нового врага. Мстителя. Вернее, не нажил, а наткнулся на одного из сотен таких же мстителей, разбросанных по разным островам. В сознании свежим воспоминанием предстали люди в черном, встреченные у помоста. Они тоже жаждали мести. И получили ее.
«А ты, Даркси, не дождешься!» – мысленно бросил ответ главе штаба Сварт. Ему открыто объявили войну. Значит, наставало время составить новый план, позволяющий избавиться от капитана стражей.
Суетливо близился вечер и чествование новоявленного героя Свифтфиша. Скерсмол и Сумеречный Эльф вместе с Мани прибыли к назначенному часу к дому мэра. Трактирщик выдал всем новую чистую одежду, Мани даже перепало аккуратное зеленое платье. Скерсмол не расстался с шарфом, но переоделся. А Сумеречный Эльф с трудом узнавался в строгом черном костюме-тройке и с собранными в хвост волосами. Сварт даже хотел спросить, кто это провожает их странную компанию. Выглядели все они пристойно, впечатление честных путешественников, попавших в стесненные обстоятельства, произвести могли. Убедив себя в этом, Сварт позвонил в колокол у ворот.
– Уж если попадать в ловушку, то всем вместе, – тихо пробормотал паникер-Скерсмол, который, как и Сварт, не мог верить в честные намерения людей.
Но ловушки, как ни странно, не оказалось ни при входе, ни в зале, где молчал черный рояль, ни в обширном помещении с накрытым столом, который сиял приборами и яствами.
Тогда-то путешественники вспомнили, что за весь день ничего не ели и подпитывались разве что азартом и звуками от натянутых струнами нервов.
А уж чего только мэр ни выставил на стол! И свежевыловленную рыбу всех видов, и дичь, и мясо всевозможных животных. И сыры разных оттенков, и налитые тропическим солнцем свежие фрукты. Выращенный в садах инжир не шел в сравнение с диким собратом, плоды которого Сварт собирал на голых скалах в проливе Сциллы и Харибды. Сладкий вкус напоминал те времена, когда он ожидал скорой победы на острове Кафу. И тот день, когда пропала Аманда Вессон. И лиловый сок инжира тек по ее пальцам, как кровь.
– Поднимем бокалы за отважного путешественника и его спутников! – провозгласил мэр, и более тридцати высокопоставленных гостей разом поддержали тост.
Сварт осторожно пригубил наполненный рубиновым питьем хрустальный бокал, опасаясь яда или снотворного. Но чуть раньше он не заметил никаких подозрительных действий со стороны слуг, и теперь просто наслаждался трапезой, степенно разрезая дичь.
– Поднимем бокалы!
Слышались новые тосты. С каждым разом все более громкие. Вино плескалось в хрустале, как свежая кровь, пролитая на закате, озаренная последними отблесками солнца.
Сварт, как неутомимый ценитель роскоши, отметил, что вина у мэра намного лучше, чем в доме Вессонов. В них витал успокаивающий аромат фруктов, угадывались легкие нотки древесины… Да, мэр знал толк в виноделии. Неудивительно – это была одна из частей его обширного бизнеса.
Сварт счел, что вряд ли кушанья отравлены: тупоголовая команда, не подозревавшая, что дегустировала за капитана еду, пока не померла. «Мэр, конечно, сволочь, но, очевидно, сволочь щедрая. Ему невыгодно травить нового героя города. Ведь что скажет народ, если вдруг мы все сдохнем? Да и сам он ест, не боится», – успокоил себя Сварт, задумчиво пробуя сыр с инжиром.
Мэр умел быть благодарным. А вот Сварт никому никогда не доверял. Может, и правильно, но вечное недоверие выматывало сильнее вечной ненависти.
– Господа, приглашаю вас в сад, где ждут лучшие игристые вина и ликер. И, разумеется, десерт. А в конце дня – фейерверки, – радушно провозгласил мэр.
За неимением музыки хозяин решил отвести гостей для развлечения в свои винные погреба, обещая что-то показать. Вернее, пригласил-то он только Сварта, остальных под вежливым предлогом оставил в саду вокруг накрытого стола. Но никто не обиделся, с предвкушением ожидая фейерверков.
Сварт осмотрелся, рассчитывая увидеть морских стражей. Он по-прежнему опасался, что изощренная западня ждет в конце вечера. Возможно, капитан Даркси рассчитывал поймать своего врага, когда тот напьется и отяжелеет от съеденных кушаний. Но Сварт никогда не напивался до беспамятства и потери координации движений. И не наедался настолько, чтобы терять хотя бы сотую долю своей скорости.
Зато команда ела за десятерых, особенно Скерсмол. Оставалось только догадываться, как он сохранял худощавое телосложение: за время торжественного ужина он попробовал по три раза, похоже, каждое блюдо и все напитки. Выйдя в сад, он с восторгом накинулся на десерт, как и беззаботная повеселевшая Мани.
– Фейерверки! Никогда не видела фейерверков! – восторженно твердила она, уплетая кусок торта со взбитыми сливками.
Сумеречный Эльф, ставший бледной тенью несравненного капитана и молчавший весь вечер, куда-то пропал. Показалось, его видели в компании симпатичной горничной… Но это не занимало. Важнее был тот факт, что мэр приглашал в заветный погреб одного Сварта.
Капитан от такого предложения насторожился: «Вот заведет в подземелья, а там Дин Даркси… Нет, они еще не знают меня. Вернее, треклятый Дин, похоже, знает. Ничего, я-то хитрее их».
Но в обширном сумрачном погребе, где с потолка свешивались летучие мыши, а пауки беспрепятственно оплетали паутиной углы и бесчисленные ряды бочек с разными сортами вина, не оказалось ни западни, ни какой бы то ни было охраны, кроме виноделов.
– Не смотрите, что паутина, – с улыбкой поведал мэр. – Пауков и мышей не стоит трогать, ведь они создают особую атмосферу. Это тоже влияет на свойства вина.
– Интересно, – кивнул Сварт.
В поместье Вессона винный погреб содержался в идеальной чистоте. Возможно, зря старались. Хотя про мышей и пауков верилось с трудом, но мэр говорил воодушевленно. Он провел гостя мимо всех бочек в конец погреба, где обреталась дверца-решетка в другое совершенно темное помещение. Мэр достал масляную лампу и ключи, затем отворил заросшую паутиной дверцу.
– Когда вино разливают по бутылкам, его свойства уже не меняются. И это моя старинная коллекция для особо важных гостей! Проходите, – объяснил мэр суть своих загадочных действий.
– Только после вас, – вежливо отозвался Сварт.
Он снова ждал западни, тем более, помещение закрывалось решеткой, которая отворилась прямо-таки с тюремным протяжным скрипом.
Но нет, опять ничего не случилось. Мэр степенно прошел к одной из высоких полок с ячейками, где, покрытые терпкой пылью, покоились бутылки разной формы. Хозяин долго рассматривал одну из них, практически любовно поглаживал, улыбался:
– Это винтажное вино. Винтажный год нашего острова. Лучшее. Я думал, что открою его по случаю избрания в мэры, но как начались убийства… Было как-то неловко и неспокойно. Но теперь все закончилось, вся власть в моих руках. И это благодаря вам. Пойдемте. Теперь повод есть. И есть, что обсудить.
Молча они вышли из темноты погреба и вскоре оказались в небольшом помещении, где
