Завхоз недовольно пялится на меня своим мутными от старости глазами:
— Эк ты какой, молодой человек. Просторное ему… Видное… Какое есть, такое и даю.
Понятно. Вот об этом я и говорил. По началу все нужно решать самостоятельно. Кевин влип в неприятности с Элеонорой, Лика с крысами, которых послал Патрик. Осталось дождаться с чем накосячит Тернов. Это потом уже можно скинуть с себя груз ответственности на опытных управленцев.
Кстати, Тернову я тоже позвонил и сообщил код от бункера: «четыреста пять-четыреста семь». И предупредил, что разглашать его нельзя, ведь там хранятся наши «сокровища». В результате те, кто знал о наших планах, получили разные коды от бункера.
Изучающе смотрю на старика. Вижу знакомый блеск в глазах. Понятно.
Насколько я помню, расплачиваться очками влияния можно за что угодно и с кем угодно, кроме стражей.
— Сколько? — спрашиваю у завхоза.
— Не понял, молодой человек?
— Все вы поняли. Показывайте другие помещения, — понижаю голос. — И сразу говорите цену.
После часа обхода почти всего первого этажа обнаруживается, что свободных помещений тут довольно много. И не только таких, откуда завхозу давно пора выбросить мусор, но лень, поэтому он решил возложить это на новый клуб. Мол, пусть сами расчищают.
Жаль, что клуб не может находиться выше этажом, чем его глава — то есть я.
Я довольно осматриваю помещение из трех смежных комнат. Гостиная, библиотека и кабинет. Так мой мозг квалифицировал просторные и чистые помещения с капитальным ремонтом. Окна выходят на восточную парковку для богатеев.
На стене у входа висит картина каких-то старперов. Теперь то я знаю, что в первый свой день разбил окно одной из таких картин с главой клана Исталов. Одного из пяти Высших Советников в Мировом Совете Кланов. И вроде как мне повезло, что у Исталов не личностный культ, и меня тогда не арестовали за осквернение лика великого или типа того.
Завхоз пытается разогнуть горб:
— Это лучшее, что я могу предложить, молодой человек. Вход рядом с торговыми автоматами и почти на виду. С центральной проходной, конечно, не видно, но место очень проходное, значится. На уроки идут, видят всё. Кто закупиться захочет, тоже не пройдет мимо.
— Сколько?
— Ну тут недешево. Лучшее, говорю же тебе.
Морщусь, не отвечаю.
— Пять тысяч очков влияния, — не моргнув глазом, заявляет наглый старикан.
Кевин откашливается:
— Сколько?! — возмущается он. — Семьсот пятьдесят тысяч рублей! Просто за разрешение тут заселиться?!
Завхоз обижено супится:
— Не хотите, не надо. Без моего согласия вы вообще нигде не заселитесь, и Георгий Александрович даже на заявление ваше без моей подписи не посмотрит. И вообще, эти деньги пойдут в школьный бюджет. Мне так-то всё равно!
— Что-то я не видел никаких ценников в клубном договоре! — возмущается Кевин. — Ты на руку берешь!
Завхоз начинает краснеть:
— Мало ли что где написано! Я тут с основания школы работаю! И не надо меня учить что как!
Кевин и завхоз еще долго перекрикиваются. Мой зам его чуть не доводит до инфаркта. Торг становится ожесточённее. Кажется, вот еще немного и они перестанут плеваться и набросятся друг на друга с кулаками. Но результат того стоит. Цена снижается до трех тысяч очков влияния, которые завхоз моментально получает на свой счет и, бурча о наглой молодежи, отдает Кевину подписанный им документ о праве пользования помещения номер «13» на год с правом продления.
Со вздохом отмахиваюсь от покрасневших Кевина и завхоза, подхожу к автоматам с зельями и под их недоуменные взгляды выкупаю все двадцать три зелья «Ласточка-5» по 50 ОВов каждая. Итого минус еще 1150 Ов и теперь мой счет составляет 6413 Ов. Таят на глазах.
Зато теперь мои физические упражнения станут намного эффективнее.
