Она протестующе застонала, когда он оторвался от её губ и, не прекращая крепко придерживать под попу, сделал несколько шагов в сторону.
— Замерзнешь… — пояснил он, усаживая Еву на стол.
Теперь ладони Дениса бережно ласкали её грудь, а рот сквозь ткань накрыл возбужденный сосок. Она ещё сильнее прижалась к нему, царапая обнаженную спину, не в силах что-либо сказать, но побуждая к более страстным действиям. Мужчина низко простонал, не отнимая губ от её тела, и толкнулся возбужденным пахом в развилку её бедер.
— Идем в кровать, — он раздвинул языком её губы, не давая возможности что-либо сказать.
— Нет, — Ева смогла ответить только через несколько минут, когда он отстранился, чтобы дать ей втянуть хоть немного воздуха в грудь. За тяжелым дыханием слова звучали невнятно и сбивчиво. — Не хочу нежности. Хочу тебя. Сейчас.
Не сказав ни слова, Денис дернул её топ вверх, отчего эластичная ткань тихонько затрещала и обнаженная кожа девушки неясно замерцала в полутьме. И снова завораживающие скольжение губ по животу, легкие покусывания, заставляющие Еву вскрикивать от желания настолько острого, что его невозможно было терпеть. Она приподнялась, помогая стянуть с себя шорты. Его рот сместился ещё ниже, опаляя нежную плоть горячим дыханием и сводя с ума круговыми движениями языка. Когда выносить эту чувственную пытка стало нереально, Ева потянула его за волосы и провела языком по его влажным губам.
— Иди ко мне.
Она так и не поняла, в какой момент Денис успел стянуть с себя джинсы, да ей было и все равно, только бы ощущать его каждой клеточкой тела. Так, чтобы между ними не осталось ни малейшего расстояния.
Ева хрипло застонала от чувства заполненности и выгнулась, стремясь стать ещё ближе, прижаться ещё плотнее. Медленные тягучие и сладкие движения не давали даже шанса думать о чем-то, кроме прожигающих ласк. Кожу лица и шеи саднило от соприкосновения с небритыми щеками Дениса, но Еве нравилось это немного болезненное ощущение. Пусть завтра все будет саднить, но сейчас девушка наслаждалась жадными терпкими поцелуями и резкими глубокими движениями…
Второй раз она проснулась уже почти в полдень. Во всем теле ощущалась легкая тянущая боль, мышцы приятно ныли, и Ева, не открывая глаз, зевнула, сладко потягиваясь. Конечно, сейчас она понимала, что этим утром они сделали ещё один шаг в никуда. Одно дело курортный роман, с кем не бывает, но теперь… И все же, она бы не стала поступать по-другому, если бы была возможность все изменить. В тот момент Ева, как никогда нуждалась в Денисе, его прикосновениях, страсти и просто присутствии рядом. Позже, когда её, дрожащую и практически неспособную самостоятельно двигаться, отнесли в душ, стоя с закрытыми глазами под струями теплой воды, девушка поняла, чего ей не хватало больше всего. Секс с ним всегда был выше всяким похвал, но Ева только сейчас смогла классифицировать то неясное ощущение, которое охватывало её рядом с ним. Возможность быть просто женщиной. Той, о которой заботятся, и это настолько естественно, что не вызывает негатива.
Осторожно приоткрыв один глаз, она покосилась на соседнюю подушку. Хотя, эта предосторожность была излишней. Ева знала, что в кровати она одна. Как, впрочем, и в квартире. Неизвестно как, но девушка могла чувствовать его на расстоянии. Стоило Денису появиться в радиусе нескольких десятков метров, как Ева начинало ощущать его близость. Немного пугающе, но ничего поделать с этим она не могла. Что ж, придется учиться как-то справляться с новыми реалиями жизни.
Разминая ноющие плечи, девушка спустила ноги с кровати и замерла, уставившись в одну точку. Она быстро прокрутила в голове события утра. Потом ещё раз. Метнулась к прикроватной тумбочке, на которой лежал её мобильник и, мельком посмотрев на смс-ку от Дениса «Доброе утро. Не стал тебя будить. Вернусь часа в два, никуда не уходи», открыла одно из приложений.
С трудом проглотив непонятно откуда взявшийся комок в горле, Ева бессильно упала на кровать и накрылась подушкой. Из всех возможных глупостей она совершила самую вопиющую. Не просто переспала с тем, привязываться к которому опасно для собственного спокойствия и здравомыслия. Она занималась с Денисом незащищенным сексом, будучи на середине цикла…
От одной только мысли о возможной беременности её сразу и затошнило, и захотелось маринованных огурцов. Так, что там говорил Карлсон — спокойствие, только спокойствие? У неё последовать этому совету получалось откровенно плохо. Ева выползла из-под подушки и попыталась трезво оценить ситуацию. Какова вероятность того, что они сделали бэбика? И призналась себе, что довольно большая. Вот если бы он был запланирован, то, скорее всего, с первого раза ничего не получилось бы, а так… Ладно, с этим все понятно, вопрос в другом — что делать дальше?
Она снова почувствовала себя вымотанной перепуганной двадцатиоднолетней девушкой, сидящей в кресле гинеколога. Тогда срок был такой, что прервать беременность можно было только оперативно. Сейчас же есть возможность просто выпить таблетку, и все. Никакого ребенка и никаких проблем. Так просто, проглотить капсулу и не дать родиться маленькому человечку…
И поняла, что ни за что не убьет этого ребенка. Если он есть, конечно. Пусть неясно, что у них с Денисом, но, что бы ни сказал мужчина, Ева готова было бороться за свое пока ещё гипотетическое дитя. В конце концов, не она первая, не она последняя, кто воспитывает ребенка одна. Хотя, учитывая, как брат Романовского сражался за сына, не факт, что решить этот вопрос с Денисом будет проще. Да и вообще им необходимо поговорить, он ведь тоже вряд ли не заметил, что они не предохранялись, потому затягивать беседу не стоит.
Вот уж действительно, не было печали… Ева оглянулась по сторонам, словно впервые оказавшись в своей комнате. И поняла, нужно хотя бы ненадолго отвлечься, иначе так можно и с катушек слететь. Ей мучительно захотелось выйти куда-нибудь, не сидеть в четырех стенах. Или хотя бы поговорить с близким человеком. Попробовала прозвонить Агнешке, но та была недоступна, наверное, как раз работала с пациентами. Загружать своими проблемами Лину сестре не хотелось, но именно младшая, как никто, могла её успокоить и рассмешить. Ещё немного подумав, Ева все-таки набрала номер Линки.
— Привет, как ты?
— Если не считать того, что чувствую себя даже не коровой, а бегемотом, нормально, — совершенно спокойно отозвалась она.
— Я хочу к тебе в гости напроситься, — призналась Ева, пытаясь хоть как-то замазать красноту раздраженной кожи на шее. «Все-таки, человеку, придумавшему консилер, нужно поставить памятник», — мимолетом подумала девушка, скрыв следы страсти. С засосом на ключице было труднее, потому пришлось прикрыть его высоким воротом свитера.
