вниз уходит лохматая веревка, всем своим видом намекающая на мой скорый суицид.
Черти эльфийские! Ни малейшего понятия о комфорте ночных непрошеных визитёров! Ещё и корзина сделана из лозы. Неглубокая, вся в дырах. Как, интересно, в такой жильцы нижних этажей поднимают мокрое белье сюда, чтоб просушилось? Отжимают его, что ли, всем ушастым семейством? Вода же в шахту все равно потечёт, плесень расползется по всему дому.
И главное, как мне спускаться в этой лохани на первый этаж? Никакой заботы о простых людях! Вот влезет в этот дом вор и непременно расшибется внизу. Сколько хлопот доставит всем хозяевам дома сразу! Тьфу!
Едва различимая поступь ног по черепичной крыше прибавила мне решимости. Стражи так и идут по пятам за мной.
Не думая, ухватился рукой за тощую верёвку, похожую наощупь на бороду гнома-старика, упёрся, как следует, ногами в каменную кладку узкой шахты, а спиной и вовсе о стену. Пять этажей вниз, кто обещал, что будет легко?
Но приз того стоит. Ведьма, а с ней вместе торговый договор с эльфийской столицей! — До чего же жёсткие камни впиваются в спину! — Титул барона! Я навсегда оставлю клеймо бастарда! Во всем моя мать торопится! Нет бы, отец был так тороплив и успел вернуться домой до моего первого крика! Они бы заключили брак до моего появления на свет, — черт, как устали ладони, — И титул был бы моим от рождения. Не пришлось бы добывать его потом и кровью. Черт.
Чуть не убился, решив, наконец, спрыгнуть. Ошибся, не рассчитал высоты. Впервые совершаю настолько значительный подвиг во имя женщины. Пусть не любимой, но роскошной, как сердце дикого вепря. Ценнейший трофей, она станет моею женой! Уверен, усилия не пойдут прахом.
Еле вышел наружу. Ладони в крови от веревки, пятки болят от удара о пол шахты, спину и ту чуть сдёрнул. Ничего, отсюда уже хорошо видно условное место. Каких-то пятьдесят шагов и я куплю тот подарок, которого достойна невеста. Ковыляю, сложившись чуть ли не вдвое, придерживая второю рукой правую ладонь. Ей больше всего досталось от клочкастой веревки.
Вон и дерево впереди. От ствола отделилась одна-единственная тень. Не мужчина, не женщина, надвинут на голову глухой капюшон, полы плаща скрывают фигуру. Может, и вовсе гоблина сюда занесло на окраину.
— Иди другой дорогой, калечный, — внезапно окружили меня с трёх сторон незнакомцы в плащах.
— Дайте дорогу, уроды. Мне нужно забрать подарочек для невесты!
— Здесь не сувенирная лавка!
— Мне об этом известно. Дайте дойти до дерева!
— Ищи пристанище в другом месте. Не видишь, мы заняты делом. Ждём встречи.
— Так это со мной, — распрямился я, наконец. В спине что-то хрустнуло. Ничего, зельеварка меня непременно подлечит, — Я обратился за помощью к морскому братству.
— Ты? — один из незнакомцев приподнял капюшон, — и под каким же парусом стоит твое судно?
— Мое судно вмерзло в порту! Черти бы побрали ушастых с их магией! Бесово отродье! Достали? Моя невеста очень капризна. Я должен произвести впечатление, чтобы девица не отказалась от брака.
— Впервые вижу, чтоб девушке предназначался такой сюрприз, — помялись гоблины.
— То особенная девица. Не зря же на нее открыли охоту.
— Охота была открыта на наследника Карла Бересклета, кем бы он ни был. Убийца был так неудачлив, что не только не смог справиться с оплаченным делом, но ещё и упал прямо на стальной нож. Со всего маху. Такая досада!
— Известно кто заплатил за услугу наемника? И где то, за что я собираюсь платить?
— Речь шла только о смерти наемника. Тело осталось в порту. Его не скоро найдут.
— И чем же я докажу его смерть? Своим словом? Бастарду на слово никто не поверит. Мне нужна его голова, а ещё лучше череп. Уверен, невеста сделает из черепа подставку для своих склянок. Да, лучше сразу череп. Или голову? Хотел бы я знать, насколько силен у моей невесты дар некроманта. Вдруг из мертвой головы удастся вытянуть, кто оплатил ее смерть?
— Голову? — сверкнул кошачьми глазами из-под капюшона гоблин.
— Голову. Я оплатил вам услугу. Вы должны были достать мне голову несостоявшегося убийцы на блюдечке!
— Голову, — кивнул мужчина задумчиво, — Привык к пышным иносказаниям… Вот что значит, засиделся на эльфийском берегу. Будет вам голова.
— И не чья-то ещё. Именно того, кто напал!
— Сию минуту. Мы с братьями скоро вернёмся.
Я остался один, гоблины исчезли во тьме. Кое-как дохромал до ствола старого дерева, опустился на землю, даже прилёг.
Не переборщил ли я? Нет. Если хоть сотая часть того, что рассказывают о ведьмах, правда, то Анестейша оценит подарок. Уф. Сам смотреть я на это, пожалуй, не стану. Не слишком люблю подобные зрелища. Точнее вообще не люблю. То есть совершенно.
Обратно вернулся только один гоблин. Опустил передо мной на землю мешок.
— Не советую разворачивать. Кругом эльфийские стражи. Я чуял их дыхание за спиной.
— Вы же не собираетесь меня обмануть?
— Тот человек убит этим днём. Клянусь, — растворился он, как и не было. Я с сомнением покосился на холщевый мешок. Вроде бы чистый снаружи. Надеюсь, меня не поймают по дороге к дому невесты. Гадость какая.
Если хочешь чего-то достичь, нужно уметь идти к цели, рисковать, преодолевать сложности. Н-да. Лучше б я нашел другой способ порадовать ведьму. Да только ничто другое на ум не пришло.
Нет, если подумать, то можно представить что в мешке кочан капусты. Я же не боюсь капусты? Брр. Двумя пальцами ухватился за тонкую бечевку и поднял ценную ношу с земли. И зачем я только в это впутался? Гадость какая! Нести или не нести?
Нести. Ведьма, бесспорно, оценит подарок.
Скрючился, так спине легче, встал на носочки, не беспокоя отбитые пятки, чуть растопырил колени, чтоб легче было идти и, хромая на обе ноги, поплелся к дому невесты.
Проходя мимо зеркальных окон доходного дома, взглянул на свое отражение. Плащ весь увенчан, словно наградами, колючим репейником.
Шажок, другой, нести поклажу все тяжелей, но и до дома невесты ближе. Ещё чуть-чуть. Мимо прошли ушастые стражники. Ни слова мне не сказали. Один и вовсе бросил под мои ноги монету, принял за нищего странника, не узнал!
Кое-как дохромал до двери волшебного дома. Постучал кулаком, следом ногой. Приложился лбом о дверной молоточек. Куда подевалась несносная ведьма?
Наконец, привалился к двери и задремал. Проснулся от удара в спину, дернулся, подскочил на ноги.
— Опять ошиблись дверью! Вот что ты будешь делать? И с этим миром у нас что, тоже путаница во времени? — зельеварка высунула наружу только голову и
