От порога убегает полустертая песчаная тропа, петляет меж камней, и метрах в пятнадцати красноватый грунт проглатывает едва утоптанную ленточку дороги. Взгляд по инерции метнулся дальше, и… но что это там, на горизонте?
По нервам хлестнуло сотней вольт, ощутил, как мышцы сводит судорогой, ноги деревенеют, и уже на таких, деревянных, зашагал, как неуклюжий робот из древнего кинофильма. Дыханье замерло, затаилось в груди, потом вдруг вырвался громкий вздох со всхлипом.
Я застыл, перед глазами колышется марево, по лбу побежали наперегонки капельки пота, у финишной ленты бровей притормозили, но какой-то чемпион капнул-таки в глаз. Рука дернулась смахнуть, но телом, похоже, не владею. На спине тоже выступила влага, в лицо дышит сухой жар, прокаленный пустынный воздух, но потею, может, не от жары – виноват парализующий ужас.
В груди тем не менее расползается холод. Такой потерянный, неуклюжий, ощутил себя громадным айсбергом посреди Долины Смерти…
Ночная темень охватила мир с трех сторон, как черная ладонь, прибирающая безделушку, да еще взбирается вверх, пожирая пространство. В провале небес подмигивают крупинки звезд, но бледные, как предсмертный лик. Зато горизонт впереди объят багровым огнем. Страшные сполохи танцуют на пыльных клубах, те поднимаются плечистыми исполинами, у их ног и в складках одежд посверкивает, мечутся объемные тени. Земля на границе с небесами источает рыжее сияние, тает, струится, жидкая уже, сплавляется с текучим небосводом.
Воздух гудит, как от роя невидимых шмелей, басовитый гул сочится из-под земли. Вибрация медленно взбирается по ногам, охватывает внутренности, и вот ты уже сам гудишь жутким камертоном.
Песок прошуршал позади быстрой поступью паучьих ножек, но я заворожен, глаза пожирают циклопическое действо на краю мира.
Вот что-то метнулось за дымным пологом. Круговерть темных и светлых полос. Наполз пылевой султан, скрылось. Вот опять!
Я превратился в бесплотный дух – обнаженные нервы и воплощенное зрение. Смертный из своего бренного тела просто не может наблюдать такое! Из дымных туч выкатывается колесо. Обод измерять разве что в земных меридианах, верхней частью затмевает звезды. Снизу колесо наполовину погружается в землю, врастает туда мощью обода и спиц, но – катится! Внешнее кольцо вращается неторопливо, его сероватый металлический блеск мешается с хаосом алых бликов. Передний край подминает землю, проламывает, похоже, литосферную плиту. Из пропаханной борозды брызжет раскаленная магматическая кровь, по бокам вздымаются километровые горные хребты.
С небес метнулась темная громада, бесформенная масса, на таком расстоянии не различить. Удар пришелся перед колесом, я ждал фонтанов камня и огня, но земля лишь вмялась послушно, как мягкий металл, будто там, в огненном аду, боги-кузнецы правят из нее мечи и топоры для Последней Битвы.
В тот же миг долетел звук. Я видел, как летела волна сжатия, сминая воздух, вспахивая землю, на глазах дальние холмы обратились в пыль. Но метрах в ста единый фронт вдруг раскололся, стена сжатого воздуха разошлась театральным занавесом и пошла огибать меня по широкой дуге. И лишь сухой рокот грома раскатился в вышине.
Губы задрожали, я жалко заплямкал, попытки с десятой удалось наконец правильно шевельнуть языком:
– Ч-что это? – вылетело беспомощное. – Что это, Карилад?!
Я дернулся, судорожно обернулся. Металлический паук прячется в полумраке между камней, отраженные огни пляшут на панцире тысячью чертенят. Позади него сиротливо торчит из грунта лифтовая шахта, дверцы распахнуты, пол заметает пылью, кабинку наполняют багровые отсветы – в зеркальных стенах поселился кусочек бушующего горизонта.
Я поискал взглядом здание Реабилитационного центра, но только убегает во мрак гладкая, как шахматная доска, равнина. Чуть поодаль выделяется высокий куполообразный холм. В хаосе мыслей шевельнулась смутная догадка, но Карилад опередил:
– Тот холм – купол нашего внутреннего дворика. Да-да, весь Центр находится под землей, а то небо, что видели над нашим садом, – симуляция, трехмерная проекция. Догадаться вы, конечно, не могли.
Я перевел остекленевший взгляд на аватар Карилада.
– Что происходит? Где мы находимся, Карилад?
Вопрос прозвучал спокойно и четко, я боялся, что прорвется нервная дрожь, но, видимо, просто устал бояться. Но только по голосу понял, что за опустошение царит внутри: и Карилад не сумел бы вложить меньше эмоций, даром что искусственный интеллект. Слова вылетели сухие и безжизненные, будто вот сейчас сдохнут, прямо в воздухе, не достигнув адресата.
– Снаружи, в том мире, где вам предстоит жить, Алексей. То, что мы видим… не так-то легко объяснить, что происходит. Это часть одного масштабного астроинженерного проекта. На данный момент в разгаре планетарный демонтаж Земли. Он происходит в несколько этапов. Вот эти машины, что вы видели только что… потрясающие масштабы, верно?.. так вот, они не просто взламывают земную кору, все распланировано с прицелом на извлечение максимума внутренней энергии земных недр. Потом полученные ресурсы будут использованы непосредственно в процессе строительства. Не так уж много энергии, но и она пригодится.
– Не так уж много?! Боже мой, Карилад, да что вы строите?
– Извините, этой информацией я с вами поделиться не могу.
Я вновь обернулся к пышущей огнем «строительной площадке». Колесо накручивает круг за кругом, чудовищным жерновом растирает в пыль граниты, базальты, что там у него на пути. Земля сминается на глазах, ощеривается клыками горных пиков. Поверхность бьется в агонии, будто трепыхается в недрах литосферы больное сердце планеты, и последние сокращения прорываются наверх сейсмической дрожью. Но здесь тихо, как в могиле, все звуки и грохот раздираемой тверди умирают где-то на подходе. Я вспомнил, как раздалась ударная волна и обошла нас стороной. Какое-то защитное поле окружает Центр?..
Но как? Как?! Какие титаны раздирают на клочья планету? Что я вообще здесь делаю?!
– Но почему?! – воскликнул я. – Почему вы разморозили меня только сейчас? Что вы от меня хотите? Как я вообще смогу жить в таком мире?!
Я всплеснул руками, крутнулся на месте в бессильной ярости. В ладонях стрельнула резкая боль, оказалось, стиснул кулаки, словно впиваюсь пальцами в воздух в попытке разорвать тот в клочья.
Скрипнули зубы, но между ними все-таки прорвалось глухое рычание.
– Карилад! – выкрикнул я. – Какого черта вы тянули? Ни за что не поверю, что вы уже научились разбирать планеты на энергию и строительные материалы, но так и не могли вернуть к жизни какого-то криопациента! И куда вы теперь предлагаете деваться мне в таком мире? Куда вообще подевались все люди, раз Земля списана в утиль?!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