* * *
Оставшийся понедельник я решил… побездельничать. По крайней мере так я сообщил своим удивлённым подчиненным. Каждый знал, что Киба после аренды своего помещения и успешного согласования с замдиректора всех формальностей, просто свалил домой. И я делал всё, чтобы именно так все и думали. Собрал вещи, отправился на маршрутную остановку для «плебеев». Посидел, подумал. Внепланово вызвал маршрутку за 10 очков влияния.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Вроде бы получилось скрыться от любопытных глаз. Не уверен, что мой стелс в таких условиях работает на все сто, но шанс высокий. Я в лесу, и сразу же направляюсь к бункеру, стараясь не шуметь и идти буреломами. Жду немного в кустиках, прислушиваясь. Как же хорошо иметь такой слух. Без всякой суммы ясно, что преследователей нет.
Дохожу до бункера, проверяю. Маленькая веточка на стыке двери и порога так и лежит в одном положении. Значит никто в мое убежище скрытно или по другим кодам аристократов не проходил. Да и не смог бы так просто. Пришлось бы применить силу. Я неплохо укрепил затворный механизм своими прочными нитями. И даже если бы другой код подошел, дверь все равно бы так просто не открылась и пришлось бы долго соображать, что происходит.
Сую пальцы в проржавевший проем, нащупываю нити, снижаю их прочность. Вытягиваю их. Сегодня они не понадобятся. Набираю код, открываю. Вонь масла и бензина ударяют в нос. Морщусь. Запах с прошлого раза так и не выветрился. Ладно, что поделать, эту работу делал не я, а одна очень интересная личность, которой я решил доверить это дело. Да и не то чтобы был выбор. Я просто не успевал сделать все самостоятельно.
Осматриваю ступени вниз. Главное, чтобы выложенный вдоль стен склепа торф смог разгореться. Благо, этого добра здесь в лесу немало. Вон неподалёку болотца с торфяными залежами. Тлеющий торф быстро заполнит помещения дымом и вытянет весь кислород. Сначала обморок, потом смерть. А сами помещения не пострадают, а на пожар не слетятся со всей округи.
Достаточно лишь искры…
Закрываю дверь. Может сегодня мне всё это и не понадобится…
Забавно. Я так часто в своей жизни делал из дешевки ценное, проверяя вшивость подопечных, что пальцев рук и ног точно не хватит. Этот бункер обычная развалина. И там нет ничего ценного, кроме смерти для тех, кто в него залезет.
Но это пока что. Вскоре он станет нашим убежищем. Обязательно станет. И я не просто так показал его своим подопечным. А после случившегося с Ликой, стал подозревать, что кто-то из этой троицы сливает информацию о наших планах. Пришлось пойти на крайние меры, чтобы узнать, кто именно.
Я залезаю на дерево на таком расстоянии от бункера, чтобы не очень далеко, но незаметно. Колючие хвойные ели для этого подходят. Затаившись на ветке, тренирую самые легкие техники дыхания Альвов. В основном на концентрацию и игнорирование неудобств. Таких как затекшие ноги-руки. Колючие ветки и зеленые иголки, холодок по спине, жажда. Да даже по-маленькому захотелось почти сразу, как я обустроился. Назло, так сказать.
Время 22:10
Не знаю, как далеко я продвинулся в техниках, но мой максимум без движений — еще пару часов. Потом придется признаться, что я ошибся. И утечка информации произошла как-то по-другому. Возможно, прослушивался чей-то телефон. Или за нами следили ниндзя. Эти варианты намного сложнее, и я бы не хотел проверять их все.
Но вот…
Слышу…
Тихие шаги.
Хм, лучше бы ошибся. Нет, правда. В этом я правда хотел ошибиться. Мало ли что говорят знаки.
Лунный свет светит тускло, но я долго тренировал глаза, чтобы различить что-то в таком полумраке. Да и место выбрал подходящее. Луна неплохо подсвечивает вход в бункер под этим углом.
Через несколько минут шаги становятся громче. Нет, это не профессионал. Не ниндзя из Джунов. Кто-то обычный.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Не шевелюсь.
Через минуту показывается человек в пуховике и теплых штанах. Я завистью заставляю себя не заклацать зубами от холода. Широкий парень в бандане с только-только прорвавшимися усиками. Выражение лица и походка выдают в нем буржуйские задатки. Кажется, что все ему тут не нравится. Он подходит к двери, поднимает палец, чтобы набрать код.
