущей в погреба и подземелья. Он не был пленен по-настоящему, но я испытал облегчение, увидев его живым и сражающимся.
Посол присоединился к Луке и Дагни, даже не сделав паузы, чтобы отдышаться. Лука сбивал стражников с толку множественными проекциями разных Фалькинов и Кривов, ошеломляя солдат, чтобы Дагни могла проткнуть их внутренности.
Ари дрался с неменьшей жаждой крови, но его ярость была скорее направлена на одного конкретного фейри, а не на остальных. На женщину. Они рычали и скрещивали мечи, словно соревновались, кто быстрее пустит второму кровь. Это была странная битва. Наполненная страстью. Ненавистью и… чем-то еще. В глазах Ари была не только ярость, пока он бился с этой женщиной.
Кто-то пытался укрыться во дворце, но эликсиры, которые наши поддельные придворные предварительно установили, взрывались, как только люди переступали определенные пороги. Осколки стекла усеивали двор, балки дверных проемов покосились, а из дворца валил густой темный дым, вынуждавший людей вернуться во двор маскарада.
– Лука! – в ярости выкрикнул Ниалл.
Раум ударил его в висок, и, когда появились Элиза, Това и Эрика, они принялись привязывать Ниалла к опорам его помоста.
Принцесса Сигне шлепнула по ладони длинным кинжалом, ухмыляясь и демонстрируя два острых клыка у себя во рту.
– Должна тебе сказать, – сообщила Сигне Ниаллу, – что я решила не приносить тебе обеты.
Эрика с гордостью рассмеялась и взяла кузину под руку, ставя девушку присматривать за Ниаллом вместе с одним из Фалькинов.
Малин высунулась из-за моего плеча, глядя на Ниалла.
– Тебе бы научиться отличать иллюзии твоего брата от реальности. Кейза никогда и не было в тех зарослях. Но, опять же, к тому времени у тебя все равно уже не было настоящей власти над Южными фейри. – Малин взглянула на меня дикими глазами. – Те стражники поклялись в верности Бракену?
– Стоило ему показаться, они поняли, что он победил. – Я презрительно ухмыльнулся, глядя на Ниалла. – Он скоро придет на окончание праздника. Кстати, фейри очень понравилось играть в эту новую игру против тебя. Поэтому их атака выглядела почти правдоподобно, даже против иллюзий.
– Прими мою похвалу, Ниалл, – продолжала Малин с жестоким смехом. – Ты так страшно описывал те пытки, которые ему предстоят. Очень образно, но, на самом-то деле, у тебя никогда и не было контроля над этой ночью.
Элиза засунула грязную тряпку Ниаллу в рот, когда он открыл его, чтобы наорать на нас. Королева просияла и провернула в руке меч.
– Ступайте, завоюйте ваше королевство!
Наконец я улучил момент, пусть и лишь краткий миг, чтобы прижать тело Малин к своему. Она сорвала маску и поцеловала меня, жестко и быстро. Пока ее рот был занят моим, я надел ей на палец окровавленное кольцо.
Я отстранился ровно настолько, чтобы прошептать:
– Выполни свою задачу, жена.
Тени, подобно длинным змеям, соскользнули с ее кожи и выследили ее жертв. Южных воинов. Фейри крови. Скидов. Аристократов, отбивавшихся слишком уж рьяно. Ее месмер был беспристрастен.
Я с некоторым трепетом смотрел, как ее тьма оплетает дюжины людей зараз. Они кричали, когда ее месмер заползал им в головы через носы и уши, совсем как она делала, поглощая скидов в Скиткасте.
Я не знал, что за воспоминания она брала. Это было не важно. Когда Малин втягивала тени обратно, люди, которых она захватила, оглядывались, сбитые с толку и напуганные.
Наши воины вырвались вперед и повязали Южных фейри и скидов. Кривы с Фалькинами поспешили отобрать у аристократов их оружие.
Кровь запятнала безвкусные ленточки. Столы, уже накрытые к пиру, были перевернуты, заляпав камни глазурью, сиропами и элем. Люди пытались сбежать через ворота, но их встречали столбы утыканной пиками ограды, выскакивавшие из земли. Эш, Ханна, Стиг и Эллис особенно гордились этими ловушками.
Никто не уйдет, пока все оставшиеся в живых свидетели не узрят истинную силу Малин.
Шок от нашей неожиданной атаки выветривался. Отряды скидгардов заревели и бросились на нас со страшной силой. Мы довольно многих устранили своим нападением, их численность наконец-то была более или менее сопоставима с нашей. Север, Фалькины и Кривы быстро одерживали верх.
Альверы Черного Дворца попытались было нанести удар, но Хаген и Ханна уже блокировали рифтеров и гипнотиков. Потребовалось совсем немного времени, чтобы альверы, которые еще не совсем распались под воздействием форвирринга Ивара, осознали, что это – их шанс на свободу.
Они обратили свои клинки против скидгардов и стали биться на стороне воров и бродяг.
Гуннар и Херья провели атаку лучников, выпустив волну стрел. С конюшен, со стен, опоясывавших двор, с наклонных крыш дворца они загоняли скидов к мосту, соединявшему основной дворец с внутренним двором маскарада.
Когда больше пятидесяти стражников попытались воспользоваться мостом для отступления, изо рва под ним взметнулось ядовитое голубое пламя.
Землю встряхнуло яростной волной, и мост рухнул, унося с собой скидов. Тела обратились в прах. Крики сменились влажными, мерзкими шлепками, с которыми те, кто
