изогнутой по дуге пятиметровой полосе, ведущей к маяку. Напротив причалов громоздились огромные вертикальные стальные башни цистерн. Со всех сторон к ним примыкали ёмкости поменьше.
В глубину этих построек забежали Спайди и Алекс. В теплоте летней ночи одежда быстро просыхала на горячих телах. Диверсанты достали из рюкзаков и подготовили к установке мины, каждый по две штуки.
— Колун! Максу на связь, — позвал разведчик.
— На связи.
— Я готов выдвигаться к развилке с причалом 1а для минирования.
— Дай мне время. У меня тут снова не тот катер. Буду смещаться дальше, в сторону маяка и как раз посмотрю.
Через десять минут Колун снова вышел в эфир:
— Патруль двигается к посту, через пару минут пройдет вашу позицию. Алекс ты жди пока. Макс ты можешь выходить к развилке и минировать. Но не забывай патруль, который по причалу 1а ходит. Я его отсюда не могу видеть.
Макс поспешил к нужной точке, откуда от Южного мола уходило в сторону ответвление причала 1а. Он выбрал два места установки так, чтобы каждая из мин могла сработать последовательно и перекрыть максимальные сектора. Когда он закончил установку первой мины, из темноты, куда уходил причал 1а послышался звук неспешного разговора. Приближался патруль. Солдаты коротали время за беседой, не напрягая себя излишней бдительностью.
Спайди почувствовал, как учащенно забилось сердце. И частый его друг и враг — кураж велел не уйти в тень ближайшей цистерны, а установить смертоносную машинку прямо перед носом у врага. То чувство, когда кажется, что все ощущения и реакции тела обострены до предела и возможны самые лихие выверты.
Макс кошкой скользнул к какой-то железной ферме и раздвинув стальные штыри-опоры корпуса, установил мину. Звуки разговора были совсем рядом, но его чутье прекрасно диктовало ему пределы нужных расстояний. Он словно бы знал, что вот на этой дистанции он еще успеет скрыться в темноте, буквально за секунду до того, как его силуэт прорисуется в глазах патрульных. И в этот раз он снова успел.
Наблюдая за тем, как пара солдат проходят там, где он находился каких-нибудь семь секунд назад, Спайди испытывал абсолютно детский восторг, словно удалось ловкое забавное ребячество, словно не было в руках у этих парней автоматов, стреляющих пулями, которые убивают.
— Спайди, ответь Алексу, — раздались в наушниках.
— Спайди на связи, Алекс.
— Подхожу к тебе со своей позиции, аккуратно.
— Принял, подходи.
Через минуту из темноты возникла крадущаяся фигура.
Макс шепотом подозвал товарища.
— Поставил свои?
— Да.
— Я тоже.
— Отлично, ждём.
Потянулись минуты, опасные для Макса, для химии его организма. Риск перегореть в таких паузах, когда бой уже начался, и вдруг начинает буксовать, всегда повисал над ним и требовал максимальных усилий на терпение.
К счастью Колун вышел на связь довольно скоро.
— Макс, Колуну на связь.
— Макс в канале.
— Алекс с тобой?
— Да, всё по плану. Мы на развилке. Готовы встречать патруль с Южного Мола.
— Хорошо. А патруль с причала 1а видели?
— Да, сейчас их наблюдаю. Вышли на развилку и вон, топчутся неподалёку, метров 50 до них.
— Это не очень хорошо. Патруль с Южного мола как раз движется в вашем направлении. Наверняка они встретятся, если те не уйдут.
Да, это было нехорошо. Атаковать два патруля одновременно было не реально, а ждать следующего шанса — терять время.
— Если они пересекутся, дайте им время разойтись прилично, метров на 500. Если атаковать будет неудобно, будем ждать следующей их ходки.
— Принял.
Через пять минут на развилку вышел патруль Южного мола. Стало ясно, что солдаты с причала 1а их ждали. Послышалось смешки, вспыхнул огонек зажигалки. Молодые парни видимо тяготились темнотой и рутиной патрульно-постовой службы и просто решили поболтать в расширенной компании.
— Как обстановка, — спросил в эфире Колун.
— Наблюдаем оба патруля. Разговаривают. Дилетанты. Как у нас с транспортом?
— Всё в порядке. Катер нашёл, всё для запуска подготовил. Теперь от вас парни всё зависит.
Максим вздохнул. Никогда эта персональная ответственность не была ему по вкусу. Вроде и работа привычная, но все-таки лучше было бы по другому как-то… Как, по другому, он не знал, зато знал, что когда на нем сходится клином свет, это неприятно. Алекс толкнул его в бок, указывая на патрули:
— Прощаются.
Глава 28 Часть 2
Макс и сам это видел, и чуйка шепнула ему: — Работаем…
Разлетелись искры от брошенных на бетон окурков. Патрули расходились.
— Что думаешь? — шепнул Алекс
— Работаем сейчас, — отозвался Макс, — обойдем вот эту цистерна и на той стороне их встретим!
— Уверен? Метров двести будет до того патруля, — Алекс кивнул в сторону пары бойцов, начавшей отходить в сторону Причала 1а.
— Уверен. Делаем по два выстрела, слитно и всё норм будет.
Алекс кивнул и последовал за Максом в обход высокой цистерны. Остановившись в нужной точке, они подняли стволы. Патруль неспешно вышел из-за огромного стального цилиндра и через несколько шагов оказался в секторе стрельбы.
— На счёт «раз», — проговорил Макс, — твой слева.
Алекс кивнул и навёл прицел на спину своей цели. В область между лопатками.
Четыре, сдавленных ПБС-ами хлопка, действительно получились почти слитным, единым звуком. Гильзы тихо звякнули о бетон. Обо солдата без звука повалились лицами вперёд.
Макс тут же устремился к упавшим. Алекс побежал следом. Они наклонились над телами.
— Только станции и боекомплекты, — напомнил Спайди.
Он перевернул «своего» с окровавленный лицом. Глянул мельком на выходное, разворотившее пол-лица и сноровисто начал вынимать магазины из подсумков.
Алекс, внутренне напрягся, приготовившись увидеть лицо того, в кого угодили его выстрелы. Он ухватил солдата за правое плечо и рванул на себя, переворачивая.
На него взглянуло перекошенное болью и ужасом лицо молодого парня. Даже сейчас, лёжа в ширящейся луже крови, солдат был статен и красив. Широко раскрытые глаза уставились на своего убийцу. Губы пытались что-то произнести, но из горла вылетали только кровавые сгустки.
У Алекса на мгновение всё поплыло в глазах.
— Блядь. Мой живой, — мертвенно прошептал он.
— Нож, — подсказал Макс очевидное решение.
— Какой на хер нож, — выдавил по словам Алекс и тут же как-то заторопился, зашарил по своим подсумкам
— Сейчас. Сейчас. Сейчас братка, перевяжем тебя…
Из его аптечки прямо в лужу крови вывалились бинты и турникет. Алекс начал неумело, лихорадочно обшаривать
